– Эми? – Люси безжалостно нарушила тишину, поглотившую девушку. – Тебе что-нибудь нужно? Может быть, горячего чаю или…
– Нет, нет. Благодарю вас. – Эми настороженно смотрела на Люси. – Какая чудесная комната. – Комната действительно была уютная, выдержанная в мягких бледно-желтых тонах и украшена цветами пастельных тонов.
– Я рада, что тебе понравилось. – Медленно Люси вошла в комнату и так же медленно подошла к окну, терзаясь мыслью о том, как воспримет ее приход Эми: обрадуется или же расценит как нахальное вторжение. – Надеюсь, здесь не слишком жарко. Хит предпочитает, чтобы во всем доме была жара. Если тебе захочется свежего воздуха, то можно открыть окно.
– Нет. Здесь замечательно, – возразила Эми, передергивая плечами. – В Массачусетсе очень холодно.
– Весной тебе понравится здесь больше.
– Хит говорит, что постарается найти здесь для меня школу.
– А ты разве возражаешь?
Эми следила за ней пристальным, немигающим взглядом.
– Нет, я не против. Я люблю читать. Мне нравилось брать уроки.
Эти слова подбодрили Люси.
– Все лучшие женские учебные заведения страны находятся в Массачусетсе, – с чувством произнесла Люси. – Здесь даже создана женская семинария в Уэлиэсли. И через несколько лет, если ты, конечно, захочешь продолжить свое образование, сможешь поступить в колледж, как любой мужчина.
Последние три слова, казалось, особенно привлекли внимание Эми.
– Вы феминистка? – спросила она, явно заинтригованная этой мыслью.
– В какой-то степени, наверное, – согласилась Люси. – Я, например, совершенно уверена в том, что женщинам нужно разрешить учиться. Я против того, чтобы с нами обращались так, будто бы у нас меньше извилин, чем у мужчин.
– Мама и Рейн говорят, что мужчина ни за что не женится на девушке, если будет считать ее умнее и сообразительнее себя.
– Эту мысль полностью подтверждает твой брат, – пробурчала Люси.
– Что?
– Нет, нет, ничего, Эми. Я просто подумала, что мне пора пойти поговорить с Хитом.
– О Рейн?
Понимание, отразившееся в пристальном взгляде сине-зеленых глаз девушки, напомнило Люси о том, что точно так же иногда на нее смотрит Хит.
– О разном, – ответила она. – Мы не виделись с ним целых две недели, за это время накопилось много вопросов.
– Он не знал, что Рейн поедет с нами, – продолжала Эми. Уклончивость Люси не ввела ее в заблуждение. – Никто из нас не знал. В то утро, когда мы должны были уезжать, она сообщила, что ее родственники в графстве Гучлэнд не смогут принять ее. А в Хенрико у нее не осталось родных.
«И теперь она как раз там, где ей так хотелось оказаться», – в порыве ярости решила для себя Люси. Как легко женщинам удается обвести вокруг пальца любого представителя мужского племени! Немного слез, немного притворной южной беспомощности. Да, должно быть, Рейн потребовалось до смешного мало усилий! И вот она здесь. И Люси принимает эту женщину под крышей своего собственного дома! Что это, как не хорошо разыгранный фарс?!
– Почему бы тебе не вздремнуть немного? – спокойно продолжила Люси, заметив серые круги под глазами Эми. – Я разбужу тебя перед ужином, и ты сможешь привести себя в порядок.
Эми кивнула в ответ, наблюдая за каждым движением Люси, пока та выходила из комнаты и затворяла дверь.
Хит ждал ее в спальне. Он уже переоделся в свежее белье, влажные, только что вымытые волосы блестели. Темная, загоревшая кожа потрясающе красиво контрастировала с неимоверной белизной его рубашки. Они пристально смотрели друг на друга, ни у одного на лице не было и тени улыбки, и только невидимые импульсы перебегали от одного к другому. Хит был само напряжение. Люси вся кипела от ярости. Оба приготовились упорствовать до конца. Ситуация ухудшалась переизбытком нервозности. Они не занимались любовью вот уже несколько недель, и все каналы для сближения, которые когда-то были так доступны, теперь лежали за семью печатями. Желание и злость разделяли их.
– Я бы хотела, чтобы для разговора мы спустились в библиотеку. – Голос Люси звучал напряженно. – Там меньше шансов, что нас кто-нибудь подслушает.
– Должно быть, ты собираешься кричать, – сухо заметил Хит.
– Надеюсь, до этого не дойдет. Но если ты не станешь слушать меня, я буду кричать. А если ты решишь не воспринимать меня всерьез и станешь смеяться, то я уйду из дома и не вернусь до тех пор, пока она не уберется отсюда.
Теперь выражение его лица стало еще более серьезным.
– Я не стану щадить ваши чувства, миссис Рэйн, если вы не станете считаться с моими. Ну что, перенесем нашу дискуссию в библиотеку?
Начинающийся закат наполнил библиотеку розоватым светом, который дополнял свет уже зажженных ламп. Хит налил себе выпить и, заметив протянутую руку Люси, слегка покривив губы, влил в ее фужер точно такую же порцию спиртного. Во взгляде Люси можно было прочесть все эмоции, на которые только способна человеческая душа.
– Как ты мог привезти ее сюда?
– Я бы обязательно предупредил тебя, что она едет с нами, если бы имел такую возможность. Но в то утро…
– Я уже слышала о проблемах с ее родственниками от Эми, – не дала ему закончить Люси. – Но тем хуже для нее. Все дело в том, что у меня есть нечто общее с ее родственниками: я тоже не хочу, чтобы она жила у меня.
Хит, откинув назад голову резким, исполненным мужской грации движением, допил остатки виски. Затем его глаза встретились с ее взглядом.
– Она не собирается оставаться у нас надолго. Когда Виктория уезжала в Англию, она хотела, чтобы Эми и Рейн поехали с ней. Все родственники Виктории живут там, и они согласились принять их всех. Но они обе отказались. Эми знала, что я приеду и заберу ее. А Рейн… Я думаю, что ей просто не хотелось переезжать в другую страну, но всерьез она не задумывалась над своим положением.
Люси была готова задушить его. «Она много об этом думала. Она знала наверняка, что делает. Она знала, что снова увидит тебя, ей хотелось посмотреть, не удастся ли ей вернуть тебя себе!»
– Но сейчас, – продолжил Хит, – Рейн всерьез думает о переезде в Англию. Она останется у нас всего на несколько дней, пока мы не пристроим Эми, а затем уедет к Виктории.
– Почему же Рейн не осталась на Юге до окончательного решения?
– Ей негде оставаться там. И мне кажется, что и для Эми это лучше, что она приехала сюда с нами. Ты и я чужие для Эми, а Рейн единственный близкий ей человек…
– О, избавь меня от этого, – прервала его Люси, отворачиваясь и идя к окну. – Не из-за Эми ты привез ее сюда. Тебе даже в голову не пришло, что на эти несколько дней Рейн могла бы остановиться в отеле.
– И это, безусловно, был бы крайне джентльменский поступок: оставить молодую, только что овдовевшую женщину в отеле!
