люди с автоматами, я пришел подмять под себя бизнес Виталика и познакомиться с ней. Она меня не боялась. Все боялись, а она нет. Я вот всё думал, что она в тебе нашла? — неожиданно сказал Сергей кивая на Вадима. — Потом понял — вы с ней похожи, ты вот тоже мне также в глаза смотрел, без страха. Я тебя за это уважал. Она мне очень понравилась, моя дочь. Её звонкий смех и чувство юмора меня покорили.
Вадим внимательно посмотрел в глаза Сергея, на него будто смотрели бездонные голубые океаны, принадлежащие его Кате.
— Мы мужчины слишком много о себе думаем, что можем играть людскими жизнями и ничего нам за это не будет. За всё в жизни приходится платить, и моё время собирать камни тоже пришло, я это понимаю. Сначала в моей жизни появилась Катя, потом Тася с Пуговкой, совсем недавно Алиса. Самые дорогие мне люди это сломанные девочки, которые пережили слишком много, и некому было их защитить, поэтому они нашли защиту друг у друга, и все вместе у Кати.
Сергей нервно поправил галстук и в который раз взял стакан в руки, не решаясь оттуда хлебнуть.
— Игорь говорил, что мне не стоит с ней общаться, не стоит лезть в её жизнь. Да и Катя не хотела со мной общаться. Она всегда называла меня на «вы». Никогда на «ты», не давала к себе приблизиться. Когда Игоря не стало, признаюсь, что у меня появилась призрачная надежда, что она потянется ко мне. Девочки, которых бросил отец, часто ищут его в мужчинах постарше. Но она это переросла, благодаря Виктору, я думаю, она никогда не считала себя брошенной, и у неё не было травмы по этому поводу. Благодаря ему она выросла замечательным человеком, и моей заслуги тут нет. Она сильная духом, посильнее многих мужчин, которых я встречал в своей жизни. Я думал, что ей будет лучше со мной. Что она успокоится, если рядом будет мужчина, который её искренне любит и не пытается сломать, переделать, пусть это и отец, а не муж. А теперь, я не знаю, что и думать. Что там случилось? Никаких зацепок, ничего.
— Почему результатов экспертизы до сих пор нет? Я думал, что ты добьёшься их в тот же день.
— Это не тот случай, Вадим. Там в темноте морга тоже лежат чьи-то любимые люди и ждут своей очереди на приговор. Я не могу ставить свою любовь к ней выше, чем любовь и скорбь других людей. Катя бы не одобрила.
— Ты себя мучаешь! — пригнулся к нему Вадим через стол. — А вместе с собой её родных, которые и знать не знают, что случилось.
— Завтра, всё узнаем завтра.
Сергей закрыл глаза и будто молился про себя, его веки дрожали. Вадиму вдруг захотелось врезать ему со всей силы, чтоб он почувствовал всю его злость.
— Катя тебе доверяла, если ты в этом сомневаешься, она просто не хотела ни на кого перекладывать свою боль. Потеря сестры, её второй половинки, травмировала её так, что она до сих пор не может это пережить. Став Катей она принесла самую великую жертву во имя своей любви, она позволила жить той, кого любила больше жизни и дала умереть себе. Поэтому она так плохо переживает уход людей из своей жизни, она будто снова и снова переживает свою потерю. Ей очень тяжело, но некому её понять.
— Ты говоришь так, будто она всё ещё жива… — сдавленно сказал Вадим, как бы ни было ему тяжело. — Мы оба два дня назад видели, что от неё осталось.
— Это ещё неизвестно, — тихо ответил Сергей, опустив глаза.
— Ты сейчас кого пытаешься обмануть? Себя? — сквозь зубы спросил Вадим. — Надежда умирает последней? Ни Карины, ни Кати больше нет, твоя вина удвоилась. Поэтому тянешь?
— Делая кому-то больно, ты меньше чувствуешь свою боль? — с легкой усмешкой спросил Сергей. — Ни у меня её больше нет, ни у тебя. Мы на равных, Вадим.
— У тебя больше нет? Ты свою дочь в могилу скоро положишь! Только вот её мать со всей семьёй будет на кладбище убиваться, а ты продолжишь жить как жил! У тебя готовая семья и новенький ребёнок, так ещё и Алиса осталась! Ты всегда выходишь сухим из ледяной воды.
Сергей смиренно слушал всё, что ему говорит сломленный мужчина напротив, который также, как и он сам, пытался держаться, но лёд под ним трещал и ломался.
— Тася мне не простит, я и её потеряю, можешь порадоваться, сама судьба меня наказала. Помахала у меня перед носом счастьем, показала каково это, а потом отняла всё.
— Твою мать, Сергей, ты о себе, блять, переживаешь? — вышел из себя Вадим, повышая голос. — Всю свою жизнь ты молился только на одного Бога — себя! Игоря больше нет, так я скажу за него! Держись подальше от Алисы! Я за ней присмотрю, её хоть пожалей! Дай ей спокойно жить!
— А ты дал Кате спокойно жить, когда вы с ней расстались по твоей же инициативе?
— Не лезь! Это наше с ней личное дело!
— Надеюсь то, на что ты её променял того стоило! — жестко бросил ему Сергей. — Или всё же не стоило? Поэтому ты снова начал ее добиваться, а она отказывалась тебе поверить?
— Ты ничего о наших отношениях не знаешь, и не узнаешь! — процедил сквозь зубы Вадим, сжимая кулак на столе.
— Игорь, доверил тебе самое дорогое, что у него было. И это не дело всей его жизни, а ты так ничего и не понял. Всё проебал! — ещё жёстче сказал Сергей. — А потом оставить в покое её никак не мог! Она тебя стороной обходила, всё тебе отдала, лишь бы ты успокоился и отпустил её с миром, но ты так и не отпустил!
Сергей прикрыл веки и сделал несколько глубоких вдохов, признавая свою ошибку.
— Извини. Я, пожалуй, пойду, мы всего лишь два мужчины, которые потеряли любимого человека и каждый ищет виноватого, кусая зубами, чтобы стало чуть легче, а надо то всего лишь в зеркало посмотреть.
Сергей молча встал и оставил Вадима наедине с собой, ему тоже надо было посмотреть на себя в зеркало, вот только ни одного у него дома не осталось.
Глава 35. Горькая правда
Это была Катя. В машине была она, согласно результатам первичной экспертизы, ещё до теста ДНК. Пострадавшая сгорела заживо, получила травмы, не смогла выбраться или ей не дали. Машину столкнули с дороги, она перевернулась
