– Надеюсь, ты не обманешь моего доверия, Тим…
На что я тут же начал заверять её горячо, что ни в жизнь! В конце концов я ей клятву давал не удирать пока не возмещу стоимость либо не верну "Дар Таэля". И меня милостиво отпустили…
Таким образом, отпросил я поутру Тома у мастера-ювелира – хотя и пришлось мне для этого выдержать настоящий бой! взяли мы чуть перекусить, и пошли. Сразу после того как отбились от отца Тома! Который устроил нам натуральный допрос с пристрастием, заподозрив что мы собираемся рвануть в Пустоши! Но его образумить оказалось не так тяжело. Ну в самом деле, какие Пустоши без снаряжения и какого-либо провианта – не считать же за достаточные припасы прихваченную нами котомку с пирогами со сливами и да налитый во фляги кисленький компот?..
В общем, сорвались. За деньгами – нычкой моей. Ну и были у меня ещё кое-какие планы… которыми я поделился с Томом лишь по выходу из города – чтобы не спалил! Идти день туда-сюда, а на ночёвку встанем как приличные люди в расположенной поблизости деревеньке – в Верхних Линьках этих. Там постоялый двор для путников есть. И… я надеялся, что там удастся поправить дела с близким общением с девушками! А то совсем тяжко стало. Край как хочется какую-нибудь от души в постели повалять… А не просто довольствоваться гулянием под ручку вечером, с болтовнёй, покупкой ей вкусняшек и цветов! Да, иного общения с девушкой хочется. А то побочный эффект алхимического восстановления так на мозги давит, что спасу нет…
Ноги залеченные меня не подвели. Устали – хоть мы и с привалами двигались, но не подвели. И с нычкой порядок был! Никто её не увёл, наткнувшись случайно. Облом случился лишь с развлечениями. Которые и Том предвкушал. На постоялом дворе, куда мы запёрлись под вечер, чуть раньше объявился какой-то отряд помятых наёмников – из охраны караванов, но без него самого. И расхватали они всю симпатичную прислугу… Её там немного-то было, если брать особ близких нам лет. И хоть сколько-то привлекательных. А взрослые тётки нам без надобности. Не настолько мы оголодали.
И как назло деревушка махонькая – больше нет тут ни таверны, ни кабака, куда можно было бы перебраться. А тут, с этими "буйными молодцами" каши не сваришь. И чего они припёрлись сюда?.. В стороне же чуть от тракта Верхние Линьки…
– Без драки тут не обойдётся… – задумчиво сказал я Тому, когда мы потчевались. Все мало-мальски интересные девушки у столов подвыпивших наёмников обтирались и их и не отпускали считай оттуда. И наш подкат к ним не остался бы незамеченным.
– Ага… – безрадостно согласился Том, не испытывающий желания выхватить от дюжих наёмников, что не дураки помахать кулаками.
– Ладно, придумаем что-нибудь, – подбодрил я его. И решил: – Хаваем и валим.
Это мы быстро выполнили – перекусили и свалили прежде чем поднабравшиеся наёмники начали к нам цепляться. На улицу вышли. Ещё чуток прошлись… Но крошечная деревенька это не Гармин, где в это время выходят гулять – тут спать ложатся. Ну или по своим нычкам прячутся – нам неизвестным. Но тройку пацанов мы выцепить смогли. То да сё, слово за слово – поинтересовались у них на счёт доступных девушек. Но облом. Деревенские сказали что все такие на постоялом дворе отираются. Идите прямиком туда – не промажете. Мы посетовали что там – не пойдёт. Ну и я подзадорил их – нешто тут больше вариантов никаких нет?.. Не бесплатно, конечно. И оказалось что есть. Не сильно гулящая вдовушка, с которой, впрочем, можно вроде как сговориться – идёт людская молва. Можно к ней заглянуть – попробовать… Мы потребовали подробностей, естественно, переглянувшись… И как-то сразу интерес пропал. Девица эта якобы – взрослая тётка с детьми! На блин такое развлечение. Попытались на молодых девчонок стрелки перевести. Но пацаны чётко сказали, что тут у нас не выгорит ничего. А вздумаем нормальных девчонок портить – деньгой их соблазнять, рыла нам мигом начистят, да бока хорошенько намнут. И один многозначительно так покосился на близлежащий забор. Из кольев! Из которого можно легко надёргать отличного дреколья!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В общем, вернулись мы на постоялый двор несолоно хлебавши… А там быстро ушмыгнули в снятую нами комнатушку. Ибо наёмники уже ставили зал на уши. И вероятность выхватить тут совершено ни за что – к примеру за косой взгляд, померещившийся кому-нибудь, увеличивалась с каждым мигом…
Так что оторваться не удалось. Увы-увы. И немало расстроенные этим фактом мы двинулись в обратный путь. Ну хоть с деньгами моими, и то радость!
Хотя удержать лица я не смог, когда Блэкворт по нашему возвращению поинтересовалась – сама довольная как кошка, умявшая кринку сметаны:
– Как прогулялись, Фастин? Хорошо?
– Ага, просто замечательно, – скорчил я кислую физиономию. И вздохнул про себя, глядя на одну красотку, что только хорошеет день ото дня.
Глава 25
Вернулись. И я начал готовиться к походу всерьёз. Перво-наперво сходив в городскую библиотеку, где как-то в одной книге натыкался на занятный алхимический рецепт. Почти день убил – но наново его отыскал! И переписал. А зная необходимые для осуществления преобразования ингредиенты, закупил их в необходимом количестве и следующим днём занялся за работу. В каморке доходного дома Реми, естественно, несмотря на упоминаемую определённую опасность такого действа. Ведь изготовить я решил, не что иное как "Металлический пламень"! Реально такое вещество, получающееся в результате алхимического преобразования, под воздействием которого металл воспламеняется. Жуткая штука, так-то… Которой я решил начинить болты к моему арбалету. Такой точно не придётся по нраву ни одному демону! И если тот не скопытится сразу от болевого шока, когда у него внутри металл загорится, то как минимум получит такую травму, которая заставит его отказаться от преследования такой кусачей добычи.
Одна беда – компоненты, требуемые для изготовления нужного количества "металлического пламеня" в солидные деньги мне встали. Восемнадцать золотых на всё про всё у меня ушло, на жуткую начинку для дюжины болтов с полыми наконечниками, да на специально заказанные колпачки на них из мягкого дерева – надетые сверху из предосторожности. Металлический пламень штука такая, что от удара возгорается… И стоит поберечься – если у меня на спине болты полыхнут – я сам почище любого демона офигею от такого!
Насколько проще было бы с магией… Свитки набрал – и пуляй куда хошь. И всё – безопасно! Только это, к сожалению, не по моим возможностям – тут счёту деньгам надо не знать, чтобы так затариваться. А ещё лучше – самому быть полноценным магом. Жаль мне – никак. Но тут грусти не грусти, а делу не поможешь. И я то что мне по силам осваивал. Да, добравшись до заначки – разжившись деньгами, я продолжил брать уроки у магистра. Осваивая теперь очень интересное ненасыщенное поисковое заклинание. На ещё более интересное – "Шокирующий удар", без алхимического курса развития резерва смысла нет переходить, а обойдётся он в две с половиной сотни золотом! У меня и денег-то таких нет… В данный момент. Не говоря уже о том, что это поставит крест на моём развитии… Сомнительно, в общем, всё. Хотя усилиться и очень хочется…
А на третий день после нашего с Томом неудачного набега Верхние Линьки, я заглянул в "Бобра". Вечером. Кое-как отделавшись от имеющей другие виды на времяпрепровождение хищницы. Дело ж прежде, а развлечения потом… Восстановился же я полностью – это было очевидно. И стало понятно, что оттягивать поход некуда. Надо заниматься поиском команды. Пока мне на это прямо намекать не стали. Блэкворт молчит конечно на этот счёт, но молчит весьма красноречиво. И только пока. Чётко дала же понять, что долг мне не простят. Да и глупо было бы подобного ожидать!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Зашёл, значится, в здоровущий трактир этот. Добротное заведение не для совсем уж босоты, да и не в трущобах находится. И не так далеко от гильдейского "Королевского поросёнка". Зал – под двести человек вмещает, как определил я, войдя. Так-то известное мне место, но внутрь я раньше не заглядывал – надобности не было. И так как кое-какие наущения мне отец Тома дал, то я сразу, не останавливаясь, прошествовал к стойке бара. И обратился к обретающемуся за ней дородному мужику:
