Например, машины патруля были все новенькие, будто только с конвейера. Кое-где даже краска смазалась — будто бы едва только машины покрасили, сразу пустили в патруль.
Опять же — мех-кулаком командует целый лейтенант. Не велика ли честь? Лейтенант у нас раньше всей бригадой командовал. Да и сейчас капитан Сард командовал дивизией… Стоп!
Людей в бригаде, как и в дивизии, не хватало, бригады были неполными. А тут вдруг к «Мертвецам» четвертый мех-кулак приписали. Зачем, если проще этими людьми другую бригаду пополнить? Что еще более странно — мех-кулаком командует лейтенант. У нас раньше лейтенант всей бригадой командовал…
Что-то как-то тут нечисто…
Я переключил каналы связи, перейдя на личный с Артусом.
— Артус! Меня тут кое-что беспокоит… — начал я издалека.
Старик был немногословен, до юмора не падок, но если дать ему повод — он может отпустить такую едкую шутку, что долго потом не отмоешься. И я становиться жертвой его неудержимого остроумия только из-за своих подозрений не хотел…
— Говори, — тут же отозвался старикан.
— Насчет этого патруля…
— Тоже считаешь их странными? — спросил старик, чем немало меня удивил. Раз так, то я осмелел и высказал свои наблюдения.
— Я тоже заметил, что краску как будто в спешке на мехов наносили, — согласился старик, — и весь этот кулак… Сард не стал бы формировать из них новое звено — раскидал бы по другим. И посмотри, как они двигаются и действуют — это слаженная, привыкшая работать друг с другом группа.
— Считаешь, что это самозванцы?
— Информации мало, но…
— Зачем кому-то прикидываться «Падшими»?
— Это лучше спросить у них, — хмыкнул старик.
Я переключился на канал группы.
— Значит так. Я задам пару вопросов лидеру патруля. Будьте готовы. Если он ответит неправильно — атакуем их.
— Но почему? — удивился Маркус. — Это же свои.
— Не факт, — проворчал Серый.
Оп-па! И он тоже учуял что-то неладное.
— Слушайте эфир. Сигнал к команде — слово «столица».
— Принял, принял… — один за другим отозвались бойцы моей группы, ну а я перешел на общий канал, равно как и остальные.
Как и везде, тут слышался треск помех, однако мехи патрульных были совсем рядом, так что…
— Лейтенант! — позвал я.
— Слушаю вас, — отозвался он.
— Скажите, капитан Рок Аран сейчас на базе? — я выдал первое пришедшее мне на ум имя.
— Аран? — у меня было такое ощущение, что собеседник лихорадочно соображает, что ответить, — сегодня не видел. Но капитан Сард есть.
Вот блин. Сарда они знают. Хотя…
— Да, он на базе.
Вот и попался!
Я взялся за сайдстик, отвечающий за оружие, встроенное в торс.
— А как там Злыдень? Еще больше разжирел?
— Ага, и не говори. Жрет все подряд. Запасы на нуле.
— Ну ничего, скоро все отъедимся — пара дней, и мы в столице…
С этими словами я и ударил в спину вражеского меха. Целился прямо в центр, чуть выше «поясницы», чтобы ненароком не зацепить реактор — если он рванет, нам всем достанется.
Мои товарищи, с подачи Артуса разобравшие цели, тоже сделали свои выстрелы.
Одному из «патруля» не повезло — его машина была моментально уничтожена и на землю упала уже груда мертвого железа.
Второму роботу противника оторвало руку, его повело, но пилот все же умудрился удержать равновесие.
Как бы там ни было, а наш неожиданный и, чего уж скрывать — подлый удар (ну а что, они ведь тоже не святые — прикинулись «своими»), оказался очень эффективным. Фактически у противника осталось три боеспособных машины, хотя и уже серьезно поврежденных.
— Вонючее графское отродье! — услышал я чей-то злобный вопль на общем канале.
Что ж, если до этого у меня были сомнения, то теперь они всецело развеялись — я не ошибся. Эти пятеро были нашими противниками, «ряженными» в нашу раскраску, и прикидывающиеся «Мертвецами». Наверняка это солдаты барона Кракалиса. Но вот вопрос — на кой черт им вообще весь этот маскарад?
Зная Кракалиса и те фокусы, что он проделывал раньше, я нисколько не сомневался — проблемы со связью и эта «маскировка» — звенья одной цепи. Вот только для чего это все было затеяно — можно было только догадываться.
Впрочем…
Я поднял руки своего меха в боевое положение и ударил в ногу робота, без того потерявшего руку.
Все, с таким ударом вражеский пилот уже ничего не мог сделать — его мех завалился на землю и мне оставалось только надеяться, что пилот после такого падения выживет.
Тем временем трое противников пришли в себя, попытались нам ответить, вот только спешка обернулась им боком. Алекс резко рванул прочь, буквально за несколько секунд оказался в паре сотен метров от схватки (где его могли попросту затоптать), и теперь бегал вокруг, как и положено порядочному легкому меху, точечно бил в критически важные или поврежденные точки вражеских боевых роботов.
Серый просто развернулся боком, приняв удар вражеских лазеров в плечо, где у его меха была самая толстая броня.
Мы с Маркусом были слишком близко к своим противникам и они не могли использовать тяжелую кинетику — взрывами бы досталось им самим.
Больше всех не повезло Артусу — в него липовый лейтенант разрядился полным залпом, причем метил в торс робота. Вот только машина Артуса, а точнее ее броня, с честью прошла это испытание, поглотив весь урон.
Впрочем, я видел, как расплавленный металл стекает с «Крушителя», летит на землю, поджигая траву, кусты и деревья под ногами тяжелого меха.
Противники сделали свой ход, и он, признаться честно, совершенно не впечатлил.
— Весельчак! По красному! — приказал я (цели для всей группы маркировались цифрами или цветом, так мы могли легко решить, по какой цели будем бить и где чья находится).
Я и Маркус разрядили энергопушки в правый полуторс вражеской машины. Броня с нее исчезла мгновенно, импульсы прожгли и корпус, добрались до механизмов, вызвав несколько микровзрывов, а из торса вражеского меха брызнули снопы искр.
Он замер, опустил руки и затем начал медленно заваливаться, будто древняя статуя.
Старик Серый расправлялся со своим противником, всаживая в него очередь за очередью крупнокалиберные снаряды. Сзади вражеского меха, словно шакал, бегал легкий мех Алекса, бил лазерами, пытаясь нащупать брешь в броне.
Что касается Артуса — он отомстил лейтенанту, поправившему броню его меха, по полной — два плазменных орудия один
