Читаем без скачивания Почти любовь - Д Алекс "Алекс Дж"

– Отработаю долг ночью, – задорно рассмеявшись, она в радостном порыве снова целует меня и вприпрыжку уносится из кухни. Тряхнув головой, я достаю пачку сигарет и закуриваю прямо в доме, чего не делал очень давно.

«Отработаю долг ночью». Черт, а ведь именно это она и сделает. Отработает чертов супружеский долг. Словно я идиот, который не способен отличить, когда женщина «отрабатывает» в постели, а когда получает настоящее удовольствие. Через десять минут раздается ее звонкое «до вечера», а в следующую секунду хлопает входная дверь. Проследив в окно, как она выезжает за ворота, я тяжелой поступью плетусь к бару и, выудив оттуда бутылку коньяка, наливаю немного в стакан, но в последний момент передумав, выплескиваю содержимое в раковину и набираю номер Богданова-старшего. Как бы херово мне не было, я не буду пить один в свой законный выходной.

– Привет, чем занят? – сразу перехожу к делу.

– Спать собираюсь, с работы приехал час назад.

– Точно, забыл, что ты с ночной сегодня.

– Ага, а у тебя есть предложение?

– Может, завалимся куда-нибудь?

– Глазам не верю. Ты ли это, Кравцов? – насмешливо восклицает Олег, глядя, как я опрокидываю вторую порцию чистого скотча. – Никак снег скоро выпадет.

– Не выпадет. По прогнозу на неделю одни дожди, – отмахиваюсь я. – Маринка не разозлится, что я снова тебя вызвонил?

– Она злится только на то, что ты у нас совсем не появляешься, – без упрека отвечает Олег. – Саш, вы бы взяли да зашли как-нибудь вдвоем. Долго еще прятаться будете?

– Я-то не прячусь, – пожимаю плечами, разливая еще по одной из стеклянного графина, и жестом прошу бармена повторить. В будний день, да еще и с утра, в только что открывшемся спорт-баре кроме нас двоих в зале никого нет. Еще не до конца проснувшийся бармен посматривает в нашу сторону с тенью осуждения на помятом лице. Тоже видимо после ночной смены.

– Олеська до сих пор не отошла? – помрачнев, спрашивает Богданов. – Никто ее давно не винит ни в чем. Мы все накосячили. Проглядели. Да и Максу не стоило Вадика на твой мальчишник привозить. Смоленский, ты сам помнишь, какой был тихушник. Слова лишнего не выбьешь. Кто же знал?

– Олеся другого мнения, и переубедить невозможно, – тяжело выдохнув, я закуриваю сигарету, чтобы перебить одну горечь другой. – Ее ситуация с Вадимом по-прежнему сильно триггерит. Не хочу обострять.

– А бухать со мной тайком лучше, что ли? – скептически интересуется Олег. – Все равно же рано или поздно проколешься. Ты не думаешь, что больше сам усложняешь, чем есть на самом деле?

– Хрен его знает, – хмуро отзываюсь я. – Может быть, ты и прав.

– Да я, вообще, редко ошибаюсь, – самоуверенно заявляет Олег, прикладываясь к стакану. – Что с настроением, Кравцов, не все гладко в семейной лодке?

– Штормит периодически, – не увиливая, признаю я.

– Никогда не поздно воспользоваться спасательной шлюпкой, – философствует Олег. – А если серьезно, то кризисы в браке – естественное явление. Первый год – всегда самый сложный. Тут главное, не накосячить сгоряча. На нас с Маринкой как накатывает, так мы сразу в отпуск совместный на моря. Не всегда, но помогает.

– У нас отпуск обломался. К моим едем на отцовский день рождения.

Но боюсь, что для Олеси это будет очень непросто.

– А может, ей на пользу пойдет?

– Сомневаюсь, Олег, – невесело усмехнувшись, я делаю глоток горького пойла. В голове уже шумит, надо бы притормозить, пока не нажрался.

– Сань, мы все тебя все предупреждали, что легко не будет, – помолчав, осторожно произносит Олег. – Но ты перегибаешь, друг. Загоняешься по делу и без. Олеся же не сахарная, в конце концов. Болезнь отступила. Ты ее любишь, она любит тебя. Что еще нужно?

– Ты не представляешь, как часто я задаюсь этим же вопросом, – глухо бормочу я, с тоской уставившись в свой стакан.

– Есть какие-то варианты? – сочувственно уточняет Богданов.

– Ни одного.

Домой я возвращаюсь около полуночи. На своих ногах и почти трезвый. Успел выгуляться за целый день. Олеся уже спит, свернувшись калачиком на нашей огромной постели. Приняв по-быстрому душ, я забираюсь под одеяло и ложусь к ней лицом, в полумраке спальни рассматривая тонкие расслабленные черты и пляшущие тени от длинных ресниц на впалых щеках. Она снова похудела, а все потому, что я перестал заставлять ее режимно питаться, чтобы в очередной раз не нарваться на град упреков. Результат не заставил себя долго ждать. Минус как минимум три килограмма и нездоровая синева под глазами. Что мне со всем этим делать? Молча смотреть, как она наплевательски относится к своему здоровью? Я так не могу, а значит, завтра ее ждет очередная воспитательная лекция, после которой меня снова объявят тираном и деспотом. Смешно, она ведь и правда в это верит.

Внезапно поморщившись, Олеся открывает глаза, устремив на меня расфокусированный взгляд. Я улыбаюсь, привычно утопая в насыщенной зелени зрачков. Сердце щемит от нежности и какой-то нездоровой болезненной тоски.

– Привет, малыш. Как прошел первый день в богадельне? – шепчу я, целуя ее в кончик теплого носа.

– Ты снова пил, Кравцов, – сонно бормочет она, отклоняя голову назад. – С кем на этот раз?

– С Олегом, – признаюсь я. – И в прошлый раз тоже с ним.

– Хорошо, что вы снова общаетесь, – зевнув, она засовывает ладошку под щеку и напряженно застывает, когда я ласково провожу костяшками пальцев по ее плечу. – Я очень устала, Саш. Давай не сегодня, – отодвинувшись, Олеся снова опускает ресницы и проваливается в глубокий сон. Вот, пожалуй, и все, что стоит знать о нашей «бурной» сексуальной жизни. Не сомневаюсь, что завтра история повторится, и к тому времени, как я приду с работы, она уже будет крепко спать, уставшая и не в настроении.

Глава 11

Кравцов

Юбилей отца, как и предполагал, ничем хорошим не закончился, хотя началось все вполне сносно. Вылет задержали на час, и мы приехали прямо в ресторан в разгар веселья. Все уже были в сборе, ждали только нас.

Олеся выглядит восхитительно, ради меня изменив своему оригинальному вкусу в выборе вечернего наряда. Никакого эпатажа и винтажа. Длинное серебристое платье в пол с голой спиной и смелым разрезом до середины бедра сидит на ней просто изумительно, облегая во всех нужных местах. Стрижка в стиле Пикси придает ее облику особую пикантность и утонченную сексуальность. Я не могу оторвать от нее восхищенный взгляд, и Олеся искренне радуется моему вниманию со свойственной ей непосредственностью, раздавая мне многообещающие улыбки. Ведет себя раскованно и естественно, чего я давно за ней не замечал. В какой-то момент начинаю верить, что вечер пройдет прекрасно, и, возможно, в будущем Олеся больше не будет отказываться от совместных поездок в Москву.

Она вежливо и без напряга общается с моей матерью, расщедрившись на пару комплиментов, поздравляет вместе со мной отца, а потом уединяется за столиком со своими родителями и больше из-за него не встает. Вообще. Даже в туалет. Мне приходится отдуваться за двоих, но я не особо напрягаюсь, потому что всех давно и хорошо знаю.

Мероприятие идет своим чередом, конкурсы, тосты, поздравления. Ведущие отрабатывают свою программу на ура, играет живая музыка, ото всюду раздается звон бокалов. Гости развлекаются, веселятся, общаются, танцуют. Когда официальная часть подходит к концу, я выдыхаю с облегчением и собираюсь присоединиться к жене и теще с тестем, но сталкиваюсь с еще одним опоздавшим (или явившемся без приглашения) гостем. Точнее гостьей. Майя в роскошном платье цвета фуксии останавливает меня на полпути и, схватив за локоть, улыбается, как самому близкому другу, по-светски клюет в щеку приветственным поцелуем. Все в рамках приличия, но само ее появление на юбилее отца является намеренной и спланированной провокацией. И я даже знаю, кого за это благодарить. Как и в случае с моим мальчишником, организатором выступила женщина. Любимая мамочка, на дух не переносившая Майю, пока мы были в законном браке, внезапно воспылала к бывшей невестке теплыми чувствами, когда я принял решение с ней развестись. За последний год мама не оставляла попыток свести нас под разными предлогами. Но на этот раз она превзошла саму себя, устроив «случайную встречу» с бывшей женой под носом у настоящей.