— Завтрак готов, — сообщила Наталья, и командир соизволил открыть очи.
Гречка с тушенкой, конечно, не устрицы с лимонным соком, но тоже совсем неплохо после долгой прогулки. И горячий зеленый чай тоже оказался удивительно к месту. Я сыто облокотился на скалу и выковырнул ногтем мизинца застрявшее в зубах мясное волоконце.
Командир, почти не притронувшись к еде, выслушивал отчет Петровича о нашем рейде. Лицо командира выглядело озабоченным, и мне это здорово не нравилось — слишком мало в мире вещей, способных всерьез озаботить Горицкого.
— Ладно, — подытожил он доклад своего зама, — топайте доставать Кольцова, а я пока наведаюсь к проходу. Буду ждать вас там, постарайтесь не задерживаться.
Горицкий легко поднялся на ноги и скрылся за поворотом, а мы с Антонычем пошли вслед за Строгановым, оставив Наталью упаковывать имущество.
* * *
Идти пришлось недалеко — Кольцов все-таки нес вахту, а не бродил, любуясь местными красотами, но и пройденную пару сотен шагов ближним радиусом назвать было трудно.
— Чего его сюда занесло? — поинтересовался я, разглядывая выступающий из грунта валун.
— Ветер и занес, что же еще, — отозвался Петрович, — не зря же он под землю решил спрятаться.
Петрович закрыл глаза и сосредоточился. На висках от напряжения вздулись вены. Затем он резко выбросил вперед правую руку, и камень, хрустнув, покрылся паутиной трещин.
— Дальше справитесь без меня, — сообщил он, вытирая пот с мгновенно взмокшего лба.
— Я так и думал, — обреченно сказал Антоныч, — никто моих седин не уважает…
Он зло пнул камень и зашипел, поджав ушибленную ногу. Похоже, Свиридов именно этого и хотел — ярость исказила его черты, и они потекли, плавясь и преображаясь в звериный оскал. Тело нашего штатного эскулапа затянуло дымкой, но я хорошо знал, что она скрывает, и предусмотрительно отступил в сторону.
Злющий на всех и вся ящер рванулся к раздробленному Петровичем камню. Из-под когтистых лап во все стороны полетели обломки и каменное крошево. Антоныч вновь спасал подопечных. Наверное, кто-то из его далеких предков отвечал за безопасность молодняка в стае, да плюс к тому выучка кадрового офицера… термоядерная смесь. Кусочек каменной крошки глубоко врезался мне в щеку. Пришла моя очередь выйти из себя, и я почувствовал, как начало меняться мое собственное тело. То-то будет Петровичу забот — успокаивать пару взбесившихся монстров…
Я пришел в себя, когда Антоныч уже сидел на откатившемся валуне и курил, насмешливо поглядывая в мою сторону.
— Любо-дорого посмотреть, как трудится подрастающая смена, — сообщил он мне в перерыве между двумя затяжками, — мог бы и сразу предупредить, что имеешь к рытью особое пристрастие — я бы и не дергался.
Прямо у моих ног разверзлась трехметровой ширины щель. Я наклонился и гукнул в темноту.
— Не хрен гукать, вытаскивай давай, — донеслось вместо эха.
Антоныч обидно заржал, а запасливый Строганов с готовностью сунул мне в руки моток веревки.
— Ты думал, что я его левитировать буду? — ехидно поинтересовался он, заметив мою растерянность.
Ну и ладно, в следующий раз я под камень залезу… если Кольцов научит. Чем хихикать, попробовал бы сам быстро соображать, когда еще мысли звероформы из башки не выветрились! Я размотал бухту и сбросил конец веревки в разлом.
— Обвязывайся! — крикнул я невидимому Олегу и подождал, пока он не сообщит о готовности.
Вытаскивать мне все-таки помогли. Оба насмешника.
* * *
Наталья оставила голодному Кольцову миску гречки, мы же обошлись холодным чаем, но толком расслабиться нам Петрович не дал.
— Поел? — нетерпеливо спросил он Олега. — Собираем манатки и двинулись — командир ждет. Мы подчинились.
В этот раз, несмотря на оттягивающий плечи груз, до накрытого куполом прохода добрались минут за сорок — и маршрут был уже знаком, и идти днем гораздо легче.
Горицкий прохаживался вдоль купола, рассеянно похлопывая по голенищу сапога невесть откуда взявшимся прутиком.
— Долгонько вы добирались, — укорил он, — или Олегу так пещера понравилась, что уходить не хотелось?
Мы невольно построились, как провинившиеся новобранцы перед сержантом.
— Присаживайтесь, — смилостивился Горицкий, — появилась тема для длительной беседы. Совет держать будем.
Час от часу не легче! Когда это было, чтоб командир совещания устраивал? Неспроста это, ох неспроста!
Горицкий подождал, пока мы не устроимся поудобнее, затем сел напротив, спиной к куполу. Похоже, на иномирье он уже насмотрелся, тем более что купол поглощал половину света, а за проходом уже темнело, и пятно выглядело просто черной кляксой на песчаном фоне.
— Вот вам тема для размышлений, — сказал он, когда посчитал, что выдержал достаточную паузу, — перед вами временно заблокированный Строгановым проход в альтернативный мир. Я думаю, все более-менее представляют, что это такое. Американцы знали что делали, когда не стали сюда соваться… Проход необходимо закрыть наглухо, потому как из собственного опыта знаю, кто такие проходы обычно открывает и куда они ведут. Поверьте, ничего хорошего общение с создателем прохода нашей планете не принесет. Одни неприятности… которые нам же и расхлебывать.
Я заметил, что Кольцов прищурился и остро взглянул на командира. Похоже, он-то понял, о чем идет речь. Интересно, откуда у новичка подобные знания? Что же до остальных, то Петровича тема обсуждения не интересовала, и это было понятно: все равно он пойдет следом за командиром, куда бы тот ни повел. На лицах же Антоныча и Натальи застыло схожее с моим недоумение, но командир не замедлил его развеять:
— Проход можно закрыть только с той стороны, откуда его открывали. Возвращение после этого становится, как бы это помягче сказать… несколько проблематичным.
Оба-на! Вот так новость! Дорога-то, оказывается, только в один конец! Мы так не договаривались. Я завозился, намереваясь открыть пасть и сообщить все, что я думаю по этому поводу, но Антоныч меня опередил:
— Всем идти нельзя — кто северо-запад охранять будет? Предлагаю идти вдвоем — вам, Дмитрий Сергеевич, и мне: Наталья связана с базой, без нее туда попасть будет практически невозможно; Зайченко и Кольцов составят костяк группы, а Строганов будет командовать — для этого у него достаточно и знаний, и опыта.
Мне очень хотелось согласиться с его доводами, но раздражал тот факт, что "без меня меня женили". Петрович грозно сверкнул очами и буркнул:
— Ты у нас полковник, тебе и оставаться за старшего. Я иду с командиром. Без вариантов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
