задних лапах. От внезапно нахлынувшего приступа ностальгии Морган невольно с шумом сглотнул слюну — а потом, услышав где-то внутри дома голоса и веселый смех, двинулся вперед, не обращая ни малейшего внимания на слугу, что семенил за ним следом, вереща и ругаясь.
Когда Морган вошел в столовую, в ней тотчас наступила звенящая тишина. Морган осмотрел сидевших за длинным столом. Он сразу узнал брата его отца, дядюшку Джереона — брюхастого мужика с круглой мордой, которому сейчас должен был идти шестой десяток — и его жену Илму — высокую женщину тех же лет с длинным тонким носом и бесцветными жидкими волосами, сплетенным в косу. Первый в свое время изрядно накормил спину Моргана кулаками, отрываясь за ненавистного братца на его сыне, а вторая придумала спихнуть «любимого» племянничка в приют.
Напротив них сидели два здоровенных лба с кулаками что мелкие дыни — видно кузены Моргана. Рядом с каждым восседала невысокая девица; одна походила на другую как две капли воды, из чего Морган сделал вывод, что то, похоже, были сестры. По левую руку от Джереона был длинный нескладный хмырь с тонкой полоской усиков над верхней губой и выпученными глазами, по правую от Илмы — дородная дама, на которой того и гляди лопнет корсет.
— А вы еще кто и что тут делаете?.. — нахмурился Джереон и отставил в сторону тарелку с недоеденным гусем.
— Я тоже рад тебя видеть, дядя, — улыбнулся Морган, уселся прямо напротив Джереона и сложил сапоги на стол, словив испепеляющий взгляд Илмы.
— Морган? — недоверчиво протянул Джереон. — Мы думали, ты давным-давно мертв.
— Жаль вас огорчать, но пока что я жив-живехонек и на Ту Сторону не тороплюсь, — ответил Морган, оглядел зал и цокнул языком. — Не представите меня своим гостям?
— Господин Вебер — местный судья. Госпожа Краузе — вдова графа элленского, — немного поколебавшись все же произнес Джереон; хмырь сухо кивнул, дама же только поджала губы и окинула Моргана неприязненным взглядом. — А это — единственный сын моего непутевого братца, который в свое время умудрился пустить по ветру все, что нажил его отец.
— Сказал бы, что рад знакомству, но не люблю врать, — хмыкнул Морган и огляделся. — А я смотрю, дела идут неплохо?
— Не жалуемся, — буркнул Джереон. — Да и непрошеных гостей тоже не особо жалуем, уж звиняй, племянничек. Катился бы ты отседа да поживей, пока мои сынки тебе ребра не сосчитали.
— Угрожать законному хозяину в его же доме — неслыханная дерзость. Не так ли, господин судья? — сказал Морган, доставал из-за пазухи конверт и бросил его на стол перед Джереоном.
— А это еще что? — в недоумении спросил он.
— Документы, в которых говорится о том, что я, как единственный наследник рода Корво, являюсь владельцем и этого особняка, и земли, на которой он построен.
— Что?! Какая неслыханная дерзость! — взвизгнула Илма. — Ты всегда был лжецом, прямо как и твой папаша! Дорогой, хватит выслушивать весь этот бред — выкинь этого мерзавца…
Джереон шикнул на жену, взял в руки письмо и погрузился в чтение. Через несколько мгновений загривок его пошел красными пятнами.
— Фальшивка! — фыркнул он.
— Вообще-то королевская печать крайне похожа на настоящую, — произнес Вебер, вытянув и голову и окидывая взглядом послание. — Да и подпись вроде как тоже…
— Послушай господина судью, дядюшка, — протянул Морган, закладывая ладони за голову. — Я весьма благодарен, что ты не только сохранил для меня мой дом, но и изрядно его подлатал, однако у меня на это место большие планы, так что лучше тебе и твоей семейке начать собирать вещи.
— Да как ты смеешь, щенок!.. — рявкнул Джереон, отбросив письмо, вскочил на ноги и ткнул толстым пальцем, походившем на сардельку, в сторону Моргана. — Или ты думаешь, что я вбухал столько денег в эту дыру, чтобы ты потом пришел сюда и вышвырнул меня вон?! Взять его! Взять!
— Постойте, — Вебер попытался было успокоить Джереона, — давайте попробуем решить вопрос как цивилизованные люди…
— Мальчики, не сидите столбами, надавайте выскочке по шее! — взвизгнула Илма.
— Я тебе кишки выпущу, ублюдок!.. — зарычал один из кузенов Моргана, хватаясь за нож.
— Нет, я ему сначала глаза повыковыриваю!.. — присоединился к брату его сосед, берясь за вилку.
— Вот! Вот этот бродяга! — повернув голову, Морган увидел слугу, рядом с которым стояли два мордоворота.
— Кажется, можно начинать, — зевнул Морган и приготовился наслаждаться зрелищем.
В тот же самый миг в комнату вдруг ворвался сильный ветер. Нет, не ветер, настоящий ураган. Посуда разлетелась в разные стороны, разбиваясь в осколки, свечи погасли, люстры заходили ходуном, готовые вот-вот рухнуть на головы собравшихся, госпожа Краузе потеряла пышный парик, густо покраснела и схватилась за голову, Джереона вместе со всем его семейством, судьей и прислугой сбило с ног, по всему дому захлопали двери и ставни, и над всей этой какафонией послышался громогласный голос, который, казалось звучал отовсюду:
— Как смеешь ты, подлец, угрожать моему сыну!
— Клаус? — пролепетал Джереон, выглядывая из-под стола. — Это ты? Но как…
— Умолкни! — пророкотал голос, заставив его нырнуть обратно под свое укрытие. — Ты мало того, что посмел отдать мою плоть и кровь в монастырский приют, так еще и отказываешься возвращать ему то, что его по праву? Прочь отсюда и немедленно. И если я еще раз ты или любой из ныне присутствующих появится на моей земле, я заберу ваши души на Ту Сторону, чтобы их вовеки веков раздирали на части голодные демоны! Считаю до трех. Раз…
Не успел голос отсчитать до двух, как послышался дружный топот — и вот в столовой находился уже один Морган. Бедлам вокруг тут же смолк. Морган же поднял с пола упавшую шляпу, отряхнул ее, напялил на затылок, а потом взял каким-то чудом уцелевший бокал, наполненный алой жидкостью.
— Весьма недурно, мой юный друг, — с одобрением покачал он головой, принюхиваясь к вину. Сделав глоток, он скривился, отставил стакан, засунул руку в сумку, достал оттуда большой драгоценный камень и аккуратно положил его перед собой. — В какой-то момент мне действительно показалось, что то был мой папаша.
— П-правда? — камень вспыхнул зеленым огоньком. — Благодарю. А твой дядя не может пожаловаться в инквизицию?
— Сомневаюсь, — хмыкнул Морган. — Всего потустороннего Джереон боится просто до усрачки, уж простите за мою прямоту, так что вряд ли мы его еще когда-нибудь увидим.
— Как тебе удалось уговорить Гессера одолжить тебе эту штуку на время? — поинтересовался голос.
— О, то было куда проще, чем кажется, — усмехнулся Морган. — Когда он услышал, что я хочу провернуть, то смеялся так долго, что я думал, его сердечный приступ хватит. Встречный
