Пока они все это обсуждали, люди в лице Пауля и Рутберга пожаловались, что во время таких вылазок не спит все общежитие. Андрей посмотрел на Ириль, явно хотел о чем-то спросить. Но в этот момент я закончила смотреть наши фотографии, в очередной раз нажала кнопку, которая позволила, как сказал Андрей, проматывать изображения назад, и увидела юношу. Мерцающего. У него характерные желтые глаза с вертикальными зрачками. Парень почти обнажен. На плечи накинута модная в нынешнем сезоне рубашка, больше ничего. Нижняя часть его тела на фотографии не видна, так как он сидит за столом. Перед ним пустая тарелка. Обстановку комнаты рассмотреть почти не удалось. Экран слишком маленький, детали мелкие. Но мне в этот момент уже и неважны были детали.
— Ириль, — проронила мягко и подняла глаза на эльфийку, которая сидела за нашим круглым столом чуть слева от меня, а между нами устроился Андрей. Повернула в их сторону экран фотоаппарата. — Это ты?
Глава двадцатая
Эльф — существо непредсказуемое, человек — тоже
Андрей и «колокольчики»
Я сфотографировал Ира, когда объяснял ему, что такое фотоаппарат и с чем его едят. Игрушка мерцающему понравилась. Сделал несколько пробных кадров, показал на экране аппарата, а потом провел мастер-класс по сбрасыванию отснятых фотографий на комп. Думал, что нажал «удалить» и благополучно убрал из памяти фотоаппарата все компрометирующие снимки. Оказалось, что нет: одна фотография каким-то чудом, не иначе как по закону подлости, уцелела.
Холёбаск мне понравился. Особенно на подлете. Глядя в небольшие окошки из кабины дирижабля на простирающиеся внизу красоты, думал о том, что магия — ужасно ненадежная штука. Как летают наши самолеты я, пусть приблизительно, но имел представление. А если захочу подробностей, мне в помощь — Интернет и все его необъятные ресурсы. А тут… Как летим? Почему летим? А не упадем ли, если что не так, и вообще… В общем, честно скажу, занервничал, когда уже подлетали к вершине утеса, вокруг которого когда-то и вырос этот город, как объяснила Ира, по праву старосты усевшаяся в кресло рядом со мной.
На самом деле я никогда в жизни высоты не боялся. Но это у нас, на Земле, где все понятно. Но просто так воспарить над пропастью, сидя за уютным круглым столиком, за которым уместился весь класс и я в придачу, так и не решился. Ира тут же начала меня донимать тем, что я все-таки трус, хоть и кошу под благородного, на что хмыкнул, мысленно пообещав себе, что мерцающему, который, судя по всему, и этой ночью будет спать в моей постели, еще припомню этот обмен любезностями, и честно сказал, что да, трушу. Тут же задал встречный вопрос: как бы кто-нибудь из них чувствовал себя, скажем, в самолете, точно зная, что магии в нем нет и в помине. Ребята задумались.
Так что столик, на радость мне, остался на твердой земле. Нам принесли меню, в которое я даже заглядывать не стал, попросил «колокольчиков» заказать что-нибудь вкусное, сытное и мясное. А потом увлекся разговором с Машкой, к которому присоединился Алый, да и остальные начали прислушиваться, так как вопрос мы обсуждали весьма спорный.
Оказывается, у них в общаге такие же порядки, как в любом среднестатистическом детском лагере. О чем я? Ну кто, скажите на милость, будучи на побывке в этом славном заведении, вместе с другими членами отряда не пробирался ночью в комнаты соседей и не мазал пастой лица мирно дрыхнущих парней или девчонок? Собственно, отношения темных и светлых развивались приблизительно на том же уровне. Сначала светлые устраивали вылазку к темным и пакостили как могли, потом наоборот. Вот такой вот замкнутый порочный круг.
Я как раз всерьез задумался, как его можно разорвать, когда в наш разговор неожиданно вмешалась Илюизмена.
— Ириль, это ты? — спросила темная и с подчеркнуто невинной улыбкой на губах протянула фотоаппарат Ире, сидящей передо мной.
Честно скажу, когда смысл ее вопроса дошел до меня, я покрылся холодным потом. Конечно, легко было догадаться, какой именно снимок по моей вине попал на глаза темной. Но с другой стороны, мгновенно назревал другой вопрос: почему именно Ира? Почему Иля сразу же подумала на нашу старосту? Мало ли у меня может быть знакомых мерцающих.
Теперь Ира сидела ко мне вполоборота, и я не мог видеть ее лица. Было страшно его увидеть. Что же я наделал?
А потом раздался спокойный и отстраненный голос Иры.
— Да, я. Давно догадалась? — спросила она у Или и, чуть помедлив, добавила: — И еще интереснее как?
— Эй, что там у вас? — тут же заинтересовался Том.
Я бросил взгляд на ребят. Они притихли и смотрели в нашу сторону испытующе, с беспокойством в глазах.
Ира повернулась к ним, устроила подбородок на переплетенных перед лицом пальцах и объявила как ни в чем не бывало:
— Я — мерцающий.
Можно было ожидать какой угодно реакции, но не такой: Улька зашипел со своей стороны стола:
— А потише нельзя? Услышать же могут!
— Э? — растерялась Ира.
— Расслабься, — неожиданно хлопнул друга по плечу Том. — Нас накрыло заглушкой сразу же, как только Иля ему фотоаппарат показала. Сам посмотри.
— Ничего себе, — вдруг присвистнул Алый.
Все тут же на него воззрились. Похоже, не я один не смог соотнести с образом надменного эльфийского лорда такой свист. Светлый растерялся.
— Вы чего? — протянул он почти обиженно.
— Оказывается, ты и так умеешь, — протянул Машка, сидящий сбоку от Алого, сразу после Фа.
Светлый эльф мгновенно расплылся во всем знакомой самодовольной улыбке:
— Я много чего могу.
— И в постели?
— Машка! — не утерпев, шикнул я. А то этот их обмен любезностями грозил затянуться, но у нас на повестке дня имелась проблема и поважней.
— Так как ты догадалась, что Ир мерцающий? — спросил у темной эльфийки.
Она на удивление покровительственно улыбнулась.
— Признаться, думала — мерцающая. Но еще один сильный мужчина в клане — это всегда ценно.
— И с чего такой вывод, что я силен? — в лоб спросила Ира, перейдя на мужской род. У нее, как мне показалось, даже голос изменился. Нет, на голос Ира он пока не походил, но и на Иркин тоже уже не смахивал.
— У тебя заглушка уровня архимага, — просто ответила темная, прямо встретив взгляд светлой.
— Так что там насчет… — начал я, но Иля меня перебила, вспомнив о вопросе.
— Нас в главном храме Ллос обучали технике слепого клинка, — сказала она. Я напрягся, потому что Алый пораженно выдохнул. Стоило мне вскинуть на него глаза, как светлый попытался объяснить причину такой своей реакции на слова темной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
