что даже представить сложно. Тысячи комбинаций.
— Погоди, — остановила парня Мира. — В чём здесь подвох? Если всё было бы так просто, как ты описываешь, то подобное преобразование давали бы в третьем классе. И не нужно было бы учить все эти зубодробительные формулы для вычисления необходимого количества стихийной энергии. Учитывать потери чистой магии и ещё десятки параметров, которые необходимы для создания простенького ритуала.
Афанасий растянулся в улыбке и обратился к Гольперину:
— Создай искру.
Парень пожал плечами, и над его ладонью появилась крошечная искра. Такой не хватит даже для того, чтобы поджечь бумагу.
— А теперь покажи ребятам экзаменационную работу за десятый класс.
Если до этого Гольперин был совершенно расслаблен, то теперь явно напрягся. Слегка прищурил глаза, закусил верхнюю губу и начал тяжело дышать.
В это же время искра стала расти. Очень медленно, словно лужа под протекающей трубой, из которой вода сочится по капле.
Вот искра уже стала небольшим огоньком, затем — язычком пламени, трепещущим на ветру и готовым погаснуть в любое мгновение. Дальше — вполне себе хорошим огнём, который будет сложно задуть.
Вскоре нам всем пришлось отходить от Гольперина: жар стал слишком сильным.
А минут через десять над ладонью парня горел приличный такой костёр. У него даже рукав начал тлеть.
— Достаточно, — сказал Афанасий, и пламя тут же исчезло, а Гольперин облегчённо выдохнул. — Иннокентий только что показал уровень контроля, которым необходимо обладать, чтобы воспользоваться кругом Арнгольтца.
— Пффф. И всего-то, — выдала Ленка и так же протянула руку вперёд, только ладонью вниз.
Мне это сразу не понравилось. Уж кто-кто, а она и контроль — две совершенно не совместимые вещи.
— Смотрите внимательно, — заявила рыжая.
Маха в этот момент соскользнула у неё с шеи и стремительно бросилась в ближайшие кусты.
Умная змейка, в отличие от нас.
Глава 11
— Екатерина Олеговна, право слово. Вот и зачем убирать такую красоту? Вы только посмотрите, как она прекрасно вписывается в городской пейзаж.
— И скрывает под собой целый квартал. Анатолий Ильич, давайте обойдёмся без этого. Елена не рассчитала силы и потом не смогла прибрать за собой. Поэтому эта почётная обязанность ложится на плечи Шуйских. Хорошо ещё, что всё происходило днём и никого не было дома. Боюсь даже представить, что мне пришлось бы выслушать, если кто-нибудь оказался в ловушке.
— Екатерина Олеговна… Нет. Катя, ты посмотри, какая красота. Неужели нет вообще никакой возможности оставить её? Давай я сам поговорю с жителями этих домов. Думаю, они не откажутся от компенсации и переезда в более комфортабельные условия, — не собирался сдаваться глава рода Шуйских.
Он занимался делами рода, когда позвонила Волкова и сообщила, что Лена превратила один из городских кварталов в дремучий лес. Хотя на самом деле лесом здесь и не пахло. Ни одного дерева. В основном растения, которые росли во дворах, цветы на клумбах и тому подобное.
Просто было выплеснуто столько силы жизни, что они стали гигантскими и разрослись невероятно обильно.
Возможно, для других это кажется чем-то пугающим, монструозным и некрасивым, но Анатолий Ильич, когда прибыл на место, был заворожён увиденной красотой.
Только друид способен оценить шедевр, который получился у Лены.
И вот сейчас градоначальница говорит, что необходимо уничтожить этот шедевр.
— Анатолий, боюсь, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет. Знаешь, чей дом находится в этом квартале?
— Счастливого человека, которому довелось прикоснуться к прекрасному. Эти растения великолепны.
— А вот Василий Репин так совершенно не считает. Он уже пригрозил мне большими проблемами, если не сможет попасть на ужин домой.
— Репин… Репин… Погоди, сейчас вспомню, — стал чесать голову Шуйский. — Это журналист, вроде? Всякой чернухой занимается, его ещё терпеть никто не может. Удивляюсь, как не прибили до сих пор.
— В точку, журналист. Крайне вредный и аморальный тип. А не прибили его из-за дочери, которая вышла замуж за княжича Долгорукого.
— Дела, — протянул Шуйский, поняв, что так просто договориться с Репиным не получится.
Конечно, он не боялся гнева одного из сильнейших родов империи. Возможно, раньше Долгорукие и были сильнее Шуйских, но с появлением Лены и Махи расклад сил изменился в сторону Шуйских. Правда, сейчас было совсем не подходящее время для любых конфронтаций.
Наступала пора пробуждения Гироса, о чём были предупреждены все главы семей, проживающих в Новой Слободе.
— Где сейчас находится Репин? Позволишь мне поговорить с ним? И, пожалуйста, пока я этого не сделаю, не нужно ничего предпринимать. Ты посмотри, какая восхитительная роза. Стоим от неё в десятке метров и ощущаем аромат.
— Восхитительная, — кивнула Волкова. — Только я могу спокойно в ней поместиться. Поэтому она так сильно и пахнет. А ещё сюда уже начали слетаться целые стаи пчёл, шмелей и других насекомых, питающихся пыльцой. Не хватало ещё, чтобы они перекусали мне полгорода.
— Пчёлы и шмели крайне умны и никогда не нападут на человека без веской на то причины. К тому же я попрошу их держаться как можно дальше от людей. А теперь, где там этот Репин? Только пару секунд, сейчас найду телефон князя Долгорукого. Уж он-то точно должен убедить своего мелочного родственника.
* * *
Гришка сидел напротив меня и, стиснув зубы, терпел, пока Мира вытаскивала из него жгучие волоски, которыми нас всех обильно наградила рыжая.
Причём волоски были довольно крупными, они легко подцеплялись пинцетом.
А всё из-за того, что рядом с тем местом, где мы находились, росло довольно много крапивы. И когда Ленка не рассчитала расход силы, мы все оказались в зарослях этого чудесного растения.
В общем, пострадали все открытые участки тела. Один Семён не пострадал — успел активировать защиту. Гад такой. Мог бы и меня прикрыть.
— Теперь вы понимаете, что с нашим уровнем контроля нам ещё рано использовать подобные инструменты, — менторским тоном начала Мира, вытаскивая очередной волос из Гришкиного уха. — Мы хоть и провели много времени, работая с материалами прошлых Всадников, но сильно уступаем выпускникам в умении обращаться с магией, манипулировать своими силами.
— Ага, — тяжело вздохнула Ленка. Ей хорошо — друидов растительные яды практически не берут. Так, немного пощипало, и всё. Вон сама сидит, себе волоски выдёргивает. — Но столичным всё равно не нужно было выделываться перед нами. Смотрите, как мы умеем. Смотрите, какие молодцы. Вам так слабо?..
— Не говорили они ничего такого, — заметил Гришка.
— Не говорили, но подразумевали. Ты вообще видел их лица? С каким превосходством они на нас смотрели? Считают, что мы младенцы, которые вообще ничего не умеют.
— И твоя выходка показала, что они
