Что-то мелькнуло: у офицера в руке появился посох. Простой, около полутора метров в длину, скорей всего – черное дерево. Хасат опять не почувствовал магии, но какое-то неясное изменение на этот раз уловил. Гвардеец не вбирал энергию из астрала, не пытался сделать чего-либо с собственной Силой, не активировал никаких амулетов. Если бы Хасат не видел, что перед ним стоит человек, вполне вероятно, он бы вообще его не чувствовал. А вот астрал, движения офицера как-то едва заметно заставляли нечто меняться.
– Договориться всегда можно.
– Нет.
Выставив посох перед собой, гвардеец, на этот раз абсолютно ровно, произнес:
– Тарта!
Черное древко по всей длине покрылось мягким свечением. Спустя секунду посох выстрелил жирным темным лучом. Наконец-то почувствовав магический толчок, Хасат выставил щит моментально. И только после этого понял, что направлено заклинание не в него.
Сатим тоже успел выставить щит – «искривитель». Пожалуй, лучшее из того, что можно приготовить за короткое время. «Искривитель» был «подвижным» щитом, и его эффективность зависела, в первую очередь, от мастерства защищающегося мага. При удачном исходе можно было отклонить заклинание мага, стоявшего на один или даже два ранга выше. Нужно только успеть подставить контур под правильным углом.
Сатим успел. Помимо прочего, он не поскупился и щедро напитал «искривитель» Силой. На вид «искривитель» походил на висящую в воздухе стеклянную простыню…
Заклятие гвардейца прошило ее с тою же легкостью, как это бы произошло с простыней обыкновенной. Вслед за «искривителем» черный луч прошел сквозь Сатима. Не было сомнений: удар смертельный.
Хасат оглянулся. Вход был свободен, но только визуально. Стоило призвать на помощь взгляду сознание – инар увидел: все то же золотое мерцание. Теперь оно закрывало не только стены, но и пространство под аркой. Всего несколько минут назад он был уверен, что сможет проломить защиту, теперь же… Нет! – Хасат оборвал сам себя. Стену он сможет пробить в любом случае. Но что делать с этим непонятным гвардейцем?
– Видите, мастер Иниар? Думаю, теперь вы перестанете сомневаться в тех возможностях, которые открываются перед нами. И это далеко не все, на что способны Знаки. Впереди нас ждет…
Офицер не успел договорить. Внезапно Хасат вспомнил кое о чем. Точнее, ситуация приняла такой оборот, чтобы он об этом вспомнил.
Сорвав с шеи хрустальный флакон, Хасат с силой бросил его об пол. Зелье – продукт нескольких десятков лет исследований и одной случайной удачи. Раньше Хасат хотел дать ему название, но почему-то так и не придумал. Возможно, оттого, что он до сих пор не видел, как оно действует, и даже не знал в точности, по каким принципам работает. Конечно, это было странно для создателя оружия, но очень уж сложным оказалась формула зелья, и особенно его состав. Хасат так и не смог понять, как действует его главный компонент, и не сумел его синтезировать. А взять еще было негде: в Чайной ему удалось найти всего одну капельку «черной» крови. Засохшей и смешанной с пылью, но, без сомнения, ранее принадлежавшей накху.
Несмотря ни на что, после всего увиденного сегодня он все же сомневался в силе своего тайного оружия. И зря. Вступив в реакцию с воздухом, прозрачная жидкость мгновенно в нем растворилась. Зелье заработало.
Щит, окружающий комнату, мелькнул один раз и тут же распался, потерял целостность. Теперь это были только отдельные, хорошо знакомые инару конструкции школы Ордена.
Истошно, на высокой ноте и совсем не по-старчески закричал Иниар. Тонкое тело свело судорогой, выбросило из кресла. Иниар бился, кричал, пока наконец не затих. Прошло всего пять или шесть секунд.
Схватившись за лицо, вопил от боли Кларенс. Разумеется, на него само зелье действовать не могло: герцог не был магом, – а вот на его многочисленные побрякушки обязательно. Какие-то могли расплавиться.
Гвардеец упал на колени, выронил посох. Офицер не кричал, но молодое лицо было искажено от боли. Он схватился рукой за грудь, но тут же отдернул ее. Форма на груди, на месте желтого мохнатого волка, резко стала терять цвет. Наконец покрывшись черным, ткань потрескалась и вскоре истлела окончательно.
На смуглой коже лежал амулет. Круглый диск, источающий черный свет и раскаленный им же. В центре амулета мерцал неясно выведенный рисунок.
– И где ты только такого добра набрался?..
Начав двигаться, Хасат сменил стационарный «круг» на менее мощный, но зато легко повторяющий любое движение «тесный доспех». Хасат сделал один… два… три… пять шагов по направлению к коленопреклоненному противнику. Теперь они были всего в паре метров друг от друга. Лицо гвардейца застыло в гримасе. Не было понятно, чувствовал ли он что-то или нет. Посох – теперь он был похож на простую обожженную палку – лежал у его ног. Хасат еще рас посмотрел на амулет: казалось, его черное свечение с каждой секундой становилось сильней.
Инар оторвал взгляд от медальона. Нагнувшись, он протянул руку, чтобы взять посох…
В этот момент зелье перестало действовать. Хасат почти коснулся черного древка, когда получил сильнейший удар в грудь. «Тесный доспех» не смог бы спасти его от тычка в живот простым кинжалом, но он и не был для этого предназначен. Удар был энергетическим, и большую его часть щит принял на себя. Остальное чуть не сломало инару грудную клетку, приподняло его над полом, отбросило на десяток метров. Ему повезло, и он приземлился на мягкое – чье-то тело.
– Теперь хоть что-то понятно… – прохрипел Хасат, стараясь подняться быстрее.
Магия гвардейца и на этот раз не была обычной: Хасат видел подобное плетение впервые, но зато сам принцип работы с Силой, астралом и энергией был знаком лучше, чем что-либо вообще может быть знакомо. Офицер впитал энергию из астрала, энергетическое ядро мага переработало ее в Силу, и, сформировав заклинание, используя астрал не как проводник, а как указатель, гвардеец атаковал. Идеально знакомая схема. Даже немного корявая в такой ситуации: глупо пытаться захватить энергию еще и из астрала, если Силы для удара и так достаточно. За такой короткий промежуток много не впитаешь. И в этот раз офицер обошелся без вспомогательных артефактов.
– Атинас! Сотас! Касс! – Хасат выкрикнул первые слова заклинания. Оно было намного длиннее, сложнее и состояло не только из слов, но и эти три позволяли выиграть мгновение. Сознание «вспомнило» нужное ощущение на миг быстрее. Хасат ударил «мертвым узлом».
И все равно опоздал.
Гвардеец стоял на ногах и держал посох в руке. От заклятия инара он отмахнулся почти небрежно, – потеряв цель, «узел» отлетел в сторону, наткнулся на одну из четырех поддерживающих потолок массивных колонн. Не выдержав, камень тут же схлопнулся внутрь. Еще через секунду, повязав между собой остатки щитов, зал вновь окутало золотое свечение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
