— Потому что у нас есть доказательства. — Кеннеди сделала жест в сторону папки.
— А если это и впрямь «не более чем изощренное жульничество», как выразился капитан?
— Ох, бросьте, Феррол… — Роман вскинул руку, заставив ее умолкнуть.
— Чейни, мы не можем ничего вам доказать в прямом смысле этого слова. Мы просто знаем правду, причем мы все. Поворошите свою память, и вы найдете там подтверждения… Тот факт, к примеру, что первыми темпи вывозили детей, как более уязвимых к вирусу. Однако это не доказательство; по крайней мере, не то, которого вы жаждете.
— Что же, по-вашему, я должен делать?
— То же, что и все мы, — ответил Роман. — В отсутствие доказательств человек должен сам решить, чьему слову верить.
Феррол с трудом сглотнул, ощутив боль в горле. В глубине души он знал, что на самом деле решение уже принято. Перед его внутренним взором возник сенатор: надменный взгляд, самодовольный голос, бесконечное манипулирование людьми и событиями. С другой стороны — Роман, с которым он прослужил год: откровенный апологет темпи с раздражающе упрощенным взглядом на вселенную, он, не задумываясь, рискнул своей жизнью, чтобы спасти Феррола и Кеннеди от первой «акулы».
И Кеннеди: уравновешенный характер, компетентность, огромный опыт… и, как записано у нее в личном деле, твердая нейтральная позиция по отношению к темпи. Женщина, которая не точит топор, потому что ни с кем не собирается воевать.
Женщина, у которой нет причин лгать о событиях на Прометее.
Уставившись на интерком Романа, Феррол подумал, каким же дураком будет чувствовать себя и выглядеть. С другой стороны, ему всегда было наплевать, что о нем думают другие. Он нажал клавишу общего радиовещания, сделал глубокий вдох…
— Это старший помощник Феррол, — произнес он, не отрывая взгляда от пульта. — Я передаю командование «Дружбой» капитану Роману. Все.
Он отключил связь, внутренне подобрался и посмотрел на Романа. Однако тот и на этот раз злорадствовать не стал. Лишь сказал серьезно:
— Благодарю вас, старший помощник.
«Все правильно, — подумал Феррол. — Я и впрямь выставил себя круглым дураком».
— С вашего позволения, сэр, — произнес он, изо всех сил стараясь сдержать дрожь в голосе, — я останусь в своей каюте, пока «Скапа-Флоу» не придет время разгонять «грифов».
Он начал подниматься, однако Роман взмахом руки дал понять, чтобы он снова сел.
— Лейтенант, какова ситуация с подготовкой Прыжка? — спросил капитан у Кеннеди. — Гравитация не помешает нам покинуть систему?
Она покачала головой.
— Нет, хотя корпус «Дружбы» мы подпалим прилично, откуда бы ни прыгали. — Она перевела взгляд на Феррола. — Однако в одном Феррол прав: если раньше у нас и было время обратиться за помощью к Звездному флоту, то больше его нет.
Роман медленно кивнул, потирая пальцы друг о друга и глядя в пространство.
— В таком случае, — он встал, — возвращаемся на мостик. И вы тоже, старший помощник.
Феррол поднялся, чувствуя, как внутри все напряглось. Снова встретиться с людьми, бывшими на мостике, когда он…
— Есть, сэр. Я займусь подготовкой «Скапа-Флоу».
Роман покачал головой.
— Благодарю вас, но я считаю, что пока их помощь не требуется. У нас есть еще долг милосердия, и только потом мы сможем уйти.
Феррол пристально посмотрел на него — и внезапно понял.
— Вы хотите отпустить звездных коней на свободу?
Скупая улыбка тронула уголки губ Романа.
— Как я уже говорил вам вчера, старший помощник, за прошедший год я очень многое понял в вашем характере. Долгое время вы ненавидели темпи, да, но при этом вы никогда не ненавидели звездных коней. — Он кивнул в сторону обзорного окна и загона за ним. — Освободить звездных коней — это был ваш инстинктивный порыв, которым двигало исключительно сострадание. Таким инстинктам нужно и можно доверять.
Феррол ничего не понял. Только что он стоял тут, проникнувшись уважением к Роману, темпи и вселенной в целом, а сейчас вдруг почувствовал себя совершенно потерянным. Тем не менее он пробормотал:
— Понимаю, сэр.
— Хорошо. — Роман направился к двери. — Тогда давайте займемся делом. По моим расчетам, мы доберемся до загона примерно через сорок минут. И за это время вы, старший помощник, должны найти способ проделать в нем дыру.
— У нас почти все готово, — раздался голос Демарко из громкоговорителя на пульте Феррола. — Товни и Хлинка прицепили кабели к ячейкам ограды загона и возвращаются. Главные конденсаторы заряжены полностью, дублирующие — на девяносто восемь процентов.
— Понял. — Феррол через плечо бросил взгляд на Романа. — Еще не больше минуты, капитан.
Тот посмотрел на Марлоу.
— Когда появятся «акулы»?
— Первая — через двадцать восемь минут, остальные с пятиминутной задержкой.
Феррол посмотрел на тактический дисплей, испытывая непривычное чувство подавленности и грусти. Сейчас «акул» пытались задержать уже десять темпийских кораблей, но они могли с тем же успехом оставаться в стороне, ничего не предпринимая. «Акулы» мчались вперед, они или просто обходили сети, в которые темпи пытались поймать их, или высылали вперед для расчистки пути авангард «грифов». «Акулы» неумолимо приближались, и звездные кони в загоне ясно осознавали это. Они больше не сновали безостановочно туда и обратно; как будто понимая, что задумали на «Дружбе» и «Скапа-Флоу», они огромной массой сгрудились около того места, где, если все пройдет хорошо, вот-вот должен был исчезнуть участок ограды.
И когда это произойдет…
Феррол прикусил губу, чувствуя, как глаза наполняются слезами. Теперь, после недавнего столкновения с Романом и Кеннеди, все, что он знал о темпи — или думал, что знает, — рухнуло. Его эмоции представляли собой столь запутанный клубок, что он не мог бы сказать, какие чувства испытывает на самом деле. Но во всем этом хаосе одно он осознавал с кристальной ясностью.
Сенатор победил, со всем своим хладнокровным коварством. И эта мысль причиняла Ферролу боль.
— Дублирующие конденсаторы тоже полны, — ворвался в его мысли голос Демарко.
Феррол, сердясь на себя, сморгнул слезы.
— Они готовы, капитан, — не оборачиваясь, сказал он.
— Хорошо, старший помощник. Можете отдавать приказ.
Феррол перевел взгляд на визуальный дисплей.
— Порядок, Мал. Приготовиться… огонь!
Из радио донесся треск разряжающихся конденсаторов «Скапа-Флоу»; на визуальном дисплее внезапно возникла паутина ослепительно яркого коронарного разряда, мощная струя ударила в сеть ограды и испарила около пяти ее квадратных километров. Яркий свет залил темные тела, молча сгрудившиеся в ожидании… а потом погас, и в тусклом красном сиянии «карлика» стало видно, как кони устремились к образовавшемуся отверстию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
