Прошлое.
Получилось ли у нее? Получилось? Ведь раны больше нет… Но где он? В том ли дне, что заказывал, или же где-то еще? Не случилось ли ошибки, сработал ли сложный процесс правильно? Не окажется ли, что в этом прошлом вообще не осталось ничего из прежней жизни: ни работы, ни друзей – совершенная новая ветка событий, где даже он другой, не тот самый Дэлл, а незнакомец даже самому себе?
Мозг накрыла паника.
Все еще опасаясь болевых ощущений, Дэлл поднялся с ковра и, по привычке прижимая руку к животу, побежал в кабинет. Ворвался туда с хлопком ударившейся о стену двери.
«Брандты» на стене отсутствовали.
Он быстро провел пальцами по запылившимся зажимам и табличке, развернулся и рванул в гостиную: уже с порога увидел старый экран, а не новую плазменную панель, и мысленно возликовал.
Прошлое, это прошлое!
Дату… нужно узнать точную дату…
Отыскал на столике перед диваном пульт, включил новостной канал и, не слушая ведущего, впился глазами в дату в правом верхнем углу: «1 марта».
Все верно. Все верно!
Он проснулся дома за один день до дня рождения Меган!
Бернарда, мать его, оно сработало!!! Слышишь?! СРАБОТАЛО!!!
Одриард осел на пол, воздел руки к небу, поблагодарил Создателя, а после, все еще не зная, можно ли начинать радоваться, уперся лбом в ковер и ошеломленно затих. Шок, панически бьющееся сердце, пытающийся ворваться внутрь ураган счастья – надо успокоиться, дать себе минутку, а после во всем разобраться…
Первое марта… Бубнящий о последних событиях голос ведущего…
В прошлом. Невероятно!
Ни раны, ни подарка от Мака, ни висящих на стене пистолетов…
Правильно ли завершился процесс перемещения во времени или же нет, но в одном Дэлл был стопроцентно уверен: он находился «в-самом-что-ни-на-есть-настоящем-мать-его-прошлом»!
- Что? Нет, Дрейк на сегодня дал выходной. Ты что вчера вечером поддал? Сколько можно проводить учений, надо иногда и отдыхать.
Ворчливый голос Мака заставил Дэлла улыбнуться так широко, что физиономия едва не треснула.
- Выходной, значит…
- Да. Эй, ты что-нибудь решил насчет ножа? Когда у твоей подруги день рождения, завтра?
- Завтра.
- Так решил?
- Да. Я дам ей его.
На том конце хмыкнули.
- Ну, смотри… С огнем играешь.
Внутри шевельнулась благодарность Бернарде. Как хорошо помнить…
- Не переживай, разберусь.
И как хорошо, что друг в этот момент не находится с ним в одной комнате – сумасшедший блеск в глазах вызвал бы много вопросов, отвечать на которые и не хочется, и нельзя.
- Значит, отдыхаем и сегодня, и завтра.
- Ты точно вчера перебрал… Элементарных вещей не помнишь.
Дэлл, не обращая внимания на комментарий, раскачивался в кресле взад-вперед.
- Эй, Мак, а ты уже придумал, что подаришь на мой день рождения?
Трубка возмутилась тишиной.
- Даже если и придумал, тебе говорить не собираюсь.
Как же здорово улыбаться… как здорово быть без дыры в пузе… как хорошо, что на стене пока нет «Брандтов»…
- Что бы ты ни придумал, уверен, это будет отличный подарок.
- Чудной ты сегодня…
- И не говори. Ладно, извини, что побеспокоил. Все, пошел.
- Давай.
Дэлл дал отбой, отнял от уха трубку, которая, казалось, все еще источала удивленную растерянность – наверняка вечером он накатил больше обычного, – откинулся на спинку знакомого кожаного кресла, впервые с момента пробуждения расслабился и закрыл глаза.
Неофар катился по знакомым улицам – редкий поток машин позволял свободно маневрировать. Дэлл надел солнцезащитные очки, обогнал ползущий с черепашьей скоростью бордовый седан, перестроился вправо и остановился на светофоре. Открылись и закрылись, выпустив наружу молодого парня в костюме, двери банка на углу; торопливо переходили дорогу пешеходы.
Яркое солнце, первый день весны, первый день новой жизни.
Мысли кружили, как птицы в небе, не желающие опуститься на землю хотя бы на минуту: круг за кругом, пируэт за пируэтом, на смену одной сразу же приходит другая, и не разогнать эту стаю, как ни старайся.
Правильный ли он выбрал день для возврата? Может, стоило бы откатиться пораньше? Тогда Мег уже получила бы право Перехода на Четырнадцатый, но не попалась бы в лапы той банде, что впоследствии избила ее, принуждая взломать пресловутый замок на военной базе – можно было бы позаботиться об этом. Но тогда они бы не встретились в стенах Комиссии, и она не попросила бы нож, который он принесет завтра…
К этому моменту Лагерфельд уже залечил ее раны, и, значит, она здорова.
Здорова и любит его.
Одриард почувствовал себя эгоистом. Да, он допустил ее страдания по второму кругу, по крайней мере, большую их часть, однако он не допустит новых – тех, что последуют за ее просьбой о его кольце. Не будет больше тридцати дней, не будет новых шрамов и обид. Жизнь кое-чему все-таки учит.
Светофор переключился на зеленый; Неофар плавно тронулся и повернул. Нужный магазин далеко, еще километров восемь. Автомобиль ускорился.
Была бы его воля, Дэлл вообще откатился бы в первый день, в тот, когда Меган нашла нож; так было бы не эгоистично и честно, и так он смог бы оградить ее от многих бед. Но у такого решения были свои минусы: что, если бы что-то пошло не так, и она вообще не полюбила бы его? Что, если бы вмешалось новое обстоятельство, связанное с ее работой, и она погибла бы, выполняя очередную просьбу бывшего босса? Ведь никто не говорит, что вернувшись назад, ты получишь точь-в-точь тот же сценарий, что и в прошлый раз? И что, если бы она по какой-то причине не получила бы переход на Четырнадцатый и, как следствие, осталась в Соларе?
Нет, все-таки первое марта – это хорошо. Очень хорошо. Не идеально, потому что многое уже произошло, но хорошо, потому что многое еще не произошло.
Да и вообще, Бернарда предупредила сразу: никаких дат раньше середины февраля, чем оградила от вскипания его мозг, который бы взорвался при попытке продумать огромное количество схем за выделенные пятнадцать секунд времени. Пусть все будет, как будет; первое марта, и точка. Иначе количество «а если бы…» превысит допустимые нормы и вызовет мыслительный паралич.
Автомобиль снова притормозил, попал в движущуюся по направлению к центру пробку; Дэлл, переключившись на нейтраль, убрал ногу с педали и посмотрел в окно.
Две вещи вызывали наиболее сильные эмоции, противоположные, к слову, эмоции, и если хорошей была та, что Баал никогда не приходил за Меган, отчего Дэллу хотелось выпрыгнуть из машины и сплясать на улице, то плохой…
Одриард вздохнул.
