Читаем без скачивания Информационная война и геополитика - Игорь Панарин

В отличие от конфиденциальных докладов Трехсторонней комиссии, созданной по идеологии СFR, призывы к совместному решению мировых экономических проблем и «проблем человечества» прямо адресовались мировой и в немалой степени советской элите, приглашая ее стать частью этого механизма. Советская интеллектуальная и номенклатурная элита стала остро ощущать гнет своей идеологии, но не потому, что та разочаровала ее как инструмент развития собственной страны, а потому, что стала помехой для принятия в элиту мировую.

Цена за место в мировой олигархии была названа в эпоху М. Горбачева.

Сегодня Совет охватывает практически все важнейшие общественные институты и государственные структуры США: конгресс США, государственный департамент и министерство обороны, банки, финансовые корпорации и учреждения, крупнейшие промышленные корпорации, а также важнейшие информационные агентства, электронные СМИ и печатные издания, руководство и профессуру колледжей и университетов. Из сенаторов и конгрессменов среди демократов приблизительно в два-три раза больше членов СER, Трехсторонней комиссии и Бильдербергского клуба — этих мастерских либеральной глобализации под англосаксонской эгидой, чем среди республиканцев, которые, впрочем, также изрядно представлены. Итак, только самый первый, беглый, взгляд на систему связи мозговых центров и американского государства рождает мнение, что американские «Think Tanks» — это инструменты выработки официальной политики США. Более внимательное рассмотрение подводит к суждению, что скорее, наоборот, правительственные структуры и институты США, сама государственная стратегия США находятся под мощным идейным и политическим мониторингом некоего всепроникающего и вездесущего лобби, выражающего интересы идеологических, финансовых и профессиональных элит, имеющих транснациональные интересы. То есть именно аналитические и «мозговые центры НБИ оказывают огромное влияние на политику США. Это лобби не выступает на политической арене открыто, но через эти структуры обеспечивает преемственность своих интересов в самих США и в мире. Деятельность американских мозговых трестов нельзя недооценивать, хотя она и проходит в большей своей части вне объектива телекамер. Чисто американское явление, эти институты формировали не только саму политику США уже на протяжении 100 лет. Они лепили и отношение к этой политике как среди своих граждан, так и в мировом общественном мнении. Их деятельность во многом дополняет и подменяет работу американской дипломатии и идеологической разведки. Именно в них рождаются новые концепции и доктрины, именно они поставляют кадры и экспертизу для правительственных учреждений. Они экспортируют политические клише и вводят в оборот новые стереотипы исторического сознания. Они создают идеологию НБИ и «навязывают» ее США.

Очевидно, что за пределами США главной ролью «Think Tanks» кроме прощупывания позиций местных элит является экспорт клише и стереотипов сознания.

А это есть не что иное, как идеологическое программирование. Эти учреждения, как правило, публикуют книги, проводят семинары и конференции, причем часто в других странах, работая с местными элитами. Так, Институт У. Мондейла поспешил в «демократическую Россию» в 1991 году и устраивал семинары и банкеты для нарождающихся партий некоммунистического толка. Некоторые из очарованных гостей затем стали российскими сотрудниками в московских филиалах американских центров. Международный центр Вудро Вильсона издал на русском языке для российской элиты книгу У. Лакера, «председателя Совета международных исследований вашингтонского Центра по исследованию стратегических и международных проблем», в которой виртуозно осуществлялась задача развенчать СССР как главного борца против фашизма, при этом не реабилитировать фашизм, но избавить Запад от вины за него. Вторая мировая война трактовалась как война между двумя тоталитарными монстрами, а антисемитизм немцам якобы подсказали русские эмигранты.

Нынешний передел мира являет невиданный синтез империализма времен Теодора Рузвельта и мессианизма Вудро Вильсона. К слабым странам применяется сила вместе с тезисом, высмеянным еще американцем Коулмэном: «Мы управляем вами, так как это в ваших же лучших интересах, а те, кто отказывается это понимать, представляют собой зло». По отношению к структурным элементам системы международных отношений, прежде всего России, которая ранее была объективным препятствием переделу мира, активно применяется идеология глобализма. Составной ее частью является информационное воздействие на сознание. Обывателю внушается идеал несопричастности к делам Отечества, а элите — иллюзия сопричастности к мировой олигархии и уверенность в том, что «США соответствуют высоким принципам политического порядка, превосходящего все остальные политические порядки, и новый американский империализм служит высшей моральной цели». На самом деле российскую политическую элиту в НБИ считают ущербной.

В настоящее время президентом Совета по международным отношениям является бывший дипломатический советник президента Буша-старшего Ричард Хаасс, который при премьер-министре Буше-младшем стал заместителем Колина Пауэлла. Его считают одним из наставников Кондолизы Райс. В ходе развязанной в январе 2006 года «газовой информационной войны» против России и Европы именно К. Райс проявила себя защитницей интересов НБИ, а не США. Председателем CFR является Питер Питерсон, банкир, близкий к семье Бушей. Ежегодное финансирование Совета, осуществляемое более 200 транснациональными компаниями, выливается в сумму более 7 млн. долларов. В его состав входят 4200 сотрудников и 50 исследователей. Журнал «Foreign Affairs продается по всему миру, и его тираж составляет 125 000 экземпляров.

Хотелось бы также обратить внимание читателей на то, что в 2005 году с докладами перед членами Совета выступили вице-премьер-министр обороны С. Иванов и бывший премьер-министр М. Касьянов.

* * *

Успех деятельности CFR, выражавшего интересы мировой финансовой олигархии, заставил его основателей и активистов предпринять несколько попыток создания аналогичных, дополняющих или дублирующих CFR структур, с помощью которых успех можно было бы развить. В мае 1954 года состоялось первое заседание Бильдербергского клуба. Так же как CFR пытался контролировать мир, сложившийся в результате Первой мировой войны, Бильдербергский клуб поставил перед собой задачу контроля над миром, сложившимся после Второй мировой, и заявил о «создании европейского единства против советской экспансии». Но самое интересное, что клуб возглавили все те же люди или прямые наследники их капиталов и их интересов. У истоков Бильдербергской группы стоит Дэвид Рокфеллер; в дальнейшем как «бильдербергцы» упоминаются Киссинджер, Бжезинский, Макнамара.

Впрочем, некая разница между CFR и Бильдербергом все же была. Совет воплощал мягкую, реформистскую версию покорения территории. Идеологи CFR начиная с конца 60-х годов говорили о «конвергенции», взаимопроникновении капиталистического и социалистического мира, «растворении» железного занавеса, большей открытости Запада по отношению к некоторым странам Восточного блока, а потом и о «новом мышлении», «разрядке» и «прекращении холодной войны».

Реальными создателями Бильдербергского клуба стали американские спецслужбы. В 1948 году по их инициативе возник Американский комитет объединенной Европы, председателем которого был У. Донован (бывший руководитель Управления стратегических служб), вице-председателем — А. Даллес (директор ЦРУ). В одной упряжке с ними работал другой кадровый американский разведчик — Д. Ретингер, которого в дипломатических кругах называли «серым кардиналом». Он был секретарем Европейского движения, через него ЦРУ переводило деньги на подрывную деятельность в Европе. Фактически первое совещание Бильдербергского клуба в мае 1954 года было проведено стараниями Ретингера, который играл большую роль в этой организации вплоть до своей смерти в 1960 году. Но, конечно, настоящими хозяевами Ретингера были присутствовавшие на заседании Д. Рокфеллер, Дин Раек, глава Фонда Рокфеллера Г. Гейнц, президент Фонда Карнеги Д. Джонсон, председатель Корпорации Баруха Д. Колеман. Всего на этом заседании присутствовало 80 человек. В первых документах Бильдербергского клуба говорилось о создании нового международного порядка и об осуществлении долгосрочного планирования внешнеполитической деятельности Запада в отношении СССР и стран третьего мира. Членства как такового в Бильдербергском клубе не существует. Каждое совещание проходит при значительно обновленном составе. Тем не менее сложился костяк актива этого клуба, который объединяет 383 человека, из них 128, или одна треть, — американцы, а остальные — европейцы. Хотя последним и дали возможность участвовать в подготовке важных политических решений, самый большой выигрыш от создания Бильдербергского клуба получили элиты США. Они обладают в этом клубе самой зрелой организацией: 42 представителя аппарата президента, министерства обороны, госдепартамента и других органов власти США, 25 представителей крупнейших корпораций, банков и деловых кругов, 54 представителя американских университетов, средств массовой информации и общественных организаций. Фактически руководителем Бильдербергского клуба, как и Совета по международным отношениям, является Д. Рокфеллер, формальным председателем — П. Каррингтон. Кроме того, клуб имеет двух «достопочтенных генеральных секретарей»: одного по Европе и Канаде, другого по США.