на пыльную парту. Но она, как и остальные, была неподвижна.
– Садись, – велела Маккуро, указав на ближайшую ко мне парту, за которой никого не было. Я осторожно подошел ближе, заставив Стража рассмеяться. – Не бойся. Ты вырвался из тьмы. Второго раза не будет.
– Спасибо, – буркнул я, присаживаясь. Страж щелкнула пальцами и передо мной появилась чашка с дымящимся кофе.
– Черный, два сахара. Верно? – спросила она.
– Да. Вы…
– Страж Первого круга, – вздохнула женщина и обвела рукой парты с застывшими детьми. – А это моя обитель. Жаль, что редко кому удается её покинуть.
– Вы непохожи на самого страшного Стража, – тихо ответил я. Маккуро удивленно изогнула бровь, а потом сухо рассмеялась.
– Понятно. Дай подумать. «Черны её глаза, и так же черна её душа. А пасть напоминание о грехах её», да? – улыбнулась она, заставив меня покраснеть от смущения. Впрочем, жуткая улыбка быстро погасла на усталом лице. – Библиотекарь Митаро… Его друзья давно не добирались до моей обители. Не знаю, сколько времени прошло, но все меняется, маленький нихил. Даже Чернильная тьма становится обычной тьмой. Отчасти он прав. Когда Судья нас изменил, наружу вылезли все наши пороки. Кто-то подался им с радостью и охотой. Ты наверняка видел Обжору, да? Жалкое зрелище. Кто-то полюбил свое новое обличье и вкусил кровь. А кто-то со временем осознал все и нашел себя.
– Но они… – я махнул рукой в сторону парт с детьми. Маккуро кивнула, перебив меня.
– Они всего лишь проходят испытание. У каждого есть кошмары, маленький нихил. У кого-то большие, у кого-то маленькие и ничтожные. С какими-то можно справиться легко, а из каких-то выбраться очень сложно. Изгои проживают их раз за разом, постепенно растворяясь во тьме. Кто знает, что лучше: свариться в супе Фуцуты или быть разорванным Моно Као? А может лучше раствориться во тьме. Каждый сам решает. Ты не захотел. И выбрался. Как и другие до тебя. Лишь те, кто способен справиться со своим кошмаром, отринуть его, получат возможность добраться до Врат. Еще кофе?
– Спасибо, – благодарно кивнул я, когда моя чашка снова наполнилась горячим кофе. – А вы можете выбраться отсюда?
– Нет, маленький нихил, – скупо улыбнулась женщина. – Мне не хватило сил и желания, чтобы образумить друзей. Мне нет места за Вратами.
– А что там? – осторожно поинтересовался я. Страж снова улыбнулась и покачала головой.
– Дойди и узнаешь. Разве не ради этого ты рискнул? Разве не ради этого ты согласился принять испытание своим кошмаром? Выход там, – сухой палец Стража указал на неприметную деревянную дверь справа от меня. Я поднялся, а затем посмотрел на Сакуру и Аши.
– А они?
– Все зависит от них, – нахмурилась Маккуро, вставая из-за стола. На пол упала тяжелая книга в украшенной камнями обложке, но Страж равнодушно перешагнула через нее. – Ступай. Выход там…
– Я не уйду без них, – мотнул я головой, подходя к Сакуре.
– Они могут вечность провести в своих кошмарах. Души их истончатся, а плоть истлеет, – тихо ответила женщина, вновь странно улыбнувшись. – Готов ты на это? Видеть их страдания и знать, что ничем не можешь помочь. Тьма заберет их, а затем и тебя.
– Я не уйду без них, – грустно улыбнулся я, беря примару за руку. Кожа была ледяной, и я еле мог нащупать пульс. – Как я смогу войти во Врата, если их не будет рядом?
– Что же, понятно, почему плешивый примар так разозлился, когда я не дала ему сожрать тебя, – хмыкнула Маккуро. – У тебя есть то, чего не было у нас.
– О чем вы говорите?
– Неважно, – махнула рукой женщина. – Я вижу, что ты готов ворваться в их кошмары и вытащить их оттуда. Любой ценой.
– Так и есть, – кивнул я, поглаживая руку примары. На миг показалось, что кожа потеплела. А потом я услышал стук сердца Сакуры. Сначала робкий и неуверенный, он становился все ровнее и сильнее. Вздрогнув, я сделал шаг назад, когда примара сдавленно простонала:
– Хватит…
Страж улыбнулась. И в этой улыбке я не увидел грусти или злобы. Только удивление и… радость. Вздохнув, я подбежал к парте, за которой сидела Аши и, взяв девочку за руку, прошептал:
– Борись! Не сдавайся!
Аши вздрогнула, губы её скривились, а глаза заблестели. Она всхлипнула и так же, как и Сакура, сдавленно промычала:
– Хватит. Прошу…
Первой очнулась Сакура. Она дернулась, громко крикнула и свалилась на пол, после чего поджала ноги и расплакалась. Маккуро удержала меня, когда я бросился ей на помощь.
– Не торопись. Она должна сама справиться. Ты и так им помог, маленький нихил, – сказала она, наблюдая, как примара корчится на полу. Я же повернулся к Аши и увидел, что девочка облокотилась на парту и шумно дышит, пытаясь прийти в себя. Её била дрожь, но Аши постепенно успокаивалась, как и Сакура.
– Молчун? Это… – примара не договорила и затряслась. Ойкнув, я подскочил к ней, снял с себя куртку и накинул девочке на плечи.
– Тише, все хорошо, – прошептал я, растирая ей руки. Щеки Сакуры порозовели и она, улыбнувшись, положила голову мне на плечо.
– Займись другой, – велела Страж, подходя к примаре. Она протянула удивленной девочке чашку с горячим чаем. – Пей. Тьма замораживает душу и изгнать холод можно только теплом.
– Все в порядке. Пей, – кивнул я Сакуре, роясь в торбе. Достав чистую куртку, я завернул в неё Аши и прижал дрожащую девочку к себе. Аши всхлипнула и спрятала лицо у меня на груди. – Все хорошо. Это был сон…
– Нет, Молчун. Это не был сон, – губы девочки задрожали, когда она посмотрела на меня. – Я видела Фиалку… И там был Ратто… Он, он…
– Тише. Тебе надо согреться, – буркнул я, с тревогой смотря на подходящую Маккуро. Та протянула девочке чашку с чаем и, чуть подумав, вытащила из кармана конфету.
– Это приведет тебя в чувство быстрее. Иногда кошмары бывают очень живыми, – хмыкнула она. – Пей.
Отогревшись, девочки заняли парту, ближе всех стоящую к выходу. И Сакура, и Аши опасливо косились в мою сторону и боялись поднять глаза на Стража. Я же, закинув торбу за спину, улыбнулся Маккуро и, вздохнув, посмотрел на дверь. За ней земли Судилища и Врата. Наша главная цель.
– Ты удивил меня, маленький нихил, – тихо произнесла хозяйка Первого круга.
– Как и вы меня, госпожа, – кивнул я, заставив Стража рассмеяться.
– Я не госпожа тебе и никогда ей не буду, – она поджала губы и внимательно посмотрела на девочек. – Им повезло, что они с тобой.
– Как и мне. Я погиб бы в объятиях Белой леди, если бы не
