– Это будет лучше молчания, в любом случае.
– Это касается твоей смерти, Сайлент, – сказал Вилсон. Его голос был ровным и громким.
Сайлента передернуло. Что же нового священник мог рассказать по этому поводу? Вроде бы все, наконец-то, пошло по ровной дороге.
– А, кстати, к Томасу вернулась память, – вспомнил Сайлент. – Он снова бессердечная сволочь.
– Нет, не вернулась, – возразил Вилсон.
– Что значит, не вернулась? – не понял Сайлент. – Откуда тебе знать?
– Ты умер тогда, во время битвы, – Вилсон проигнорировал вопрос и присел на пыльный стул. – И Томас воскресил тебя.
– Зачем ты мне это рассказываешь? Я все это знаю, – к Сайленту снова вернулось ощущение, что у Вилсона поехала крыша. – Потом Виндсор отвез нас в Фералфордж, потом в Гномерфорт. А потом мы направлялись на Борнео, и по пути я очнулся. Ты ведь знаешь всю историю, верно? – Сайлент посмотрел на Вилсона, как на сумасшедшего.
– Знаю, – согласился тот. – Проблема в том, что ты не знаешь.
– Я не понимаю, что ты имеешь в виду.
Вилсон встал и посмотрел ему прямо в глаза. Сайленту стало не по себе.
– Ты не очнулся по пути на Борнео, – сказал он. И его слова еще долго витали туда-сюда по комнате, все время пролетая сквозь помутненный разум паладина.
– Что значит, не очнулся? О чем ты вообще говоришь? С тобой точно все в порядке, Вилсон? Где ты был?
– Это значит, что ты все еще спишь, – Вилсон ответил лишь на первый вопрос, остальные снова проигнорировав.
– Ты говоришь ерунду. С чего ты вообще это взял?
– Послушай, Сайлент. Я знаю, в это трудно поверить, но это правда. Скажи сам, разве тебе ни разу не казалось, что происходящие вокруг события слишком нереальны для того, чтобы происходить на самом деле?
Сайлент задумался всего на секунду, отмахнувшись от глупых мыслей, как только они начали появляться в голове.
– Иногда события не требуют каких-то объяснений. Они просто происходят и все, – сказал он.
– Ничто не происходит случайно.
Сайлент вспомнил, что Томас говорил ему то же самое. Тем не менее, слова Вилсон были слишком абсурдны, даже абсурднее, чем та цепочка событий, которая происходила с ним после его воскрешения.
Да, много чего казалось странным и необъяснимым. Но не могли же слова Вилсона быть объяснением всему? Поездка в Хандел и похищение ключа, спуск в шахту, странное поведение ВанКлифа и чудесное спасение; некромант, желающий убить Томаса и благополучное возвращение домой после сотни возможных смертей. Все это казалось нереальным. Но не настолько, чтобы быть действительно нереальным.
– Анри сказал, что ты периодически включаешься в реальный мир, – сказал Вилсон после продолжительной паузы. – Это правда?
– Что это значит? – Сайлент недоверчиво поднял взгляд, оторвавшись от глубоких раздумий.
– Это значит, что ты можешь чувствовать и слышать то, что на самом деле происходит.
Сайлент задумался. И ему не нравилось даже то, что он по этому поводу задумывался. Он уже слышал имя Анри прежде. Только где именно? Все внезапно перемешалось и настолько запуталось. А когда паладин, наконец, вспомнил, то почувствовал неприятную дрожь, пробежавшую по всему телу. Анри Фор – имя, которое он неоднократно слышал во сне. Том самом сне, который преследовал его с тех пор, как он оказался на Клэмдорпе.
– Что же происходит на самом деле?
– Ты вот уже который месяц лежишь у Анри дома. Периодически у него возникали разные идеи, как тебя разбудить. Эта оказалась последней. Поэтому сейчас очень важно, чтобы ты на самом деле все понял.
– Кто еще находится у Анри? – Сайлент почувствовал, что затягивается в какую-то игру разума. Но не задать проверочный вопрос он не мог.
– Томас и Виндсор с тобой с самого начала. Я же прибыл не так давно.
Ну, положим, здесь все сходилось.
– Ты хочешь сказать, что ты пробрался в мой сон? И как же это? – Сайлент улыбнулся.
– Это не столько сон, сколько просто игра твоего воображения. Ты выстраиваешь события из разбросанных по твоему подсознанию клочков и обрывков событий. Тех, что уже произошли и тех, что происходят непосредственно в комнате, в которой ты живешь.
– В моем сне, как ты говоришь, есть и такие персонажи, которых я точно нигде и никогда не встречал. «Несынитныця» – как сказал бы дворф Иван.
– Между прочим, Иван – один из дворфов, который нес носилки с тобой с самого Гномерфорта, – заметил Вилсон.
– Кто еще там был? – спросил Сайлент.
– Жену Анри зовут Энджи, но она редко бывает дома. Работает в Тимбере. Их сына зовут Дейв, но он за все это время появился у отца только раз. Учится.
Сайлент хотел было что-то сказать, но осекся. В его голове моментально вспылил образы Энджи, бедной девушки с корабля, и Дейва – парня, который любил совать длинный нос в чужие дела.
– И они оба – эльфы?
Вилсон кивнул.
– Тогда почему у меня они не были эльфами? – спросил Сайлент.
– А разве ты когда-нибудь их видел? Твоему подсознанию достаточно лишь имени.
– Ты так и не сказал, каким образом реальный мир и мой воображаемый связываются между собой через тебя.
– С помощью гипноза. Анри считает, что тебе не дает пробудиться какая-то психическая травма, а не физическая. Было в магии Томаса что-то такое, что тебя «поломало».
– Зачем ты все это мне рассказываешь? – поинтересовался Сайлент.
– Затем, что тебя пора отсюда вытаскивать. Еще немного – и пути назад не будет.
– Каким же образом ты собираешься это делать?
– Ты должен умереть.
– Что? Умереть? Нет, Вилсон, это уже слишком! – Сайлент вскочил с места. – Я выслушал достаточно бреда, но это уже ни в какие ворота!
– Только смерть может вернуть тебя в реальный мир. А твое подсознание никогда не даст тебе умереть.
Сайлент не знал, куда деваться от злости. Вилсон говорил какую-то ерунду, хотя было в его словах нечто такое, что задевало. Все было бы легко объяснить таким образом, да, но такого рода объяснение было еще хуже, чем его отсутствие.
– Вспомни, сколько раз ты так удачно избегал верной смерти? ВанКлиф, некромант, блуждание по Клэмдорпу… И каждый раз тебя что-то внезапно спасало, ты всегда выходил сухим из воды.
– Я не знаю, откуда ты все это знаешь, только звучит не слишком убедительно. Я не верю тебе, Вилсон.
– Ты убегаешь от правды, – ответил Вилсон, ничуть не смутившись злостью паладина. – Анри предупреждал, что так и будет.
– И что же тебе следует делать в таком случае? – ехидно спросил Сайлент, уже подойдя к двери.
– Мне – ничего. Но если ты одумаешься, я знаю, что нужно делать, – ответил священник, наблюдая за Сайлентом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
