Довольно ровным голосом ей удалось произнести:
— Если вы меня сейчас же не отпустите, я закричу.
Карлион тихо рассмеялся.
— Нет, дорогая, не закричите. Или вам хочется положить начало вульгарному скандалу? И именно в минуту прибытия сюда этого избранного вами в женихи комиссарика? Ладно, поскольку у нас мало времени…
Прежде чем она сумела сообразить, что он хочет сделать, он рывком притянул ее к себе, с силой прижал ее руки к телу и впился в нее крепким поцелуем, от которого перехватило дыхание. Она стала молча и отчаянно сопротивляться. Гнев, боль и отвращение лишили ее разума. Жадные губы вжимались в ее рот, подбородок, впадинку шеи, спускались к плечам.
Она попыталась закричать, но смогла лишь придушенно застонать. Вдруг дверь из холла в комнату отворилась. Лорд Карлион тут же отпустил Винтер, она инстинктивно отшатнулась назад и схватилась одной рукой за спинку стула, а другой за шею, на которой после этих нечеловеческих поцелуев наверняка должны были остаться синяки. Но в дверях стоял не Конвей, которого она ждала с желанием и одновременно страхом. Она изумленно смотрела в лицо капитану Рэнделлу…
— Алекс! — еле слышно прошептала она, даже не подозревая в то мгновение, что называет его по имени.
Карлион обернулся к дверям. Он полностью овладел собой и казалось немыслимым, что именно этот человек всего несколько секунд назад пытался совершить над девушкой насилие в приступе дикого физического желания.
— А, — равнодушно произнес лорд Карлион. — Мистер Бартон, если не ошибаюсь?
Взглядом своих тяжелых серых глаз Алекс молча и внимательно смерил лорда Карлиона с головы до ног. Брови его чуть приподнялись в недоумении. Он проговорил:
— Нет, сэр. Насколько я понимаю, вы ожидали увидеть именно его? — Затем Алекс глянул через плечо Карлиона на Винтер и поклонился: — К вашим услугам, контесса.
Краска внезапно залила щеки Карлиона, в то время как губы его, наоборот, напряглись и побелели. Он выпрямился, вздернув подбородок и, медленно растягивая каждое слово, проговорил:
— Вы ошиблись дверью, сэр. Полковника Эбатнота вы найдете сидящим в своем кабинете.
С этими словами он кивком указал Алексу на дверь. Странно, но эта высокомерная манера говорить, с помощью которой раньше лорд Карлион легко и быстро ставил выскочек на место, сегодня не сработала.
— Очень возможно, — сказал Алекс, проходя в комнату. — Но я пришел сюда не для того, чтобы встретиться с полковником Эбатнотом. Я уполномочен передать контессе де лос Агвиларес одно сообщение.
— В таком случае передавайте и уходите, — рявкнул лорд Карлион. — Вы мешаете нам.
— Это я заметил, — проговорил Алекс, задержав взгляд на красных пятнах, которыми были покрыты шея и плечи Винтер. — Однако это сообщение носит личный характер. Оно от будущего мужа этой молодой леди. Надеюсь, вы позволите мне передать его контессе наедине. Я долго ее не задержу.
Лорда Карлиона настолько явно выпроваживали, что он даже растерялся. Надменно-ленивое выражение исчезло с лица. Он зло проговорил:
— Да как вы…
В ту же секунду Винтер, шурша полами платья, подбежала к Алексу и взяла его за руку. Не глядя на Карлиона, она тихо, но твердо проговорила:
— Проводите меня, пожалуйста, в сад, капитан Рэнделл. Там вы и передадите мне свое сообщение. Там лучше, право… Прохлада…
— Там слишком шумно, — улыбнувшись, ответил Алекс. — Уверен, что здесь будет лучше.
Он прошел к двери, открыл ее и с улыбкой обернулся к лорду Карлиону. Те, кто знал Алекса, знали и эту его улыбку. Карлиону она была незнакома. Гнев утих и сменился презрением во взгляде. Лорд оглянулся на Винтер и сказал:
— Я вернусь через пару минут, дорогая. — С этими словами он вышел в холл. Алекс закрыл за ним дверь и повернулся к Винтер.
Девушка как-то бессильно опустилась на диванчик. Она ощущала сильную слабость в коленях. Страшно захотелось разрыдаться:
— Кто это? — заинтересованно спросил Алекс.
Винтер отвернулась от него и изменившимся голосом проговорила:
— Лорд Карлион. Он… сопровождал нас из Калькутты и теперь вот… остановился здесь. Но вы не подумайте только, что я… Я бы не хотела, чтобы вы…
Она осеклась и прикусила губу. С какой это стати она должна оправдываться перед капитаном Рэнделлом. Он, конечно же, не думает, что она была добровольной участницей сцены, которая предстала его глазам, когда он вошел в комнату?!.. Что он успел увидеть, интересно?.. Карлион отпустил ее настолько быстро… К тому же она не кричала… Впрочем, последнее может свидетельствовать именно против нее… Алекс знал, что если бы она закричала, то он услышал бы ее. Неужели он может предположить, что она?..
Залившись яркой краской, она порывисто подняла на него глаза и проговорила:
— Понимаю, что эта сцена могла показаться вам необычной и даже странной, но… — Тут она в первый раз заметила повязку на руке Алекса и, тут же позабыв о предмете разговора, воскликнула: — Вы ранены?! Что случилось?
— Несчастный случай на охоте, — равнодушно ответил Алекс.
— Несчастный случай? — Она вдруг вспомнила слухи о разных восстаниях, о том, как убивают людей в отдаленных районах этой страны. Побелев, она поднялась с диванчика и быстро проговорила: — Конвей… С ним что-то случилось в Лунджоре?! Поэтому вы приехали сюда?! С ним что-нибудь стряслось?! Он заболел?!
— Насколько мне известно, нет, — бесстрастно ответил Алекс.
— Тогда почему вы приехали?
— Комиссар не смог лично приехать в Дели. Он попросил меня объяснить вам ситуацию, а также устроить ваш переезд в Лунджор с Гарденен-Смитами, которые скоро туда отправятся.
— Но… — Винтер нащупала рукой спинку стула и оперлась о нее. — Но они поедут туда только через три недели!
— Это мне известно. Сочувствую. Но кроме них в ближайшее время туда больше никто не поедет, а одну вас отпустить не могу.
— Почему бы вам не поехать со мной?
— Комиссар полагает, что так делать не стоит, — сухо ответил Алекс. — И потом я сам буду возвращаться не раньше чем через пару недель. У меня здесь есть кое-какое дело, с которым комиссар попросил разобраться.
Винтер молча опустилась опять на диванчик. Яблочно-зеленые полы платья, которым она так хотела порадовать Конвея, шатром опустились вокруг нее. В эту минуту она показалась маленьким, заброшенным всеми ребенком. И снова, — как и тогда на палубе «Глеморген-Касл» в Калькутте, — Алекс подумал о том, что господина Бартона удавить мало. С другой стороны, он задавался вопросом: а на самом ли деле это юное и хрупкое создание столь невинно, каким внешне выглядит? Ему было очень интересно узнать, в чем был смысл той сцены, которая разворачивалась здесь в момент его появления. Молодые леди, особенно те, кто помолвлен и вот-вот собирается выйти замуж, обычно не уединяются с нежелательными поклонниками. Если бы ей было неприятно общество Карлиона, ей ничего не стоило крикнуть и позвать на помощь. Дом кишел слугами, уж не говоря о членах семейства Эбатнотов.
