года тому назад? – повернулся к Эамлину советник. – Теперь, если смотреть со стороны, стало потише. Независимого бизнеса на планете практически не осталось. Кто не принял защиту кланов или не сдался колониальной администрации, тех сожрал Синдикат.
– Да, я как раз застал завершение этого процесса, – кивнул генерал. – Но в итоге должно было установиться некое равновесие, не так ли?
– В целом, так. Но Синдикат усиливается. У Старого Бандита, а он по-прежнему у нас босс всех боссов, есть тесные завязки в канцелярии управителя. С этой поддержкой он постепенно подминает под себя колониальные активы. Даже мой Департамент… слегка покусывает.
– Но как такое вообще может быть?! – возмутился Эамлин. – Про администрацию ничего не скажу, но ведь вы – не беззащитная добыча? Или ты остался совсем без прикрытия?
– Конечно, нет. Кланы сплочены, как никогда раньше. Даже те, кто раньше весьма жестко конкурировал друг с другом, сегодня действуют сообща. Я пока крепко сижу на своем месте и в целом могу эффективно защищать наши интересы. Но проблема в том, что в последнее время нас перестали любить в Метрополии. И в аппарате управителя об этом знают. И, естественно, наглеют.
– Хм, но вы же как бы от всех независимы?
– Хозяйственно – да. Но в Канцелярию Совета Пятнадцати всегда заносили со всем уважением. Ведь наши порядки и так многим не нравятся.
– У вас на Тэкэрэо все действительно устроено не так, как в остальной Империи, – признал Эамлин. – Но вы же как-то со всем этим жили столько лет, и всех это устраивало?
– Пока мы были самой дальней колонией, бедной и никому особенно не нужной, на Метрополии наши особенности терпели. Но если мы превратимся из тупика в важный транзитный пункт, нас не оставят в покое. Благодаря вашему завоеванию Тэкэрэо может разбогатеть, но богатства всегда привлекают новых желающих ими обладать. После смерти Коога и перемен в Совете Пятнадцати мы лишились покровителя в Столице, а новым так и не смогли обзавестись. Кое-кто из наших попытался найти подход к Гдооду, но он сам и его Семья, как мне кажется, смотрят на Тэкэрэо как на добычу. Извини, но твой Космофлот сейчас превратился в угрозу для нас.
– Чего уж там извиняться, – пожал плечами Эамлин. – В Космофлоте есть свои кланы. И мы-то как раз к Семье и ее клевретам не относимся. Хотя признаю, в последнее время она очень серьезно поднялась, и перечить ей из-за Тэкэрэо никто не станет… А если Оонк? У вас же всегда были хорошие отношения со Службой Безопасности? И Згуар, твой младший, у них на хорошем счету. Не зря его отправили тогда на годичную стажировку в Метрополию!
– Да уж, слетал, обормот! И вернулся оттуда с молодой женой. А ты, кстати, пустил все на самотек!
– В то время у меня как раз были учения, а потом маневры, – генерал, оправдываясь, развел руками. – Так что я тоже узнал обо всем постфактум. А что, она настолько плоха? На Заарию она произвела хорошее впечатление.
– Здесь он мог бы найти партию и получше, – фыркнул старик. – А то привез голодранку! Хотя, с другой стороны, здоровая, симпатичная и совсем не глупая. К тому же, она скоро родит моему внуку сына! Ты ее видел?
Эамлин кивнул. Самого Згуара на празднике не было, но его супругу он приметил. Миловидная молодая женщина, которую совсем не портил изрядно выпирающий живот, вела себя тихо и вежливо, но в ней чувствовалась некая яркая искорка, которая, наверное, и привлекла парня.
– Со Службой Безопасности мы давно дружим, – тем временем продолжил Згиэр. – Однако, Оонк далеко, а здесь она сама по себе – сила не того уровня. Если с Метрополии придут новые приказы, на планете начнут устанавливать обычные имперские порядки, а нас и других клановых станут отодвигать в сторону, на ее помощь надежды мало. Придется управляться своими силами.
– Вы только до открытого бунта дело не доводите, – совершенно серьезно посоветовал Эамлин.
– Этого не произойдет, – лязгнул старик. – Мы хорошо понимаем, что соотношение сил, увы, не в нашу пользу. Против всей Империи нам не выстоять. Поэтому приходится изучать опыт Старых Кланов на Метрополии. Возможно, нам придется отдать наши активы, а потом уподобиться им и начать выстраивать неформальное влияние. Будущее покажет. Также мы в ответ немного покусываем Синдикат, чтобы у наших противников было поменьше простой грубой силы, которую можно было бы натравить на нас…
– Прошу прощения! – дверь приоткрылась, и в нее протиснулся Згоор, старший сын советника Згиэра. – Брательник приехал, ищет нашего гостя. У него стряслось что-то важное.
– Пожалуй, с нашими делами мы завершили, – старик строго взглянул на Эамлина. – Пригласи Згуара сюда, к нам.
Дверь закрылась за Згоором, а через полминуты открылась снова.
– Добрый день, дедушка! Здравия желаю, ваше превосходительство!
В комнату вошел молодой человек приятной наружности в светло-сером мундире Службы Безопасности с тремя шпалами старшего офицера первого ранга на рукаве. Даже учитывая его происхождение, получить такой чин менее чем в три дюжины лет было неплохим достижением.
– Без чинов…
Эамлин с удовольствием обнял Згуара. Во время стажировки в Метрополии он неоднократно бывал в их доме и воспринимался как реальный член семьи.
– Рассказывай, что у тебя произошло, – потребовал Згиэр. – Кого-то поймали или, наоборот, упустили?
– И то, и другое, отец. С одной стороны, мы, наконец, выяснили, где Толстяк Ди прячет свою плантацию сугси…
– Сугси? – переспросил Эамлин. – Эта дрянь же у вас не растет...
– Точнее, ее не выращивают… не выращивали до недавнего времени. Хотя спрос есть. Ее привозят контрабандой, мелкими партиями, и цена просто астрономическая. А у нашей золотой молодежи устойчивая мода на розовые пилюльки. И шикануть ими на вечеринке – это очень круто. Вот у кое-кого в Синдикате регулярно появляется идея наладить их местное производство.
– Так в чем же проблема?
– В кронтах. Чтобы выращивать сугси, нужны кронты, много кронтов. А на Тэкэрэо их мало, да... У нас нет ни крупной добывающей промышленности, ни продовольственных латифундий. Они работают только в системе городского хозяйства – всякими дворниками, мусорщиками, садовниками. Или помощниками на фермах. И каждый наперечет. Конечно, время от времени они пропадают, но вряд ли у Синдиката их больше пары сотен, а это ни о
