Читаем без скачивания Золотые нити - Екатерина Александровна Белова

Пока ты улыбаешься, я живу и борюсь до последнего. Поэтому не вешай нос и не отчаивайся. Никогда.

Я люблю тебя.

Я нашел тебя через сотни лет и никогда не потеряю.

Я прощаюсь, но навсегда остаюсь с тобой.

Спасибо тебе за все.

Твой С.

P.S. Не забудь про кота. Я желаю спать в твоей мягкой постели.

Я отложила в сторону залитый слезами листок и посмотрела на голубое небо. Мне никогда не было так больно и вместе с тем так хорошо и светло. Я чувствовала что-то невероятное, застилающее мое сознание теплым светом. Мне никогда не говорили таких слов. Никогда в своей жизни я не чувствовала себя такой важной и нужной. Никогда я не принимала себя до конца и не хотела настолько быть собой, потому что я это я. И потому что такой меня полюбил Сей.

Я достала диск и перевернула его. На обороте был список из 12 песен, которые Сей пел на концерте. И под пластиковой обложкой был вставлен выдернутый из блокнота листок с надписью 13.

Я с бешено стучащим сердцем достала его и развернула. Это был текст 13 песни. Той, где Сей прощался со мной.

Ты не выходишь никак из моей груди.

Из тысячи слов осталось лишь – погоди..

Постой.. Подожди хоть немного.

Мне не хватило времени. Не сейчас.

Не уходи останься еще на час.

Из пустоты создай на мгновенье нас.

Это все, о чем я прошу у Бога.

В гулком пространстве слышу твои шаги.

Лестницы, лестницы, только быстрее беги,

не задержась у порога.

Это бессмысленно было тебя держать.

Руки мои, смотри, до сих пор дрожат.

Как бы хотелось тебя мне в объятьях сжать,

только у каждого, видно, своя дорога.

Будет зима, да скрипучий снег и метель,

И я уеду туда, где будет теплей.

В сердце закрою и замурую дверь,

Только ночами душу сведет тревога.

Это судьба и проклятье вечно теперь молчать,

Когда хочется написать тебе, прокричать

Несколько слов, что комом застряли в горле.

Только будь счастлива и ни о чем не жалей,

Переждем зиму, а дальше будет апрель.

Ты открываешь окно и поет капель,

Напомнив мой голос немного.

И пока будет жива душа,

Буду любить, но не посмею тебе мешать.

Даже если судьба даст последний шанс,

Я улыбнусь и тихо скажу – не трогай..

Я закрыла глаза. Внутри меня было столько смешанных противоречивых чувств, что я запуталась. Мне казалось, что я только что прочитала последнюю страницу самой прекрасной на свете книги и сейчас закрыла ее. И внутри было так много, но вместе с тем так пусто. Словно я вернулась из прекрасного волшебного мира и теперь не знаю, что делать дальше. Хотя что-то внутри меня знало ответ. Он лежал на поверхности, но я никак не могла разглядеть.

Я посмотрела на ясное голубое небо, по которому неспешно плыли белые пушистые облака. В воздухе уже пахло весной. Скоро весь мир оживет, набухнут почки, потом появятся первые листочки, расцветут прекрасные цветы.. Все возродится, все вернется на круги своя. Но смогу ли возродиться я?.  Сей, сможет ли мой мир существовать без тебя.. Я ведь хочу навечно остаться в нашей уютной зиме, раз за разом проживать каждый день, влюбляться в тебя каждую секунду, ни о чем еще не зная.. Я даже согласна, чтобы зима длилась вечно, лишь бы мы смогли друг у друга остаться.

Я смотрела на голубое небо и мои глаза слезились от яркого солнца. Зима не может быть вечной. Ничего не может быть вечно. Даже ты… Даже я..

Я смотрела на искрящиеся солнечные лучи и понимала, как все мимолетно, но как прекрасен наш мир..  Облака, голубое небо, деревья, солнце..  Моя черная дыра внутри выла и бесновалась, я так долго кормила ее своим страхом, отчаяньем и болью, что она захватила собой весь мой мир.  Но сейчас в эту сосущую пустоту впервые за многие дни проникли лучи солнца, и я увидела что-то еще.  Кроме себя, кроме нас, кроме того, что у меня под ногами. Я подняла голову и увидела бескрайнее голубое небо и поняла, что хочу жить дальше. Как бы ни было больно и трудно, Сей, я буду стараться за двоих ради тебя.. Вот только если бы я могла тебе помочь хоть чем-то, хоть как-то..  Мое сердце снова сжалось. Боже, если есть такое прекрасное небо, почему под ним происходят такие страшные вещи… Неужели я ничего не могу изменить.

Зазвонил телефон. Я посмотрела на дисплей и увидела четыре буквы "Макс".

На меня вдруг нахлынула такая волна усталости, словно сверху упала бетонная плита. Я поняла, что больше не могу. Слишком много всего было и хорошего, и плохого. Это было невероятно, я ни на что бы не променяла ни одной секунды минувшей зимы, но я безумно, безгранично устала. Я так хочу зарыться в теплые объятия, и чтобы меня пожалели, выслушали, погладили, заварили мне чай.. Чтобы мир стал привычным, понятным, узнаваемым. Чтобы хоть на мгновенье меня перестали разрывать эти сумасшедшие чувства. Чтобы больше не было больно и страшно.

Я смотрела на имя, которое когда-то было самым важным в моей жизни, и не решалась взять трубку, потому боялась услышать такой родной голос полный внимания и сочувствия, которого я совершенно не заслуживаю.

Телефон провожал звонить.

Я вздохнула и нажала принять.

– Привет, зайка, как твои дела?

– Макс, – я вздохнула и не смогла выдохнуть, – Макс…

Я неожиданно захлебнулась в распиравших меня эмоциях и разрыдалась. Внутри смешалось все – страх, стыд, горечь потери, отчаянные попытки пережить это, радость, боль, тоска, желание, чтобы все поскорее закончилось.. Водоворот эмоций затягивал меня на самое дно, не оставляя надежды выплыть.

– Господи, Клэр. Что случилось? – голос Макса задрожал.

Я не могла подобрать слов, я вообще не знала, что говорить, что делать, как жить дальше.

– Макс… О Боги, столько всего случилось..  но я не могу тебе сказать.. я  так запуталась…Я вообще не уверена, что смогу когда-то тебе рассказать. Прости. Я не знаю.  Черт, я уже сама не понимаю, что несу…

– Клэр, – Макс пытался перебить поток моей бессвязной речи, – Клэр, погоди.. Пожалуйста. Главное, с тобой все в порядке?

– Да,  со мной все хорошо, но..

– Клэр, – его голос неожиданно стал серьезным, – Если не можешь сказать, напиши.

– Что?

– Напиши об этом книгу.

Я замерла. Мне казалось, что я ослышалась.

– Книгу?

– Ты ведь всегда об этом мечтала, помнишь?  – голос Макса был мягким и теплым, как пуховое