Правильно, таких дур ещё свет не видывал.
Но одна нашлась…
Да и метку снять невозможно — та сама сойдёт после гибели самца. И ещё при одном условии, но оно, судя по сжигающему их обоих желанию, скоро станет ей недоступным.
Но у неё особый случай — метка-то безответная! И если волчица ей поможет… Альфа-сила и усилия обеих ипостасей — вот что нужно!
«Дея, я не собираюсь отказываться от волка! Я его сама хочу так, что еле держусь. Но у нас с ним всё изначально пошло неправильно, поэтому надо снять метку. И попробовать всё заново, на равных, без стимуляции взбесившимися гормонами. Понимаешь? Если этот волк — наш истинный, притяжение к нему никуда не денется… А-ах!!! Луна, я не могу… Нет сил… Дея, сейчас или никогда. Вместе, ну?!»
И волчица сдалась.
Сила альфа-самки мягко окутала Стешу, заставив Бориса опомниться, разжать руки и отступить, встревожено спрашивая: «Что случилось?! Я сделал тебе неприятно? Больно?! Стеша, не молчи!!!»
Место, где был шрам от укуса, обожгло болью. Ещё раз, уже сильнее. И ещё — на грани терпимости…
Словно сила выгрызала, вырезала метку, отрывала её на живую. Боль нарастала, пульсировала, становясь почти невыносимой, но Стеша тянула и тянула, не позволяя зверю отступить.
— Стеша!!! — бился снаружи Борис. — Что ты делаешь?! Ты убьёшь себя! Перестань! Я больше не подойду, только не калечься! Стеша!!!
В какой-то момент, в последний раз полоснув болью, метка исчезла.
Стефания перевела дыхание и потрогала горящее место.
— Ай! — под пальцем ощущалась свежая рана.
Стеша убрала руку и подняла взгляд на потрясённого Бориса.
— Стеша, как ты? Зачем…
— Молчи! — девушка прикоснулась пальцем к губам мужчины, и тот послушно замер. — Так надо. Я не собираюсь быть твоей игрушкой.
— Ты не игрушка! Я никогда не воспринимал тебя временным развлечением!
— Возможно, но ещё недавно тебя мало интересовало моё мнение. Поэтому, временное развлечение или постоянное — невелика разница.
— Это не так! — запротестовал Ардарский.
— Я говорю о начале нашего знакомства, — пояснила Стефания. — Потом да, ты дал мне слово, что будешь ждать. И ждал, но лишь потому что был уверен — метка не оставит мне выбора. Что я всё равно никуда не денусь. А я взяла и делась.
— Стеша, — простонал Борис. — Никто и никогда не срывал метку, ты могла серьёзно пострадать! Я же дал тебе время, постарался облегчить жизнь. Как мог, сдерживал рвение своего волка, чтобы тот не напугал, не сгрёб в охапку и не присвоил насильно, что он порывался сделать с самой первой нашей встречи! Зачем ты так рисковала?! Неужели я настолько тебе противен?
— Моя волчица в восторге от твоего зверя, да и я не совсем к тебе равнодушна, — после непродолжительной паузы ответила девушка. — Но я больше никому не позволю мной распоряжаться.
Мужчина сглотнул комок в горле и прикрыл глаза.
— Разве я тебя обижал? Стеша, скажи, что я делал не так? Старался не напрягать, не мелькать каждую минуту перед глазами, чтобы не раздражать назойливостью. Дал время привыкнуть и почувствовать притяжение. Предоставил тебе полную свободу, всегда вставал на твою сторону, защищал от всех, включая себя самого. Медленно сходил с ума, не имея возможности скрепить нашу связь, но держал слово. Взял на себя вину за непарную метку, а ещё вопреки обычаю, сохранил жизнь Скульскому…
— Отдал его, как чемодан, моей сестре…
— Это его наказание за обман и попытки устроить побег! — отрезал альфа. — Ты ревнуешь к сестре?
— Не ревную. Но сожалею, что Артёма ты наказал, а Симу за предательство наградил.
— Плохо же ты знаешь природу самцов, — улыбнулся Борис и осторожно погладил Стешу по голове. — Это не награда, это проклятье и наказание. Артём никогда не признает Серафиму, не даст ей семью и волчат. Она сотни, тысячи раз проклянёт день, когда решила тебя предать и попросить меня о браке с Скульским.
— Метка любовницы — твоя идея?
— Нет, это Тёмка сам. Молодец, сообразил.
— И где он тогда? Серафима явилась с претензиями, ну ты слышал.
— Понятия не имею, — пожал плечами Ардарский. — И, если честно, даже выяснять не собираюсь. Если мой бывший второй бета бросил твою сестру, я его возвращать не стану. Мой приказ он выполнил — метку поставил. А что временную и ушёл — так это проблемы волчицы. Не смогла удержать — сама виновата. Не хочу говорить о других, вернёмся к нам? Стеша, что ты надумала? Я же сдохну без тебя…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я понимаю, каких усилий тебе стоит сдерживаться, и благодарна за терпение и проявленную силу воли. Но пойми и ты меня — метка выворачивала меня наизнанку. Это ужасно — ощущать, что от тебя ничего не зависит, и лезть на стенку от желания. Раз, как ты утверждаешь, я твоя истинная, ты мог найти другой способ завоевать меня.
— Близость в человеческой ипостаси завершило бы привязку, — с трудом прошептал Борис. — И тебя сразу бы отпустило. Думаешь, я не видел, как ты мучаешься от неутолённого желания? Нам обоим стало бы легче и у тебя больше не осталось бы сомнений, что мы полноценная пара!
— И я потом всю жизнь искала ответ — это осознанный, мой собственный выбор или вынужденный, под принуждением гормонов? Не хочу сомневаться в себе и своих чувствах, хочу любить и быть любимой! По-настоящему, а не под влиянием инстинктов. Поэтому и сняла метку. Сможешь без неё убедить меня, что достоин стать отцом моих волчат? Согласен начать всё заново — уже по моим правилам?
— Да!!! — выдохнул волк, и Стефания увидела, как на его лицо возвращаются краски. — Ты… Ты даёшь мне второй шанс?!
— Я даю второй шанс нам обоим…
Борис резко выдохнул.
— Но это значит, что от нас обоих зависит, как мы им распорядимся, — прошептал он, перехватывая руку Стеши и прижимаясь щекой к её ладони. — Я твёрдо намерен не упустить предоставленную возможность и очень постараюсь измениться. А ты? Ты готова к переменам?
— Готова, — так же, шёпотом, ответила девушка. — Гарантировать, что у меня получится, не могу, ведь я до сих пор не уверена, что ты на самом деле мой истинный. Но обещаю, что постараюсь слушать своего зверя и своё сердце.
Стеша провела рукой по щеке Бориса, задела пальцами его губы, очертила линию скулы, коснулась уголка глаза и застыла, натолкнувшись взглядом на покрытый изморозью висок.
Седина?! Откуда?
Неужели…
«А я тебе говорила, что это опасно! Чуть не доэкспериментировалась…, — буркнула Дея. — Мылимое ли дело — отказаться от метки?! Удивительно, как он это выдержал. Но хорошо, что твой мозг хоть и не сразу, но включился. Появился шанс, что теперь обойдёмся без жертв».
«Я всё поняла! Потом поговорим!»
— Начнём с чистого листа? — решительно произнесла девушка.
Ардарский молча кивнул.
— Тогда…, - волчица на мгновение задумалась, а потом улыбнулась и продолжила. — Здравствуйте! Мы ещё не знакомы — меня зовут Стефания Нижнедольская. Можно, Стеша. А вас?
И протянула руку просиявшему Борису.
Глава 41
Первые сто километров Теро пробежал на одном дыхании. Мысли в голове путались, сбивались, не позволяли передохнуть и успокоиться.
Как она могла?! Как?!
Нет, он и сам не отказывал себе в удовольствии — со Стешей-то у них было всего раз, а он молодой и здоровый самец, ему нужна регулярная разрядка. И Стефания не была против. Конечно, не была, иначе нашла бы способ для регулярных уединений. А она только просила не ставить метку до первого снега.
Да, он всё это время спал с другими самками, но не заводил с ними щенков, как сделала Стефания!
Впрочем, волк и не мог бы этого сделать — зачатием управляет самка. А Стеша смогла, значит, тот, неизвестный ему пока самец — её избранный?!
Не Борис, а тот… третий! Зачем тогда она поддерживала в нём, в Артёме, уверенность, что согласна стать его парой? Зачем просила поговорить с альфой и познакомить их родителей?!
Такая нежная, такая открытая и честная…
