— ДРУГ!
Где-то на территории Боун-Бэй.
Как только бледное Светило погасло, я попытался встать и понял, что чего-то не хватает. С моими руками и ногами что-то произошло. Что-то неестественное и страшное. Когда пришли боль и осознание, я закричал.
Моих кистей и стоп больше нет. Кажется, Лесной просто откусил их прямо по суставу.
Я сидел в кромешной темноте, опёршись спиной о сырую гладкую землю. Подо мной была липкая лужа крови, которая только начала сворачиваться. Вокруг стоял тяжелый железный запах. Кровь пропитала почти всю мою одежду. Её вытекло столько, что казалось: внутри меня больше нет ни капли.
Если моя таинственная «батарейка» даст сбой — мне конец.
Я поднял обрубок руки и поднес его к глазам, надеясь, что зрение хоть немного привыкло к темноте. Но привыкать было не к чему. Здесь вообще нет никакого источника света. А, судя по странному эхо, «помещение», где я находился, было совсем небольшим. Что ж, у меня уже есть догадка. Это короткий отрезок тоннеля Аномалии где-то под землей.
Чудовище не только искалечило меня, но и оторвало разгрузки с подготовленными гранатами. Оно обезопасило меня от самого себя и от окружающего мира. Вот же кусок дерьма.
— Что ты натворил, Лесной? ТЫ СЛЫШИШЬ МЕНЯ, ТВАРЬ?!
Еще бы Лесной ответил… Он слишком глуп, чтобы говорить. Он закопал меня, как собака закапывает кость.
— Мэрон? К черту демонов, ОТВЕЧАЙ! МЭРОН!
Я быстро прохлопал себя по туловищу и обнаружил, что штык-нож и рация на месте. Вот только достать ни то, ни другое не получалось. Из-за крови обрубки были очень скользкими, а каждое прикосновение изувеченным суставом вызывало жуткую острую боль.
Что же делать?
Ведь чудище оставило меня здесь не просто так. Оно сделает свои дела и вернется, чтобы забрать.
Территория Боун-Бэй. Поселок Корр-Бэй (4 километра от БПА Марка). 19:15
На рыночной площади собралось почти половина населения поселка. Около двух тысяч человек. В основном это были старики. Мужчин призывного возраста почти не осталось — их мобилизовали два дня назад, когда Старший Советник СБ Динзавии заявил на заседании международной организации о том, что в конфликт будет вмешан Лесной Страх. Женщины и дети прятались по подвалам и погребам.
— Динзавийские войска могут прибыть к нам очень скоро. Будьте бдительны. Не упускайте из виду своих детей и внуков, — сказал через громкоговоритель председатель профсоюзного комитета местного молокозавода. Его хорошо знали и уважали в Корр-Бэй, поэтому местная власть (известная своей провермардской позицией) не долго размышляла над тем, кого поставить на импровизированную трибуну, составленную из старых крепких школьных парт, — Если к Вашему дому захотят пройти неизвестные вам люди, да еще и без военной формы — ни в коем случае не пускайте и старайтесь не говорить с ними. Смело ссылайтесь на то, что это указание местной власти. Если это будут военные с оружием, не кричите и не поднимайте панику. Динзавийцы обойдут каждый дом, обыщут каждый сарай и погреб. Будьте к этому готовы. Если у Вас есть оружие — не берите его в руки и не старайтесь спрятать, лучше выставьте на видном месте в доме, чтобы солдаты смогли осмотреть, — председатель перевернул листок заготовленной речи и кашлянул в кулак, — Подготовьте свои документы. Старайтесь не делать никаких подозрительных действий. Если с Вами заговорят — никуда не уходите. Обход будут проводить группы в сопровождении работников молокозавода.
— А если наших среди группы обыска не будет? — спросил кто-то из толпы.
— У солдат динзавии есть оружие. Даже если нас среди них не будет, пустить их придется, — грустно ответил председатель и молчаливо обвел взглядом толпу, ожидая новых вопросов, затем продолжил, — После того, как солдаты осмотрят Корр-Бэй, нам раздадут гуманитарную помощь. Для её получения предварительно будем собираться так же на этой площади. Точнее Вам скажут после обыска. Есть ещё вопросы?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В толпе начали перешептываться.
Издалека послышался топот. Кто-то бежал со всех ног по примыкающей к площади улице.
— Гордни… Гордни! — крик приближающегося мужчины становился всё отчетливее. Он звал выступающего на трибуне по имени.
— Тишина! — потребовал председатель и обратился к бегущему, — Что случилось?
На площадь выбежал мужчина лет сорока, весь мокрый от пота, с взъерошенными волосами и красным лицом.
— Сказали, сюда идет Лесной Страх! ОН ИДЕТ СЮДА! В КОРР!
Кто-то из толпы закричал.
— Кто это тебе сказал? — уточнил председатель, — Они назвали свой позывной?
— Сто сорок…
Мужчина не успел договорить. В поселке внезапно взвыли, залаяли, завизжали все домашние животные. Они кричали в слепом ужасе, ощущая приближение смерти.
— Прячьтесь по подвалам! — скомандовал председатель, но его уже никто не слышал. Паника овладела толпой.
Через несколько секунд жуткий шум поселка дополнил низкочастотный гул. Приближались бомбардировщики Динзавии.
Штаб СБ город Гертен.
Господин Эйргон отобрал переговорную гарнитуру у связиста и лично попытался докричаться до Марка. Они пробовали вызвать Лиссебара и по связи БПА, но тот молчал.
— Я слышу гул! Это самолеты! — сообщил связист, занимавшийся передачей с БПА.
— Значит со связью всё в порядке, — серьёзно сказал Эйргон и окинул взглядом собравшихся офицеров, — Марк не в порядке.
«Если Дир ошибся — мне конец, — подумал Эйргон, — Если он видел другое происшествие, а не это… Динзавии может прийти конец вместе со мной. Доверять ли Диру сейчас? Он ведь хотел, чтобы Лесной остановился, но не сказал ни слова обо мне или Динзавии…»
Бомбить лес, и тем более посёлок Корр-Бэй без Марка было глупейшей, бессмысленной затеей. Офицеры ждали, пока Эйргон решит. Он выглядел спокойным и до сих пор не поднял ни на кого голоса, а значит события всё еще идут контролируемо.
Старший Советник сделал глубокий вдох и скомандовал:
— Отставить. Возвращайте сорок седьмого на исходную.
Корр-Бэй.
Люди разбежались с площади, но несколько человек так и остались лежать на пыльном растрескавшемся асфальте.
Жуткий вой животных почти мгновенно утих. Многие бежавшие к укрытиям остановились, чтобы осмотреться и понять, что произошло. Наступившая тишина пугала ещё больше, чем предшествующий ей шум.
Казалось, весь посёлок прислушался, выжидая следующего шага Лесного.
Раздался душераздирающий женский крик, и тут же смолк. Люди вновь побежали. Каждые несколько секунд крики повторялись, и каждый раз это были другие голоса.
— Дедушка! Быстрее! Пожалуйста… — всхлипывая, звала девочка. Она стояла в воротах и с надеждой вглядывалась в лица бегущих с рыночной площади людей, — Пожалуйста, ну пожалуйста. Дедушка!
После очередного далекого страшного вскрика, огласившего посёлок, её мать подбежала к ней и подняла на руки.
— Подожди мам, вон он! Деда!
Дедушка вправду шёл по улице. Ему помогал мужчина, предупредивший собрание о приближении Лесного. Мама махнула им рукой.
— Господи, Бройни, что творится? — спросила женщина, закрывая за ними ворота.
Они прошли в старый, но ухоженный погреб с толстой деревянной дверью.
— Динзавия предупредила нас, что сюда идет Лесной. Больше ничего не понятно, — тихо ответил Бройни.
— Какого хрена эта тварь вообще подошла так близко к людскому селению? — нахмурившись, сказал старик, — Лесной никогда не подходил к нам раньше. Он ловил только непослушных сорванцов, которые вопреки предупреждениям старших шлялись далеко по лесу.
Бройни закрыл дверь погреба, проверил, насколько прочна конструкция и спустился к остальным. Здесь собрались старик Норвер, когда-то работавший бригадиром на молокозаводе, его жена, о которой Бройни знал лишь то, что она приезжая, их тридцатилетняя дочь Линни, работавшая в фирменном магазине молокозавода в городе неподалеку, и внучка, встречавшая их у ворот. Мужчину из этой семьи забрали при мобилизации.
