А затем, когда Рази положил свою сильную руку ей на талию и шепотом попросил ее поспешить, ей ярко вспомнился Кристофер. Винтер вспомнила, как он против воли был заперт в своей комнате последние четыре дня или более. Ей пришло в голову, что бедняга зависел от Рази во всем, даже в пропитании, что ему было запрещено даже участвовать в сборе вещей для путешествия домой. В своих усилиях защитить Кристофера Рази превратил его в своего пленника Юноша мягко подтолкнул ее, уговаривая идти, и она поняла, что это же он задумал и для нее. Если дать Рази волю, он запрет Винтер в покоях Лоркана — в безопасности, под защитой и в совершенной беспомощности, — пока сам не уедет и, как считает сейчас Рази, не перестанет представлять для нее опасность. Но она не могла этого позволить! Ей столько надо было сделать! Столько дел, которыми она не могла поделиться с Рази…
К великому удивлению Рази, Винтер резко остановилась и отстранилась от его руки.
— Вин… — протянул он, но она вскинула руку, чтобы он замолчал, и вздернула подбородок:
— Дальше я пойду одна, Рази.
— Но… — Ее внезапная холодность совершенно ошеломила его. Минуту он в замешательстве смотрел по сторонам, потом Винтер увидела понимание на его лице. Он наклонился, глядя на нее умоляюще.
— О, Вин, — шепнул он. — Не сердись на меня, пожалуйста. Он не мог остаться. Как ты не понимаешь? Он не мог. Они бы…
От безнадежно неуместного чувства вины в его голосе решимость Винтер почти исчезла, и она уже хотела утешить его, но одернула себя и нахмурила брови. Рази не понимает, почему она отстранилась, — этим можно воспользоваться.
Она отошла назад, в тень, плотнее закутавшись в куртку Кристофера.
— Просто оставь меня ненадолго, Рази. Я в состоянии найти дорогу обратно.
Лицо его потемнело, глаза смотрели обиженно. Затем он нахмурился и, подступив ближе к ней, возвышался над ней.
— Теперь послушай, — сказал он тихо, не отводя от нее взгляда. — Я только что вышиб дух из пяти личных гвардейцев моего отца. Еще хуже, чем то, что мой отец может со мной за это сделать, — возможная месть самих солдат. И я не позволю им воздействовать на меня через тебя. Я не позволю, чтобы ты платила за мои действия! В своих комнатах ты в безопасности, Винтер, и я собираюсь доставить тебя туда. Так что перестань изображать капризного ребенка и делай, что я говорю!
Винтер вскинула голову от такого фамильярного тона. Преимущество в росте, силе и происхождении вдруг послышалось в угрожающем голосе Рази. Винтер опустила голову и бросила на него взгляд из-под нахмуренных бровей, предупреждая, что с ней это не пройдет. Она никогда, никогда не позволит ему стать подобием его отца-короля, никогда он не будет вести себя так при ней и портить их дружбу. Он смотрел ей прямо в глаза с решительным лицом, а потом его глаза прояснились, как будто он вдруг заметил, с каким злым оскалом глядел на нее, как угрожающе нависал над ней в полутьме, невысокой девушкой в ночной рубашке и капоте, такой ранимой и одинокой. Он шагнул назад так, что чуть не споткнулся, и остановился в двух шагах от Винтер, растерянно опустив руки.
Она протянула руку и мягко сказала:
— Рази. — Он поднял глаза, боясь ее гнева. — Обещаю, что буду осторожна. Мне просто надо немного побыть одной. Я пройдусь под тисами и по каштановой аллее, а потом сразу вернусь к себе, хорошо?
Губы Рази приоткрылись в беспомощной тревоге, он моргнул. Сердце у Винтер разрывалось, когда она смотрела на него. Она подняла руку, чтобы он не пошел вслед, и медленно поворачивалась, не в силах отвести глаз от его лица.
— Ступай отдохни чуть-чуть, Рази. Пожалуйста. Ты совсем измотан. Отдохни немного… а потом увидимся.
Она быстро ушла, стараясь держаться в тени деревьев. На углу сада, прежде чем зайти за изгородь и потерять из виду дорогу, она оглянулась. Рази еще стоял среди деревьев, опустив руки. Он стоял к ней спиной, глядя поверх стен замка на далекие холмы и кусочек дикого леса, видневшегося на фоне рассветного неба. Он выглядел потерянным и совершенно одиноким. Винтер стиснула зубы и заставила себя отвернуться.
Винтер уходила от Рази все дальше, и туман поднимался над влажной утренней травой. Заря ярко раскрасила небо. Винтер кралась вдоль изгородей и стен, стараясь быть маленькой и незаметной. Что бы она ни сказала Рази, она очень боялась солдат Джонатона, и одна мысль о том, что она может пасть жертвой их гнева, наводила на нее ужас. Было еще очень холодно, и она застегнула на ходу куртку Кристофера.
Наконец она дошла до хорошего места, спокойного и уединенного, но достаточно открытого, чтобы никто не мог подкрасться к ней незамеченным. Она засунула руки под мышки и стала ждать у желтой голубятни. Долго ждать не пришлось. Рыжая кошка непринужденно вышла из тени тисов и остановилась в сером тумане утреннего света. Она сладко зевнула и сердито фыркнула, как будто Винтер оторвала ее от приятных снов и теперь должна была выкладывать, что ей надо.
«Ты сама пришла за мной» — раздраженно подумала Винтер, но промолчала и терпеливо ждала. Наконец кошка закатила глаза и движением головы указала на каштановую аллею.
— Дух ждет тебя, — сказала она. — Времени у него немного, так что поторопись.
Винтер выругалась с досады и подавила желание отвесить кошке хороший пинок. Она со всех ног побежала к дорожке Рори Шеринга.
— Рори! — прошептала она, остановившись на тенистой тропинке. — Рори! Я здесь! — «Они меня убьют, если поймают! Четвертуют! Повесят!» Но все равно снова позвала: — Рори!
Сначала никто не ответил, а потом девушка почувствовала мурашки на коже и странную перемену света, которые возвещали о появлении призрака. Рори материализовался прямо перед ней, и она пораженно отступила назад. Он был в ужасном состоянии.
— Рори! — выдохнула она жалостливо.
Он качался перед ней — похоже, ему было трудно разглядеть ее или сосредоточить взгляд. В призраке были прорехи, местами он полностью выцвел, а видимая часть мерцала, то и дело угасая. Он качался, сутулился, шатался из стороны в сторону, пока не встал на свои призрачные ноги. Посмотрел мимо, мигнул, перевел взгляд на Винтер, попытался сосредоточиться и наконец, кажется, все же ее увидел.
— Дитя, — проговорил он голосом слабым, как крылья мотылька, бьющегося об стекло. — Я ищу твоего отца…
— Нет, Рори! — воскликнула Винтер настойчиво. — Мой отец слишком болен! Тебе нужно говорить со мной! Пойми! Скажи свою весть мне!
Рори неуверенно прищурился. Он словно забыл о разговоре — глаза поплыли влево, веки закрылись, голова поникла. Призрак начал расплываться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
