Меланхтон взял со стола лист бумаги и начал читать:
«И я стал спрашивать Господа о Судном дне: „Каким будет знамение твоего прихода?“ Он мне ответил: „Это произойдёт, когда число Праведных уравняется с числом падших с неба увенчанных Праведных. Тогда Сатана освободится и выйдет из своего узилища, обуянный великой яростью, и станет воевать с Праведными, и те воззовут к Господу Богу. И Господь тотчас велит своему ангелу затрубить в трубу. Трубный глас ангела разнесётся от небес до преисподней. И тогда солнце затмится, и свет больше не станет светить. Звезды упадут, и четыре ветра развеются, и от них сотрясутся земля и море, равно как и горы и долины. Тотчас содрогнётся и небо, и солнце погаснет на четвёртый час. Тогда явится знак Сына Человеческого, и с ним будут все добрые ангелы, и он поставит престол свой на облаках, и воссядет на престоле своего величия, с двенадцатью апостолами, восседающими на двенадцати престолах его славы. И книги будут развёрнуты, и он станет судить весь мир и веру, кою проповедовал. И тогда Сын Человеческий пошлёт своих ангелов, чтобы они взяли его избранных со всех четырёх сторон света и от вершины небес до их края, и чтобы привели их. И тогда Сын Человеческий пошлёт злых бесов, чтобы они привели к нему все народы, и скажет им: „Придите сюда, те, кто говорил: мы сытно ели и сладко пили, и получили в этом мире свою награду“. И после того, как мы узрим этих демонов, все народы, преисполнясь страха, предстанут перед судьёй. И Книги Жизни будут раскрыты, и там будут показаны все народы. И Господь возвеличит Праведных за их терпение и их добрые дела. Тем, кто слушался ангельских приказов, даны будут слава, честь и бессмертие. Тем же, кто повиновался демону, придётся испытать гнев, обиду, терзания и страх.
Тогда Сын Человеческий отделит своих избранных от грешников и скажет им: „Приидите, благословенные Отца моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира“. И затем скажет грешникам: „Идите от меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и аггелам его“. И все прочие, увидев последнее разделение, столкнут грешников в преисподнюю по приказу незримого Отца.
Тогда души покинут темницу неверующих, мой голос будет услышан, и останется лишь одна овчарня и один пастырь. И из недр земных выйдут тьма и мрак преисподней, и поглотят весь мир от недр земных до воздуха небес. И Господь станет править от небес до глубин земли. Огненное озеро, где будут обитать грешники, столь глубоко, что, если бы человек тридцати лет поднял камень и бросил его вниз, он три года летел бы, прежде чем достичь дна.
И тогда Сатана будет связан со всем своим воинством, и будет брошен в это огненное озеро. А Сын Божий будет прогуливаться со своими избранными по небесам, и заточит Дьявола, сковав его нерушимыми цепями с плачущими и стенающими грешниками, и те скажут: Земля, поглоти нас и истреби нас. И тогда праведники воссияют подобно солнцу в царстве их Отца, и Сын Божий приведёт их к престолу незримого Отца и скажет: „Вот я с чадами, которых Отец дал мне; мир тебя не знал, но я поистине тебя узнал, потому что это ты послал меня“. И Отец тогда ответит своему сыну: „Возлюбленный Сын мой, сядь справа от меня, я брошу к твоему подножию твоих врагов, отрицавших меня и сказавших: мы — боги, и кроме нас нет других богов. Они предали смерти твоих пророков и были гонителями твоих Праведников. Теперь ты сбросил их во тьму, туда, где раздаются плач и скрежет зубовный“.
И тогда Сын Божий воссядет одесную Отца, и Отец станет править своими ангелами. Он поместит избранников своих в ангельские хоры, покроет их нетленными одеждами, даст им нерушимые венцы и незыблемые престолы. И Бог будет среди них. Они не узнают больше ни голода ни жажды, и солнце не опалит их, и жара не сожжёт. И Господь осушит все слезы их глаз. И Сын будет царствовать со своим святым Отцом, и царствию его не будет конца во веки веков“.»[71]
— Вот так представляли себе Светопреставление богомилы, учение которых легло в основу альбигойской или катарской ереси… — тихо сказал Меланхтон. Потом положил рукопись на стол и, помедлив, спросил:
— А всё-таки, как вы думаете, кто был этот человек… или не человек, который, обладая явно сверхъестественными способностями, всё время помогал вам? От света он или от тьмы?
— Мы сами хотели бы получить ответ на этот вопрос, мы надеялись задать его доктору Лютеру, но… — развёл руками отец Иона.
— Да-да, вам непременно нужно увидеться с Мартином! — воспрянул духом Меланхтон, — он обязательно поможет вам разрешить эту сложнейшую теологическую проблему, которая не по моим слабым силам. Возможно, мы совершенно напрасно и преждевременно предаёмся унынию! Ведь кто я? Всего лишь помощник, чернорабочий, секретарь и смиренный ученик гения. Если бы учение Лютера не отринуло культ святых, я бы назвал Мартина святым… К счастью, доктор не слышит этих слов, он был бы весьма недоволен этим уподоблением!
— А где сейчас доктор Лютер? — спросил Вольфгер.
— Далеко… он живёт в замке Вартбург, — ответил Меланхтон и пояснил: — это в Тюрингии, замок стоит на отвесной скале близ города Айзенах. Из Виттенберга примерно седмица пути на лошадях. Ну, а сейчас, зимой, может, и больше.
— Вартбург… — не слышал… — задумчиво сказал Вольфгер. — А что там делает Лютер?
— Видите ли… Он там скрывается, ну, и работает, конечно, — смущённо ответил Меланхтон.
— Скрывается? От кого?
— От бунтующей черни… Ещё два года назад, когда Мартину грозил суд инквизиции и костёр, курфюрст Фридрих Саксонский по прозвищу «Мудрый» ослушался приказа императора и не выдал Лютера, а спрятал его в Вартбурге. Курфюрст якобы тогда сказал, что
«монаха следовало бы куда-нибудь упрятать до будущего рейхстага, к которому император Карл повзрослеет и, бог даст, станет разумнее».
Лютер жил там под именем юнкера Йорга. В келье Вартбургского замка Мартин впервые перевёл на немецкий язык Новый Завет, этот перевод напечатан, сейчас его называют «Сентябрьской Библией» или «Вартбургским Евангелионом».
Потом, когда опасность суда инквизиции миновала, Мартин вернулся в Виттенберг. А вот сейчас он вынужден опять укрыться в Вартбурге, но теперь ему угрожает не столько церковный суд, сколько бунты черни, которая громит замки, захватывает монастыри, деревни и даже города, грабит и убивает священников, рыцарей и монахов, не щадя ни стар, ни млад. Вартбург же неприступен. Там Мартин будет в безопасности, пока волна бунтов не пойдёт на спад.
— Перебраться в Вартбург Лютеру опять посоветовал курфюрст Фридрих? — спросил Вольфгер.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
