и когда загарается свет… возникает подозрение, что я ошибся квартирой.
Прямо напротив, нечто чёрное и мохнатое, встало на дыбы и вылупилось на меня жёлтыми глазищами.
Не понял.
Делаю шаг вперёд.
Лютый зверь дёргается, подпрыгивает несколько раз по "пьяной траектории", фыркает и шипит, подняв трубой хвост, похожий на сосульку…
Моргаю несколько раз, приходя в себя.
Ещё шаг и "это" с пробуксовкой, даёт деру, вглубь квартиры.
— Так… — оглядываю погром вокруг себя и собираю мысли в кучу. — Так! — повторяю более уверенно.
С этим потом разберусь.
Женские кроссовки? Откуда? Судя по всему о них запнулся. Чтоб их…
Очень интересно.
Оглядываюсь. Квартира, однозначно, моя. Тогда вопрос! Опять же! Че за херня?!
Не разуваясь, смело, шагаю туда… куда дверь всегда закрыта… должна быть закрыта…
Сейчас она, какого-то лешего, слегка приоткрыта…
Хмурюсь и медленно двигаюсь в сторону спальни, которая меня сейчас так притягивает. Во всех комнатах темно.
Только сейчас понимаю, что пахнет… я совсем свихнулся что-ли?
А вечер становится все интереснее.
Пахнет запеченой курицей с картофелем. И чем-то ещё.
У меня в доме едой пахнет!
Так, хватит гадать.
Захожу на кухню и включаю свет.
В этот раз ступор затянулся чуть дольше, чем в прихожей.
В нос бьёт яркий запах того, что я уже учуял, а перед глазами блюдо с овощным салатом и… пирог…
От запахов рот и так слюной наполнился, а тут ещё и визуализация, так сказать!
Это, конечно, прекрасно… но как бы вся эта картина ни радовала… ничего не понимаю.
Че происходит вообще?!
Поворачиваюсь в сторону спальни, куда шёл изначально и сердце пускается в галоп.
В дверях стоит Яна!
Моя Яна здесь!!!
Аж проморгался несколько раз.
— Привет. — тихо говорит и кусает губы.
Хочется подлететь и обнять, но мозг отключился лишь частично, какая-то его часть помнит и понимает, что так нельзя делать. Поэтому, просто, стою как истукан.
— Ты сказал… вчера, что я могу… — нервничает, опускает глаза, тушуется. — ну, что мне можно… — заламывает руки. — Вообщем… вот…
Выдыхает и больше не пытается объяснить ничего. А мне и не надо!
Она здесь, это главное!
Делаю неуверенный шаг в её сторону, проверяя границы дозволенного. Она не двигается, не пугается, не пытается отпрянуть. Хорошо!
Сокращаю расстояние между нами настолько, что вот она, протяни руку и дотронься. Но не делаю этого.
Зато, это делает она…
Секунда и её голова мягко прижимается к моему плечу.
— Я соскучилась… — слышу еле различимый шёпот, пока её рука ложится мне на грудь.
Осторожно обнимаю её спину и понимаю, что не вырывается. Стискиваю сильнее и, не встречая сопротивления, зарываюсь ладонью в её волосы, прижимая к себе настолько, на сколько это вообще возможно. Утыкаюсь носом в макушку, вдыхаю её аромат.
Как же мне не хватало этого!
— Мяяяяу! — слышу, где-то в районе своего живота и разрываю объятия.
Махнатое чёрное чудище сидит на руках у Мальвины. Не заметил его, даже. На ней чёрный домашний костюм. Считай, сливается.
— Это Айс. — представили мне "это" виновато опуская глаза!
Такая непохожая на саму себя…
— И, как я понимаю, теперь он будет жить с нами? — иронично замечаю, выгибая бровь!
— Ты против, да? — тут же пугается.
Обнимает котейку сильнее, глазища вытаращила, того и гляди заплачет! Глупая!
— Да хоть слона заводи! — обнимаю её опять, больше не обращая внимания на котёнка и его возмущенные "мав"! — Только не оставляй меня больше… — шепчу. — Только не уходи…
— Слона не хочу! — отшучивается и расслабляется!
— Ну и слава Богу! — смеюсь!
— Ты голодный? — резко меняет тему.
— Да! — выдаю торжественно! — Корми меня, давай!
Беру её за руку и двигаемся на кухню.
— Чем помоч? — спрашиваю, когда она открывает шкаф и берет тарелки.
— Садись и не мешай! — дотрагивается до моих плеч и оттесняет к столу.
— Это я запросто! — усаживаюсь и наблюдаю как она накладывает еду, порхая по кухне!
Котенок трется у её ног, выпрашивая мой ужин!
Мальвина берет какую-то банку и насыпает ему корм в миску.
— Я смотрю он уже с имуществом! — насмешливо отмечаю, что у зверя тут теперь своя столовая с двумя мисками.
— Угу!
Заканчивает с ним и моет руки.
Ставит передо мной тарелку, даёт приборы.
Хорошо-то как! Настроение, какое-то, по-идиотски восторженное!
Она садится напротив. Наслаждаемся едой и обществом друг друга! Будто и не было ничего.
Вглядываюсь в родные черты. Такая же, как раньше, но такая… другая… И все равно моя!
104. Ты ведь все знаешь, да?
Рассказывает, как у неё появился этот… как его… Айс! Странное имя для котенка.
Хотя, у моей бабушки, в свое время, была кошка, которую звали Мышка! Серая, такая! Вечно от меня, мелкого, пряталась по кроватью! Ну, ещё бы! От себя, мелкого, я бы и сам прятался подальше!
После ужина мы смотрим фильм.
Сначала её голова лежала на моем плече, но… как бы я ни понимал… Медленно, но верно сделал так, что к концу этого самого фильма она уже сидела у меня на коленях. Знаю, что лучше не торопиться! Не дебил! Но и тянуть-то, тоже, глупо.
Она не сопротивляется. Чувствовую, что напряжена, но не пытается остановить. И, все же, отрицать глупо, она зажата и скованна…
На экране замаячили титры.
О чем был фильм? Какая-то романтическая комедия? Не уловил сути.
— О чем задумалась? — целую её в висок.
Молчит.
— Отомри! — тихонько трясу, когда пауза затягивается.
— Артур… — прокашливается и опускает глаза…
Тааак. Кажется сейчас начнётся неприятный разговор.
— М? — немного отстраняюсь и убираю с её лица упавшие пряди.
— А… — мнется. — ты… — кусает губы.
— Мальвин! — зову и поворачиваю её лицо к себе за подбородок. — Я тебя люблю! Просто знай это. — шепчу и провожу пальцем по её нижней губе.
Как же хочу поцеловать…
— Ты ведь все знаешь, да? — выдаёт на выдохе, её голос дрожит, а в глазах страх и что-то ещё…
Боится… чего?
Ну и что сейчас ей ответить?
Голова сама кивнула, прежде чем мозг успел до чего-либо, вообще, додуматься.
Она сникла. Плечи опустились. Отвернулась.
— Ян… — тихонько зову, но она не откликается, а секундой позже и вовсе закрывает лицо руками.
— Нет. Погоди. — пытаюсь убрать её руки.
— Не надо… — сопротивляется.
Прижимаю к себе, как можно мягче, прекращая нелепую борьбу между нами.
Девочка моя…
— Ян. Послушай меня. — осекаюсь, потому что слышу всхлипы…
Плачет…
— Глупая моя… — глажу её по волосам. — Какая же ты у меня глупышка… — приговариваю шёпотом.
Жду, когда она
