придут, а вот мы нанесем им визит. Хочу собственными руками взять за глотку этого Сантера, даже если мне придется сразиться с тысячей кайова.
– Не горячитесь, дорогой Сэм. Ругаете меня за опрометчивость, а сами лезете на рожон.
– Что? На рожон? Ну вы и рассмешили! Сэр, вроде вы не робкого десятка, с ножом ходили на медведя, а тут вдруг чего-то боитесь? Что это за дрожь такая?
– Это не страх, всего лишь осторожность. Враги слишком близко.
– Слишком близко? Да не смешите меня! Мы подойдем к ним еще ближе, поверьте мне. Подождите, пока совсем стемнеет.
Сегодняшний день не был похож на другие. Старик Хокенс жаждал отомстить за «прекрасную, добрую краснокожую мисс». Апачи были согласны с Сэмом и не желали ждать. Стоун и Паркер тоже поддержали его. Мне ничего не оставалось, как только подчиниться. Стреножив лошадей, мы решили ждать темноты.
Кайова, по-видимому, ни о чем не подозревали. Они громко окликали друг друга и вели себя так, будто находились не на временной стоянке, а у себя дома, в хорошо охраняемой деревне.
– Видите, насколько они беспечны? – заметил Сэм. – Похоже, ничего дурного они не задумали.
– Если вы не ошибаетесь.
– Сэм Хокенс никогда не ошибается.
– У меня странное предчувствие, что они притворяются.
– Предчувствие? Это у старых скво кругом одни только предчувствия! Не уподобляйтесь! Да и на кой ляд это краснокожим?
– Чтобы привлечь нас.
– Совершенно ни к чему! Мы и так явимся, если не ошибаюсь!
– Думаете, Сантер с ними?
– А то как же! Когда он сюда заявился, на свое счастье сразу увидел их. Быстро пересек высохшее русло и присоединился к ним.
– Вы полагаете, что он все им рассказал о происшедшем?
– Что за вопрос! Конечно все разболтал. И о том, что преследователи идут по его следу и вот-вот появятся.
– Тут вы правы, Сэм. Тем более мне непонятно, почему индейцы ведут себя так беспечно.
– А вы не думаете, что они просто могут ожидать нас завтра утром? Как только стемнеет, проберусь поближе и все разузнаю, – уверил меня Сэм. – А там уж посмотрим, что делать. Сантер от меня не уйдет.
– Пожалуй, я отправлюсь с вами, дружище, – заметил я.
– Вот это лишнее.
– А по-моему, просто необходимо.
– Когда Сэм Хокенс идет на разведку, ему не нужны помощники. Тем более в вашем обличье, с вашим, как его там, гуманизмом. Наверняка захотите оставить убийцу в живых.
– Вовсе не собирался.
– Не притворяйтесь!
– Я говорю то, что думаю. Мне очень хотелось бы поймать Сантера и отдать его Виннету, но, как видно, живым он не дастся, поэтому я приготовил ему пулю в голову.
– Пулю в голову! Хм! Значит, и на этот раз вы хотите освободить негодяя от пыток! Жестокие казни мне тоже не по нутру, но этот мерзавец должен умереть в муках! Мы схватим его и отвезем к Виннету. Но сначала надо выяснить, сколько тут кайова, ибо совершенно ясно, что их гораздо больше, чем мы видим.
Я промолчал, потому что апачи уже начали с подозрением прислушиваться к нашему разговору. Они помнили, как я заступался за Рэтлера, и опасались, что я могу вести себя точно так же с Сантером. Прекратив разговор, я улегся рядом с жеребцом.
Солнце уже закатилось, и на землю спускались сумерки. В лагере кайова зажглись высокие костры. Это никак не вязалось с обычным осторожным поведением индейцев, находящихся в походе, и у меня все более и более крепло подозрение, что вся эта инсценировка устраивалась для того, чтобы заманить нас в ловушку. Кайова хотели сделать вид, что не подозревают о нашем присутствии. Если бы мы, обманутые ими, напали на врага, весь наш отряд, несомненно, оказался бы в капкане.
Неожиданно позади себя я услышал шорох. Такое шуршание могло исходить только от трения шипов друг о друга, и это обстоятельство сразу указало мне, где надо искать источник звука. Как раз за моей спиной, между тремя деревьями, разросся куст ежевики, в котором и происходило какое-то движение, привлекшее мое внимание. Может, это зверь застрял в колючих зарослях? А может, и человек…
Как я уже упомянул, кайова разожгли высокие костры, пламя которых довольно неплохо освещало все, что происходило между ними и мной. Я встал со своего места и медленно стал продвигаться вперед, но не в том направлении, в котором, собственно, собирался изначально. Когда я удалился на достаточное с моей точки зрения расстояние, я развернулся и тихо подкрался к роще с правой стороны. Сделав несколько шагов, я лег и тихо пополз к кустарнику.
Вскоре передо мной выросла живая стена ягодных кустов, за которой высвечивало пламя костров кайова. Шорох повторился снова. Он исходил не из середины кустарника, а откуда-то с краю. Я тотчас поспешил туда, и то, что я увидел, не сильно отличалось от того, что я полагал там обнаружить.
В зарослях прятался индейский воин, уже выполнивший поручение и теперь намеревавшийся покинуть свой наблюдательный пункт. Он мастерски крался между растениями, избегая малейшего шороха. И все же тихий, едва различимый шелест раздвигаемых ветвей был мною услышан, поскольку я лежал совсем близко. Трудный маневр удался кайова, но его плечо, рука, голова и шея все еще оставались в колючей изгороди.
Я подполз к застрявшему сзади. Кайова освобождался все больше и больше, ему оставалось только вытащить руку. Тут я опустился на колени, левой рукой вцепился ему горло, а правым кулаком ударил три раза по голове. Краснокожий медленно и беззвучно повалился на землю.
Неожиданно послышался удивленный голос Сэма:
– Что тут было? Не слышали?
– Может, простучал копытами конь Шеттерхэнда? – узнал я ироничный голос Дика.
– М-да, исчез. Где он может быть? Главное, чтобы глупостей не наделал!
– Пока он еще не сделал ни одной и, уверен, не сделает.
– Как пить дать, занялся тайными розысками Сантера! Еще, чего доброго, решит спасти ему жизнь.
– Чепуха! Он скорее придушит убийцу, чем даст ему уйти. Смерть двух апачей повлияла на него очень сильно. Ты разве не заметил?
– Может быть. Но я не возьму его с собой, когда отправлюсь к кайова. Да и он, по правде говоря, совершенно спокойно обходится без меня, если не ошибаюсь. Свое дело, как гринхорн, он знает неплохо. Но вот скажи, зачем сейчас подкрадываться к лагерю кайова при таком ярком свете огня? Они знают, что мы обязательно появимся, а потому они начеку. Только старый вестмен сможет к ним подобраться незамеченным, а гринхорна они сразу увидят и услышат. Я осмотрел местность и пересчитал всех краснокожих. Осталось определить, как мы на них нападем.
Тут я поднялся, подскочил к нему и сказал:
– Ошибаетесь, дорогой Сэм. Я никуда не делся. Значит, только старый вестмен сможет к ним подобраться незамеченным?
– Дьявольщина! – в удивлении открыл рот Хокенс. – В самом деле вы? Но как же это мы вас не
