Читаем без скачивания Белая гардения - Белинда Александра

Когда Гарри привез меня домой, я распахнула окна, легла на кровать и стала слушать шум накатывающихся на берег волн. Закрыв глаза, я попыталась представить себе улыбку Кита. Но оказалось, что я уже начала забывать его лицо. Действительно ли он мне понравился или же я силой пробудила в себе это чувство, потому что от меня этого ждали? Через какое-то время мои мысли уже были заняты Дмитрием. Сейчас, когда я думала, что навсегда избавилась от его власти надо мной, воспоминания о нем вернулись с еще большей силой. Я ворочалась и металась в кровати, мне снова и снова представлялась наша брачная ночь, единственный по-настоящему счастливый момент моей неудавшейся семейной жизни. До смерти Сергея. До Амелии. Мое беззащитное мокрое тело в прилипших лепестках прижато к сильному горячему телу Дмитрия.

День рождения, на который повел меня на следующих выходных Кит, оказался первой настоящей вечеринкой, на которую я попала, будучи в Австралии. Раньше мне никогда не приходилось посещать вечеринки с людьми моего возраста и достиг ка, поэтому тот день стал для меня откровением.

Моя жизнь в Австралии отличалась от того, как сложилась судьба многих русских, приехавших сюда из Шанхая. Марин и Наташа устроились на работу в больничной прачечной, а и к мужья, несмотря на то что оба имели высшее образование, работали на стройке. Что касается моих австралийских ровесниц, то мой жизненный опыт, несомненно, был богаче. В газете я занимала такую должность, благодаря которой меня часто приглашали на самые изысканные приемы в городе. Я встречалась с политиками, артистами и знаменитыми актрисами, меня даже пригласили стать участником жюри в очередном конкурсе красоты «Мисс Австралия». Но дружеские отношения с молодыми людьми у меня не складывались.

Тед, фотограф, работал вместе с Китом в спортивном разделе. Он жил в Куджи на Стейнвей-стрит в большом кирпичном доме. Когда мы приехали, дом был уже полон. Из проигрывателя звучала «Only You», ей хором подпевала группа парней и девушек в рубашках с поднятыми воротниками и намотанных на шеях шарфах. Нам навстречу поспешил светловолосый молодой человек с густыми баками и пачкой сигарет, засунутой под рукав рубашки. Он пожал руку Киту и повернулся ко мне.

— Привет, красавица. Это ты та девушка, о которой рассказывал Кит? Русская королева моды?

— Отстань от нее, Тед. — Кит засмеялся и, повернувшись ко мне, добродушно произнес: — Нужно какое-то время, чтобы привыкнуть к его юмору. Не беспокойся.

— Так это у тебя день рождения, Тед! — Я протянула ему подарок от нас с Китом, пластинку Чака Берри, завернутую в бумагу и перевязанную бантом.

— Ну что вы, ребята, не надо было… Положите это на столе. — Тед улыбнулся. — Люси заставляет меня раскрывать все подарки вместе, когда гости расходятся.

— С ней ты сам превращаешься в женщину, — сказал Кит.

Ночь выдалась жаркой, и в гостиной, буквально забитой людьми, было душно, как в парнике. Из-за тесноты гостям, которые расположились на кушетке и на ковре, приходилось сидеть в неестественных позах; все курили и пили содовую и пиво прямо из бутылок. Несколько девушек повернулись в мою сторону. На этот вечер я выбрала облегающее платье без рукавов с широким, от плеча до плеча, вырезом. На остальных девушках были брюки-капри и обтягивающие рубашки. Волосы у них по тогдашней австралийской моде были коротко подстрижены и зачесаны на лоб, что делало их всех похожими на эльфов. Я же свои длинные волосы подкрутила на концах и не стала собирать на затылке, так что они свободно спадали на плечи. Заметив направленные на меня взгляды, я смутилась. Похоже, здесь не очень-то обрадовались моему появлению.

Вместе с Китом я прошла в кухню, протискиваясь между людьми, от которых пахло «Брилкримом»[19] и леденцами. Стол был заставлен липкими бутылками из-под колы и пластмассовыми стаканчиками.

— На вот, попробуй. — Кит вручил мне бутылку.

— Что это? — спросила я.

— Попробуй — узнаешь, — сказал он, открывая бутылку пива для себя.

Я сделала один осторожный глоток. Содержимое бутылки на вкус было сладким и крепким. По горлу растеклась теплота. Я взглянула на этикетку: «Черри-поп».

— Привет, Кит, — послышался женский голос.

К нам сквозь толпу направлялась девушка. Приблизившись к Киту, она бросилась к нему на шею. Он молча посмотрел на меня, и девушка, словно что-то почувствовав, отпустила его и обернулась. Увидев меня, она нахмурилась и спросила:

— Кто это?

— Ровена, познакомься, это Аня.

Девушка едва заметно кивнула мне. У нее было бледное, усыпанное веснушками лицо, на котором выделялись большие яркие губы и брови — два жирных паука над красивыми глазами.

— Очень приятно, — сказала я, протягивая руку, но Ровена не приняла ее. Посмотрев на мои пальцы, она спросила:

— Ты иностранка? У тебя акцент.

— Да, я русская, — ответила я. — Из Китая.

— Что, австралийские девушки тебе уже не по носу? — сердито крикнула Ровена, поворачиваясь к Киту, и кинулась к двери, ведущей в сад.

Кит недовольно скривил губы.

— Боюсь, из-за меня тебе пришлось узнать, какие у Теда есть невоспитанные друзья, — пробормотал он, опускаясь на краешек скамьи, заставленной посудой. Затем Кит отодвинул бутылки и грязные тарелки, чтобы освободить место для меня.

— По-моему, я как-то не так одета, — заметила я.

— Ты не так одета? — засмеялся он. — Я весь вечер нервничаю из-за того, что в твою сторону смотрят все мужчины. Ты прекрасно выглядишь.

В гостиной раздался дружный хохот, и мы вышли посмотреть, что происходит. На полу кружком сидели несколько парней и девушек, в центре лежала бутылка. Игра в «бутылочку» была мне знакома, только здесь были немного другие правила. Рядом с каждым участником стояла бутылка пива; когда бутылку в центре раскручивали и она указывала горлышком на игрока противоположного пола, тот, кто раскручивал ее, должен был либо поцеловать участника игры, либо сделать большой глоток пива. Если было решено пить пиво, тот, на кого указала бутылочка, обязан был сделать два больших глотка. Среди играющих я заметила Ровену. Она мрачно посмотрела на меня. Или на Кита?

— Еще один австралийский способ напиться, — сказал Кит.

— У русских это тоже любимое занятие. По крайней мере, у русских мужчин.

— Правда? Думаю, что, если бы у русских мужчин был выбор, они скорее целовались бы с девушками, чем пили пиво.

Кит посмотрел мне в глаза, как раньше. Я не смогла выдержать этого открытого прямого взгляда и опустила глаза.

Домой Кит отвез меня на своем «холдене». Мне очень хотелось спросить у него, кто такая Ровена, но я сдержалась, потому что чувствовала, что эта девушка не повод для волнений. Он был молод и, естественно, встречался с другими девушками. Это я была не от мира сего и в свои годы уже привыкла к жизни в одиночку. Когда Кит не смотрел на меня, я украдкой бросала на него взгляды, рассматривая его четкий профиль, загорелую кожу, светлые волоски на запястье, родинку на ноздре. Он вызывал у меня симпатию, однако же это был не Дмитрий.

Когда мы доехали до моего дома, Кит остановил машину у бордюра и заглушил мотор. Я скрестила руки на груди, надеясь, что ему не придет в голову целовать меня. Я не была готова ни к чему такому. Должно быть, он почувствовал мое смущение, потому что целоваться не стал, а вместо этого завел разговор о том, на каких теннисных матчах ему удалось побывать по работе и как интересно было брать интервью у Кена Розвелла и Лью Хоада[20]. Через пару минут он сжал мою руку и сказал, что проводит меня до двери.

— В следующий раз мы с тобой отправимся в какое-нибудь более респектабельное место, — сказал Кит. Он улыбался, но я уловила в его голосе разочарование. Я помедлила в нерешительности, не зная, что ответить. Наверное, он решил, что я одна из тех девушек, которые не интересуются ничем, кроме высшего общества и званых приемов. Мне захотелось как-то дать понять ему, что он понравился мне, но я лишь произнесла: «Спокойной ночи, Кит». Похоже, мои слова прозвучали натянуто и фальшиво.

Вместо того чтобы сладко уснуть, с удовольствием вспоминая хорошо проведенный вечер, я лежала с открытыми глазами, мучаясь мыслью о том, что я разрушила отношения еще до того, как поняла, хочу ли я их развития или нет.

Утром ко мне зашли Ирина и Виталий. В тот день мы договорились устроить пикник на пляже. Ирина была в просторном платье, хотя ее беременности почти не было заметно, Наверное, ей не терпелось походить с большим животом. Несколько недель назад она принесла мне выкройки одежды для своего будущего ребенка и наброски оформления детской комнаты. Ее безграничное счастье передалось и мне. Я не сомневалась, что она станет замечательной матерью. За последнее время Виталий сильно набрал в весе, но я старалась избегать обычных для такой ситуации шуточек вроде «ты ешь за двоих». Небольшая полнота ему шла. Он уже не был таким костлявым, как раньше, а его лицо приятно округлилось.