Уильям улыбнулся, зарывшись пальцами в ее волосы.
- Мой маленький Кьеркегор… даже если бы это доказало, что небесный трон пуст, и наверху нет ничего, кроме холодного, прозрачного вакуума, сегодняшней ночью я бы все равно занялся с тобой любовью с тем же неистовством, что и прошлой. Разве это не лучший ответ целибату?
Каролина покраснела, как маленькая девочка.
- Думаю, заданный вопрос с подвохом.
- Никакого подвоха.
Закрыв книгу, Уильям отложил ее в сторону.
- А что сейчас читаешь ты?
- Я нашла старую книгу новелл О.Генри. В старших классах мы проходили "Дары Волхвов", однако, не думаю, что после этого мне довелось читать его произведения.
- Ах, да. Молодая пара, отчаянно бедная, но безумно влюбленная… она продала свою единственную ценность – длинные, роскошные волосы, чтобы купить мужу цепочку для часов… а муж продал свою единственную ценность – карманные часы, чтобы купить жене гребни для ее длинных, роскошных волос. Во имя любви они пожертвовали всем, чем могли.
- Главное, что они были вместе, - почти шепотом произнесла Каролина.
- Да, конечно. Вместе.
Отняв руку от ее волос. Уильям вернулся к своей книге.
- А ты говоришь, что Камю меланхоличен".
- Эй, наша грешница все еще в пижаме, - сказал Уесли, просунув голову в ее кабинет. - Можешь сделать пятиминутный перерыв?
- Да, не помешает.
Отодвинувшись от своего стола, Нора оглядела малого с головы до ног.
- Костюм и галстук. Определенно, в стиле GQ.
Он поклонился.
- Это Пасха, Нора. Ты можешь оторваться от своей книги хоть ненадолго, чтобы сходить в церковь на Пасху?
- Если я соберусь в церковь, то только в "Пресвятое Сердце".
Уесли сгримасничал.
- И то верно. Как обстоят дела с книгой?
Он уселся в кресло напротив ее стола.
- Хорошо. Сложнее из-за отсутствия ежедневного отзыва. Я к этому привыкаю. Но работа идет. Хотя, я побаиваюсь кульминационной сцены.
- А в чем проблема?
Уесли ослабил свой галстук. Поставив локти на стол, Нора потерла виски.
- Она выносит мне мозг. Это самая важная сцена в романе.
- Значит, это секс-сцена.
- Точно. Но мне, правда, сложно ее писать. Мой герой стопроцентный извращенец. Моя девочка ванильна, но пытается быть такой, какой он хочет ее видеть. Это ситуация, когда он сдается и идет ей на уступку. Трудно описывать ванильный секс, если не имеешь о нем никакого представления.
- Могу я помочь?
- Хочешь помочь мне с написанием секс-сцены?
Малой пожал плечами.
- Я помогал тебе и раньше.
- Ага, и после последнего раза поклялся больше никогда этого не делать. Что с твоей стороны я приняла за гипер-реакцию.
- Ты оставила меня связанным по рукам и ногам, и отправилась делать себе сэндвич.
- Я предложила тебе поделиться.
- Как хочешь. Я собираюсь избавиться от этой одежды, пока не задохнулся. Свистни, когда захочешь пообедать.
Поднявшись, парень направился к двери. Нора опустила глаза на ворох заметок о главной сцене.
- Уес?
- Да, мэм?
Он обернулся у порога.
- Ты можешь мне помочь. Мне нужна любая возможная помощь.
- Без вопросов. Скажи, что делать.
- Сначала переоденься. После, жди в моей комнате.
Малой снова поклонился и, выходя из ее кабинета, сдернул свой галстук.
Нора распечатала последний черновой вариант кульминации. Ей следовало быть осторожной, и не показывать Уесли страницы, иначе он мог расстроиться, увидев пару моментов.
Войдя в свою комнату, она нашла его уже лежащим среди кучи подушек, сваленных у изголовья ее массивной кровати, согнув одну ногу в колене, и положив на нее руку. Теперь он был босым, в джинсах и футболке. В лучах солнечного света, падающих на его светлые волосы, парень выглядел еще более соблазнительным, чем обычно, и некоторое время Нора не могла вспомнить, что она собиралась делать.
Уес посмотрел на нее и, не улыбнувшись, слегка приподнял подбородок, будто зная, о чем именно она сейчас думала. Увидь это выражение лица на каком-нибудь другом мужчине, Нора бы расшифровала его, как "ну, давай же".
- Так в чем загвоздка? – спросил он, когда взобравшись на кровать, она уселась рядом с ним.
- Трудно объяснить, если ты не читал всю книгу, однако, так оно и есть.
- Ты сама мне не позволила.
- Ты сможешь прочитать ее, когда она будет закончена. Возможно.
- Раньше ты позволяла мне читать свои сырые наброски.
- Мы будем спорить или притворяться, что занимаемся сексом?
Уес выдохнул.
- Думаю, притворяться. Что мне делать?
- Спи в кровати. Она спит на полу.
- Он заставляет ее спать на полу?
- Он дает ей одеяло.
- Очень романтично.
Нора посмотрела на свои, все еще теплые от принтера страницы.
- Ладно. Я – это она. Проснувшись, я должна заняться с тобой сексом, ведь, несмотря на разность наших миров, я хочу, чтобы мы были вместе.
Уес кивнул.
- Ты делаешь вид, что спишь, - наставляла Нора. - Затем я тебя бужу. И ты позволяешь мне заняться с тобой любовью.
Она ожидала возражение или смех, но парень только слегка повернул голову, еще глубже зарываясь в ее подушки.
- Ладно, Нора, - произнес он низким, серьезным голосом. – Тогда займись со мной любовью.
У нее задрожали пальцы, словно она спала и только сейчас начинала просыпаться. Пряча свое неожиданное волнение, Нора внимательно просмотрела сцену, в поисках подходящего для воспроизведения отрывка. Сделав глубокий вдох, она протянула руку. Уесли имитировал сон. Его голова была повернута набок, глаза закрыты, светлые ресницы лежали на загорелых щеках. Нора как можно ласковее коснулась лица малого, и его веки распахнулись.
- Что я должен делать? – спросил он.
- Хватаешь ее запястье. С силой, но без злобы.
Подняв руку, парень сделал так, как было сказано. Нора задумалась, мог ли он чувствовать ее сумасшедший пульс.
- Что потом?
Уесли провел пальцем по ее коже.
- Он говорит ей, "Ты знаешь, что это не по правилам".
- А она отвечает?
Нора сделала паузу. Свет в комнате изменился, когда облако поглотило солнце, окутывая помещение бледной тенью. Внезапно, темнеющая комната показалась опасливо интимной, но она не смела остановиться. Нора знала, каким хрупким и нестабильным был этот момент. Ее тело напряглось. Комната затаила свое дыхание.
