напрягся, поняв, что во мне отсутствует материнский инстинкт. Он злился не на моё равнодушие к ребёнку, а на самого себя. Его план не сработал в кое-то веки, моя ненависть достигла критической отметки, и мужчина растерялся, что совершенно на него не похоже.
Думала, его «ухаживания», подарки, чрезмерное внимание, это всего лишь отвлекающий манёвр, и супруг просто хочет лично проследить, чтобы я ничего не сделала с собой или ребёнком. Я знала его привычки и расписание, и он сам был в курсе моих умозаключений, но всё равно… Ришард слишком часто торчал в доме, приезжал раньше, словно не видя моего к себе отчуждения, прикасался ко мне, обнимал, целовал, но бОльшего не позволял, зная, что тогда «потеряет» меня окончательно.
Я силилась понять, почему Лирссман не сознался мне в своих…чувствах и всём остальном. Многих конфликтов можно было избежать. Да, я бы не поверила сразу его словам, но видя его поступки, явно бы смягчилась, заставила бы себя пойти на перемирие. Но вдруг осознала кое-что ещё…
Супруг не мог иначе.
Было бы странно, явись я на его порог, а он бы сразу обо всём мне рассказал. В тот момент могла явно воспользоваться своим «положением» и без стеснения требовать Лирссман о чём угодно. Откажи он мне, я могла спокойно уйти, зная, что мужчина пересилит себя из-за своих чувств ко мне, и в итоге сделает так, как желаю именно я. Он не мог позволить, чтобы с первого дня нашего официального знакомства я начала манипулировать им.
Многого можно было избежать, даже есть вероятность, что мы бы нашли выход из ситуации, не прибегая к браку. Но тогда Ришард не заполучил бы меня так, как жаждал много лет.
Ощутив прилив резкой тошноты, подорвалась с места, подбегая к раковине и спустя пару секунд выплёскивая всё содержимое желудка. Позади слышала какую-то возню и возмущения брюнетки, но сейчас это мало волновало.
Меня трясло, резко стало холодно. Последние позывы тошноты, и я хватаю графин с водой, делая жадные глотки, не удосужившись перелить жидкость в отдельный стакан. Упираясь руками в столешницу, тяжело дышу, пытаясь прийти в себя, и ощущая больше уверенности, так как с Карэн нас разделяет уже чуть больше расстояние, и у меня есть возможность выбраться из кухни первой. Но медлю.
Включаю воду в раковине, заодно щёлкаю по кнопке, запуская измельчитель отходов. Когда хромированная поверхность очищается, всё выключаю, медленно оборачиваясь лицом к Карэн, прислоняясь попой к каменной столешнице.
— Те сообщения с угрозами. Их писала ты? — спрашиваю устало, чувствуя упадок сил.
Брюнетка злорадно улыбается, проводя ладонью по зализанным волосам, и совершенно не скрывает своих злодеяний.
— Надо же! Думала, ты раньше догадаешься, — ухмыляется, и даже не собирается вставать из-за стола.
Видимо, девушка считает, что я никуда не денусь, предпочтя безропотно слушать её и бояться всё больше. И совершенно не понимаю, что сейчас движет ей, какие мысли в её психически больном мозге, и, насколько далеко она готова зайти.
— Что ты хочешь, Карэн? — выпаливаю на одном дыхании, кажется, переставая дышать.
— Что я хочу? — приподнимает скептически бровь, облокачиваясь на стол и на миг задумываясь, глядя в потолок, но всё выглядит слишком наиграно. — Вернуть Ришарда и жить с ним, как раньше. Джеймс, конечно, пытался убедить меня, что ему удастся возобновить ваши отношения, и ты сбежишь от Лирссман, но я не дура. Успела сделать выводы. К этому размазне ты не вернёшься, а Ришард тебя просто так не отпустит. Мне придётся применить кардинальные меры. Но, давай без обид, Элеонора. Как женщина женщину ты должна меня понять, — спокойно выпалила девушка.
Не знаю, что меня страшило больше: её желание убить меня, или то, с каким безразличием она говорила об этом, словно в этом нет ничего ужасного. Но, то ли в состоянии стресса, то ли от бушующих гормонов, я с чего-то вдруг решила, что у меня есть шанс на сохранность собственной жизни, и, не подумав, выпалила…
— Я беременна, Карэн. Срок чуть более четырёх месяцев.
Брюнетка за секунду превратилась в холодное изваяние. Не дыша и не моргая, она смотрела на меня, как на нечто неопознанное, но вдруг её глаза загорелись яростью, лицо исказила гримаса безумия, заставляя меня сжаться и приготовиться обороняться.
— Врёшь! — дико прошипела, бросая взгляд на мой живот, прикрытый свитером.
— Какой мне в этом смысл? — криво улыбнулась. — Я говорю тебе об этом, надеясь, что как женщина ты поймёшь меня. Ришард не оставил мне выбора. Сейчас, поговорив с тобой, я осознаю, что не смогу быть с Лирссман. У меня есть поддельные документы, достаточно средств для побега. Я исчезну, и меня никто не найдёт.
Ни на что не надеялась, но брюнетка была одержима своим бывшим супругом, и я решила воспользоваться шансом, пусть и весьма призрачным.
Не знаю, что в этот момент испытывала Карэн, её словно разрывало изнутри, и она взгляда не сводила с меня. Эмоции слишком быстро менялись, и я не всё успевала считывать. Удивилась, когда Джеймс, превозмогая боль, поднялся на ноги, придёрживаясь на край каменной столешницы острова. Он бросил на меня непонимающий взгляд, скользнул ниже, видя, как я держусь за живот в защитном жесте.
— Почему ты не сказала мне об этом? — сокрушенно выдохнул.
По глазам поняла, что знай бывший парень о беременности, он бы не повёз меня сюда, где я бы находилась в тесном контакте с ненормальной психопаткой.
— Я побоялась, — честно созналась.
Томсон смотрел на меня с минуту, брюнетка же словно погрузилась глубоко в себя, не смея даже шелохнуться. Дурной знак. Как затишье перед бурей. А потом…
Мужчина крайне тихо, практически не слышно, произнёс одними губами:
— Беги…
«Это конец».
Я застыла, не желая признавать происходящее. Томсон же, словно забыл о раненном боке, развернулся и бросился в сторону Карэн. Девушка не успела сориентироваться, и мужчина повалил её на пол. Не мешкая, сорвалась с места, слыша в спину громкие ругательства брюнетки. Она была в ярости.
Рванула к входной двери, но она оказалась заперта. На всех окнах решётки, и мне явно не выбраться. Меж тем из кухни доносились звуки борьбы, громкие стоны боли Джеймса подействовали отрезвляюще. Видимо, девушка надавила на кровоточащую рану.
Ринулась в гостиную, хватая железную тяжёлую кочаргу, лежащую около камина. До сих пор гоню от себя мысль воспользоваться пистолетом. Карэн можно просто ударить хорошенько по голове, а после связать и закрыть в одной из комнат.
Со своей находкой влетаю вновь в кухню, но так и застываю. В горле застывает немой
