— Мы делаем это уже не одно столетие, — ответила Росс. — Что такое одомашненное животное или карманный калькулятор, как не попытка передать контроль? Нам не хочется самим вспахивать поле или извлекать квадратные корни, поэтому мы поручаем такую работу тому существу, которое мы выдрессировали или вывели, или тому устройству, которое мы создали.
— Но нельзя же позволить, чтобы наши создания заняли главенствующее положение?
— Мы отдаем им инициативу уже не одно столетие, — повторила Росс. Поймите, даже если мы откажемся от разработки быстродействующих компьютеров, это сделают русские. Если бы не китайцы, русские уже давно были бы в Заире и искали алмазы. Технический прогресс остановить невозможно. Как только мы узнаем, что теория позволяет сделать то-то и то-то, мы просто обязаны это сделать.
— Нет, — не согласился Эллиот. — Человек может сам принимать решения.
Во всяком случае, я в этом участвовать не буду.
— Тогда уходите, — спокойно сказала Росс. — В любом случае Конго — не место для кабинетных ученых.
Она развязала свой рюкзак, достала несколько белых керамических конусов и небольших коробочек с антеннами. Потом соединила коробочки с конусами и скрылась в первом тоннеле, укрепляя конусы основаниями на его стенах.
„Питер не рад Питер“.
„Не рад“, — не стал возражать Эллиот.
„Почему не рад?“.
„Это сложно объяснить, Эми“.
„Питер расскажи Эми хорошая горилла“.
„Я знаю, Эми“.
Карен Росс вышла из одного тоннеля и тут же исчезла во втором. Какое-то время Эллиот видел свет ее фонаря, потом и он скрылся в темноте.
Появился Мунро. Его карманы были битком набиты алмазами.
— Где Росс?
— В тоннеле.
— Что она там делает?
— Похоже, готовит какое-то сейсмическое испытание, — ответил Эллиот и показал на три оставшихся керамических конуса, лежавших рядом с рюкзаком Росс.
Мунро нагнулся, взял один из конусов, повертел его в руках.
— Вы знаете, что это такое? — спросил он.
Эллиот покачал головой.
— Это РЗ, — сказал Мунро. — Должно быть, Росс сошла с ума, если хочет пустить в ход эти игрушки. Она может взорвать все на свете.
Резонирующие заряды, или РЗ, — это система взрывающихся в определенном порядке зарядов, одно из самых мощных средств разрушения, впитавшее в себя последние достижения микроэлектроники и теории взрывов.
— Два года назад этими игрушками мы взрывали мосты в Анголе, — объяснил Мунро. — Если их правильно расположить и взорвать, то шестью унциями взрывчатого вещества можно снести сооружение из пятидесяти тонн упрочненной конструкционной стали. Нужен только вот такой приборчик, — он показал на блок управления, лежавший рядом с рюкзаком Росс, — который регистрирует взрывную волну первого заряда и взрывает второй точно в тот момент, когда вторая взрывная волна может вступить в резонанс с первой. А резонирующие взрывные волны разносят в клочья буквально все. Очень впечатляющее зрелище. — И Мунро перевел взгляд на дымящийся конус Мукенко.
Через минуту из тоннеля появилась довольная, улыбающаяся Росс.
— Скоро мы получим ответы на самый важный вопрос, — сказала она.
— Какой вопрос?
— О мощности кимберлитовой трубки. Я установила двенадцать сейсмических зарядов. Этого достаточно, чтобы получить точные данные.
— Вы установили двенадцать резонирующих зарядов, — уточнил Мунро.
— Ну да, у меня же нет других. Они должны сделать свое дело.
— Они сделают, — согласился Мунро. — Может, даже слишком хорошо сделают. Вот этот вулкан, — он показал вверх, — готов начать извержение в любую минуту.
— В общей сложности я установила всего восемьсот граммов взрывчатых веществ, — сказала Росс. — Это меньше двух фунтов. На активность вулкана эти заряды никак не повлияют.
— Лучше бы нам этого не выяснять.
Эллиот прислушивался к спору Росс с Мунро со смешанным чувством. С одной стороны, возражения Мунро казались абсурдными; несколько крохотных зарядов, как их ни синхронизируй, едва ли могут вызвать мощное извержение вулкана. Это было просто смешно. Ученый не понимал, почему Мунро твердит о какой-то опасности. С другой стороны, Эллиоту казалось, что их проводник знает что-то такое, чего не знали — и даже не могли себе представить — ни Эллиот, ни Росс.
ГЛАВА 3. ПРОЕКТ „ВУЛКАН 7021“
В 1978 году Мунро был проводником в одной из замбийских экспедиций. В состав экспедиции входил Роберт Перри, молодой геолог из Гавайского университета. Перри работал над проектом „Вулкан 7021“ — программой исследований, финансировавшейся Отделом разработки новых видов вооружений Министерства обороны США.
Проект „Вулкан“ был настолько спорным, что в 1975 году в ходе слушаний в Подкомитете по проблемам вооружений Палаты представителей Конгресса США его на всякий случай включили в раздел „Финансирование различных долгосрочных проектов, связанных с укреплением национальной безопасности“.
Однако уже в следующем году конгрессмен Дейвид Инага (демократ от штата Гавайи) потребовал, чтобы Пентагон отчитался перед конгрессом о том, что такое проект „Вулкан“, каково его назначение и почему он должен выполняться на территории штата.
Представитель Пентагона объяснил, что целью проекта является разработка „системы прогнозирования цунами“, а это немаловажно как для жителей Гавайских островов, так и для расположенных на островах военных баз.
Эксперты из Министерства обороны напомнили, что в 1948 году мощная волна цунами пересекла Тихий океан, сначала разрушила Кауаи, а потом двинулась вдоль цепи Гавайских островов настолько быстро, что уже через двадцать минут обрушилась на Оаху и Пирл-Харбор, так что жителей этих городов даже не успели предупредить.
„Тогда причиной появления цунами явилось подводное извержение возле берегов Японии, — сказали эксперты. — Но на Гавайях есть и свои действующие вулканы. Между тем население Гонолулу достигло полумиллиона человек, а имущество военно-морских баз оценивается в тридцать пять миллиардов долларов. В такой ситуации возможность прогнозирования цунами, порожденных извержениями гавайских вулканов, приобретает особое значение“.
На самом деле проект „Вулкан“ был совсем не долгосрочным.
Предполагалось, что все работы будут выполнены во время следующего извержения Мауна-Лоа, самого большого действующего вулкана в мире, расположенного на крупнейшем из Гавайских островов. Сотрудники проекта должны были следить за ходом извержения. Выбор пал на Мауна-Лоа, потому что извержения этого вулкана отличались редкой регулярностью и протекали сравнительно спокойно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
