готовности. Если мы готовим людей к проведению жизнеизменяющей психотерапии, то нам нужно постоянно напоминать себе, что жизнеизменяющая психотерапия – это психотерапия, обращенная к внутренней жизни клиента. И что же это такое?
О внутренней жизни клиента
Во-первых и прежде всего, мы должны осознавать: клиент, безусловно, является автономным существом. Это положение основано не на соображениях морали, демократии или идеалах, а на признании реальности того, что каждое человеческое существо является индивидуальным, особенным. Ни одно человеческое существо не может быть до конца познано никем другим (включая его самого). Человек не является пассивным сосудом, наполняемым исключительно извне, но сам, внутри себя, является источником феноменов (мыслей, чувств, образов, отношений и т. д.), которые изменяют последствия происходящих событий.
Все это можно выразить в утверждении, что человек является не объектом, а субъектом. Таким образом, существует принципиальное различие между знанием человека и знанием о человеке. Психотерапевтам, которые знают только о своих клиентах, лучше заниматься модификацией поведения и другими, столь же объективными, подходами. Если же психотерапевт действительно стремится знать своего клиента, то он неминуемо погрузится в его субъективность.
Цели субъективно ориентированной подготовки
Что необходимо кандидату на подготовку к ведению субъективно ориентированной психотерапии? Приведенный ниже список не является всеобъемлющим. Он сосредоточен на тех элементах, которыми в современных обучающих программах обычно пренебрегают. Отбирая кандидатов для подготовки, я бы обращал внимание на следующее:
• глубокое чувство смирения и ответственности при встрече с людьми в этом предприятии;
• специальным образом организованное сострадание (которое выдерживает границы и жесткую конфронтацию);
• адекватное положительное отношение к знаниям, которые могут помочь в этом деле, но без зависимости от них;
• постоянно растущая способность осознавать, оценивать и избирательно использовать свою интуицию;
• широкие взгляды на человеческую жизнь, на возможности и ограничения людей и на настоятельные потребности более широкого сообщества;
• искренняя приверженность постоянному росту в любом из этих отношений.
Способы достижения этих целей
Сами эти предпосылки с очевидностью свидетельствуют о том, что, для того чтобы направить и поддержать субъективный рост предполагаемых психотерапевтов, требуются совершенно отличные от обычных программы подготовки. В настоящее время мы еще слишком мало знаем о подготовке субъективного, так что обычно избегаем подобных попыток, лишь на словах признавая их необходимость.
Самая подходящая в этом случае вещь – требование личной психотерапии для кандидата. Поразительно, что находятся те, кто ставит под сомнение ее необходимость! Противоречия в требованиях – наиболее острая проблема, которая обозначает тем не менее лишь одну из множества трудностей. Не имея полностью удовлетворяющего меня решения этой проблемы, я ограничусь списком ситуаций, которые предоставляют возможность для обогащения субъективности будущего психотерапевта:
• опыт длительной интенсивной личной психотерапии, предпочтительно у психотерапевтов обоего пола, включающий групповую психотерапию;
• по крайней мере три года опыта самостоятельной жизни и работы вне области психического здоровья;
• работа в социальной службе или заведении для психически больных, которая позволила бы кандидату часто встречаться с разнообразными психопатологиями, практика в обычной соматической больнице, а также в средней школе;
• избирательное и сбалансированное изучение основ психологии человека, медицины, социальной психологии и профессиональной этики и ответственности;
• чтение литературы – художественной и нехудожественной, в которой содержится описание разнообразного человеческого опыта, а также ставятся великие экзистенциальные и философские проблемы нашей жизни, и, по крайней мере в течение первых трех лет, ограниченное чтение литературы по психотерапии;
• постоянный контакт с одним или несколькими наставниками и знакомство с подходами, которые стимулировали бы кандидата осознавать собственные переживания и разными способами бороться с ними – от фантазий до активного планирования и реализации;
• практика интерна, которая очень способствует развитию сензитивности и умений, а также стимулирует собственный подход к делу.
Естественно, в идеале весь этот опыт мог бы создать условия для более традиционного обучения, но, конечно, это уже второстепенная цель.
Психотерапия как дело всей жизни
Очень многие из нас обращаются к нашему полю деятельности из-за того, что долго и глубоко были озабочены своей собственной внутренней борьбой и неразберихой. В этом признании нет ничего постыдного, скорее здесь есть элемент похвальбы. Мы решили что-то сделать с нашими несчастьями. Мы взглянули на наши обстоятельства как на что-то давно известное, что происходит с людьми вообще, и решили получить доступ к этим знаниям. У нас была мощная надежда на изменения, и мы воплотили это намерение. Мы старались сделать так, чтобы опыт, накопленной в собственной борьбе, служил и другим людям. Конечно, это похвальба.
Естественно, в уголке своего бытия мы прячем запертую шкатулку с остатками вины за массу нерешенных неврозов, за запрещенные мысли о клиентах (само собой, или негативные или сексуальные), за неизбежные отвлечения во время сессий, и просто за то, что мы не в состоянии удовлетворить всех потребностей этих людей, – людей, которые доверили нам столь многое в своей жизни.
Несомненно, наша сфера предъявляет к нам определенные требования, забирает силы и энергию. Уровень алкоголизма, суицидов, разводов и количество брошенных детей среди нас превышает средние показатели. Я думаю, что эта печальная статистика вызвана целым рядом причин и не в последнюю очередь тем, как часто недостатки нашей работы разрушают наши надежды и надежды клиента, как часто нашим супругам и детям достается меньше внимания, чем они заслуживают, насколько те яркие драмы, свидетелями которых мы каждый день оказываемся, заслоняют от нас заботы наших близких, и как снова и снова – если мы продолжаем это осознавать – мы встречаемся с собственными недостатками и не до конца проработанными проблемами.
Быть психотерапевтом – значит быть одиноким кочевником, Богом, неудачником, Сатаной, чувствовать угрозу, быть предметом страстной любви и ненависти и задавать себе вопросы. Наша работа постоянно расстраивает нас, потому что мы всегда неуверенны, постоянно встречаемся с сопротивлением тех, кому хотим помочь, успех наш никогда не бывает полным, а неудачи отчетливы до навязчивости. Самая лучшая работа часто не видна даже тому, с кем она была проделана, и сами мы бесповоротно одиноки в своей работе, даже в том случае, если большую часть времени проводим в чьей-то компании.
Но даже это еще только полдела. Мы к тому же еще способны видеть и чувствовать результаты своего личностного и профессионального роста как новые возможности и новые перспективы, которые постоянно бросают нам вызов. Бывает, что мы точно знаем, что внесли изменения в чью-то жизнь, изменения, которые, подобно кругам на воде от брошенного камня, уже достигли других, неизвестных нам людей. Случается, что мы чувствуем искреннюю поддержку и понимание со стороны тех, для кого работаем. А главное и прежде всего – мы
