целей становилось увереннее.
Нынче «рабочей» дистанцией для меня были уже не пять сотен метров, а шесть — шесть с половиной. Только успевай «пули» вытачивать.
Хотя, это я всё же несколько преувеличиваю «легкость» задачи. Ведь «ядра» надо было ещё собирать. Это запас F-ок и E-шек у меня был ещё неисчерпаемо приличный. А вот D-ранговые «ядра» были на счёт. По пальцам одной руки пересчитать можно.
А умертвие E-шкой не завалишь — проверено. Я пробовал. И попал. И шлем пробило. И даже с костлявых ног сбило. Но на этом и всё. Шлем взрывом «пули» (хотя, учитывая особенности конструкции и принцип действия, то скорее уж «снаряда») с головы снесло, обнажив лысый треснувший и слегка подкопчённый в месте попадания череп. Но и только. Неупокоенный мертвый командир или полководец, поднятый чьей-то волей и сохранивший все свои навыки, которыми обладал при жизни, лишь только разозлился и тут же юркнул за ближайшее дерево, принявшись раздавать команды своей свите.
Рисковать и дожидаться момента, когда этот подкопченный стратег сообразит, откуда пришла опасность и организует из своих подчиненных грамотную облаву, перекрыв мне все возможные пути отхода, я не стал. Зарядил D-шную «пулю», поймал чуть высунувшуюся голову умертвия в прицел и разнёс её к хренам новым выстрелом. Чтобы не рисковать. Мало ли, до чего эта костяшка додумается. Не даром же она C-ранговая.
Ну, пусть опыт дал отрицательный результат, но отрицательный результат — тоже результат. Да и именно эту группу я не просто так выбрал — они были ближе всех других к «чистой зоне». К той территории, на которой я уже всю нежить повыбить раньше успел. И имелся не нулевой шанс того, что я смогу дойти до «трупа» и успеть подобрать «ядро». Точнее «ядра». Потому, что я выбил из своего слонобоя всю группу, даже не став менять в этот раз стрелковую позицию. Тринадцать выстрелов. Тринадцать разнесённых черепов. Тринадцать осыпавшихся костяков и трупов гулей.
***
Я шёл очень осторожно. Прислушивался к каждому шороху. Внимательно приглядывался к листьям деревьев, не начинают ли они где-то резко желтеть или осыпаться. Всё же, это свойство влияния нежити на окружающую живую растительную обстановку, являлось весьма четким и надёжным демаскирующим засады признаком.
«Ремингтон» остался там, на холме, в лёжке. На хоть сколько-то близкой дистанции от него нет совершенно никакого толка. Он может только помешать реагировать достаточно оперативно… и драпать достаточно быстро.
До места побоища я добрался на удивление без происшествий. Всё-таки, месяцы, что ушли у меня на зачистку «чистой» территории не прошли даром. Работу, за которую я берусь, я всегда выполняю качественно. Есть у меня некий пунктик на этом.
Само побоище выглядело… не очень впечатляюще: пять безголовых скелетов и восемь вонючих безголовых трупов гулей. Восемь — хороший повод порадоваться своей предусмотрительности, заставившей меня идти сюда сразу в дыхательной маске. Иначе бы уже глаза слезились, а нутро выворачивало от непереносимого смрада, распространяемого этими тварями… даже мертвыми. Или умертвлёнными? Как правильно?
Само умертвие продолжало дисциплинированно лежать именно там, где я его и «законтролил». За тем самым деревом. «Ядро» его слабо светилось характерным «гнилушечным» светом среди костей, под оголившимися рёбрами.
Я, на всякий случай, осмотрелся ещё пару раз, прежде чем приблизиться к нему. Никаких признаков наличия активной нежити поблизости обнаружить не смог. Листья? Листья успели полностью пожелтеть и опасть на всех окружающих деревьях, когда умертвие с его свитой были ещё дееспособны. Так что, как-то ориентироваться по этому признаку не представлялось возможным.
Внезапно, когда я приблизился к трупу умертвия на шаг и уже начал присаживаться, чтобы подобрать так манившее меня «ядро», земля, прикрытая ковром опавшей желтой листвы, взметнулась, и оттуда с молчаливой яростью бросился на меня скелет в добротной броне, в хорошем шлеме и с поблескивающим одноручным мечом в костлявой руке.
«Умертвие!» — пробила меня мысль-узнавание. Именно они щеголяли лучше всего сохранившейся бронёй и острым, не тронутым ржавлением оружием, за состоянием и качеством которого продолжали следить по устоявшейся прижизненной привычке.
Умертвие — монстр-нежить C-ранга! В ближнем бою с такой тварью мало шансов даже у группы Железных Авантюристов. Не то, что у меня — Медного нуба. Тем более, что умертвия в одиночку не работают.
Вот только… кто же с ним в ближний бой полезет-то?
Сухой, почти беззвучный взрыв от попадания «разрывной пули» разнёс по косточкам его грудную клетку и оторвал череп в шлеме с куском шейного отдела позвоночника, заставив остальное тело осыпаться грудой костей рядом со своим товарищем, послужившим приманкой для глупого и неосторожно-самоуверенного меня.
Резкий поворот — новый выстрел, новый взрыв. Прыжок-перекат вперёд-влево. Выход из переката и ещё два выстрела, два взрыва. Ещё взрыв. Ещё пара взрывов. Пустой револьвер летит на землю, а левая рука уже поднимает второй и стреляет по тут и там продолжающим вылезать из земли скелетам и гулям.
Пустеет второй барабан. Второй револьвер летит на землю. А правая рука уже достала третий…
— «А девушка сурово достала пистолет…» — пропел-пробормотал я, поднимаясь с земли и осматривая новое побоище, не забывая одновременно с этим, снаряжать пустой барабан револьвера боеприпасами. — «Попала снова, снова, снова, снова…» — продолжил своё бормотание, продолжая внимательно глядеть по сторонам, готовясь реагировать на любой шорох или признак опасности. — «И хулиганов нет… И хулиганов нет… А хулиганов нет!» — закончил я своё бормотание, пряча заряженный револьвер и поднимая с земли следующий, который тут же принялся заряжать.
— «А хулиганов нет!..» — выползла на моё лицо под маской вымученно-напряжённая улыбка.
Руки тряслись. Впрочем, как и всё остальное тело. Меня конкретно бил адреналиновый приход. Но это как раз нормально. Ненормально было бы, если бы я оставался в такой ситуации спокойным, словно танк. Это бы уже означало патологию в работе моей нервной или эндокринной системы.
Тем не менее, даже дрожащими пальцами, загнать четырнадцать пуль в предназначенные для них каморы ещё двух револьверов я сумел в самые кратчайшие сроки. Лишь только после этого, после того, как приготовил к немедленному применению своё оружие, я приступил к мародёрству… тфу! Справедливому и честному сбору трофеев по праву победителя.
Тринадцать «ядер» основной группы. Девятнадцать — засадной. Ни одной F-ки. E-шек всего семь штук. И целых три C-шки… В засадной группе оказалось не одно, а целых два умертвия. Хорошо, что я успел отреагировать и расставить приоритеты целей, пока они выскакивали из своих лёжек — всё же
