тот, который она взяла в замке, укрывал сверху, щекоча мехом обнаженную кожу.
Раймон примостился рядом. Подперев голову рукой, он задумчиво рассматривал жену.
Он разочарован, подумалось Анне. Конечно, ведь все эти годы к его услугам были искусные любовницы, умеющие доставить удовольствие мужчине. Она неуверенно взглянула на герцога.
Заметив, что она открыла глаза, он протянул руку. Провел по щеке, вынуждая взглянуть на него:
– Ты прекрасна.
– Раймон…
Он покачал головой и приложил палец к ее губам:
– Тс-с-с!
Анна улыбнулась и поцеловала его ладонь.
– Спасибо…
– Ты благодаришь меня? – изумился он. – За что?
– За все…
«За то, что не взял меня силой, что дал почувствовать женщиной, желанной, прекрасной…»
– За все… – вслух произнесла Анна.
Раймон рассмеялся и неуловимым движением подался вперед. Навис над женой, опираясь на руки.
– Право, женщины – это загадка… это я должен благодарить вас, миледи!
– За что?
– За блаженство… – на этот раз поцелуй был нежным. И долгим.
Когда Раймон оторвался от ее губ, Анна разочарованно застонала.
– Не сейчас, моя дорогая, – усмехнулся он. – Нам предстоит обратная дорога, а я не хочу, чтобы ты заснула и свалилась с дракона.
– Мы возвращаемся? Уже? – она не смогла скрыть сожаления в голосе.
– Не раньше, чем искупаемся в озере. Я же обещал.
После прохлады ночи вода показалась горячей. Анна долго стояла, привыкая к ней. Пар окутывал тело. Она чувствовала на себе жадный взгляд мужа, оставшегося на берегу, и нарочно медлила, наслаждаясь ощущением этой первобытной власти над мужчиной.
Раймон лежал на плаще, подперев рукой голову.
Он видел, что Анна намеренно тянет время перед тем, как опуститься в воду, и улыбнулся. В душе царило умиротворение, всегда охватывающее душу после бури чувств. Его жена… красавица с золотистыми волосами, в которых, казалось, запуталось солнце. Она обернулась, взглянула на мужа. Стыдливо опустила ресницы, и он не выдержал. Вскочил и кинулся следом за ней, вынырнул, тряхнул головой, разбрасывая вокруг себя брызги.
– Раймон! – смеясь, Анна выставила руки, защищаясь от капель, обжигающих кожу.
Он подхватил ее за талию, утаскивая на глубину. Закружил.
– Пожалуйста! – наконец, взмолилась она.
И только тогда он поставил ее на ноги, все еще удерживая в своих объятиях. Мир вокруг все еще вертелся, и Анна доверчиво прильнула к мужу, обнаженная грудь коснулась его тела, и герцог вдруг понял, что совместное купание было не слишком хорошей идеей, если он не хочет, чтобы жена действительно свалилась с серебристого дракона. Проблеск был слишком молод и неопытен, чтобы бережно везти всадника.
Анна провела пальцами по следам когтей дракона, все еще видневшимся розовыми полосами на коже, прикоснулась к одной из полос губами. В голове зашумело. Раймон вновь подхватил жену на руки, вынес на берег, положил на плащ.
В конце концов, у него есть Мрак… А хрупкое женское тело так легко удержать в объятиях…
На этот раз все было по-другому. Анна сама устремилась к нему, нашла его губы. Нежные объятия, бессмысленный шепот в ночи, плеск волн о берег и блаженство, разливающееся по телу…
Опустошенные, ошеломленные своими чувствами, они долго лежали рядом, смотря на мерцающие звезды.
Наконец Раймон нашел в себе силы, чтобы повернуть голову, и встретился взглядом с сияющими глазами жены.
– Похоже, впервые в жизни мне следует благодарить его величество, – тихо пробормотал он, но Анна все равно услышала.
– Ты никогда не называешь его отцом?
– Нет.
– Почему?
Он пожал плечами.
– Девятнадцать лет мы прекрасно обходились друг без друга. Не кажется ли тебе, что это – весомый аргумент?
– Но тем не менее ты предан ему.
– Как и все мы, не так ли? – Повелитель драконов потянулся.
– Раймон… – Анна покусала губу, решаясь. – Ты мог отказаться?
– От чего?
– От своего предназначения.
– Ты сама только что ответила на вопрос, – он горько усмехнулся. – Только старший сын может пройти испытание. Иногда я думаю, что если бы я не родился первым, то мой брат, сын маркизы, был бы жив, а сам я держал оружейную лавку…
– Тебе так хочется именно этого? – тихо спросила она, отворачиваясь, чтобы скрыть досаду.
Герцог рассмеялся и протянул руку, обхватил пальцами подбородок, вынуждая ее смотреть ему в глаза.
– Нет.
– Нет?
– Конечно, ведь я бы не встретил тебя…
Они вылетели на рассвете. Раймон сидел на черном драконе, прижимая к груди жену. Анна пыталась возразить, что удержится на Проблеске, но герцог был непреклонен, а соблазн подремать в надежных объятиях мужа – велик, и она не стала спорить.
Оба зверя появились по первому зову, крайне довольные собой, чем смутили Анну. Раймон не стал их отчитывать. Просто многозначительно взглянул, всем своим видом обещая возмездие. Проблеск виновато опустил голову, а Мрак презрительно фыркнул.
«Глупец! Зачем было так долго ждать?» – поинтересовался дракон.
Раймон улыбнулся, но отвечать не стал.
Они летели достаточно долго. Плечо затекло, герцог пошевелился, устраиваясь поудобнее, потом взглянул на жену, спавшую прижавшись к его груди. Жена.
Впервые в жизни он задумался от том, как они бок о бок пройдут вместе все невзгоды. Зная характер Анны, Раймон не сомневался, что она поддержит его во всем. Они состарятся… А потом…
«Пока ты молод, насладись своей победой!» – зазвучало в голове. Герцог поднял голову и встретился взглядом с насмешливыми алыми глазами монстра.
– Смотри лучше, куда летишь! – вполголоса посоветовал Раймон.
«Боишься, что уроню?» – в груди дракона заклокотало пламя, что означало, что он смеется. Струи дыма вырвались из пасти, затягивая все вокруг серым туманом.
Герцог обеспокоенно глянул вниз, если пепел попадет на поля или, не дай Всеблагой, на деревню. К счастью, внизу темнел лес. Деревья, конечно, опалит жаром, но все лучше, чем потеря и без того немногочисленного урожая.
«Овец заведи побольше! – без труда угадывая мысли Повелителя, Мрак облизнулся. – Овцы
