не одно существо, а два, и они мне знакомы.
По пути на арену я гадаю, кого Отец сегодня пригласил в качестве публики. Он снова начал рассылать билеты, думая, что всё вернётся на круги своя.
Но я боюсь, этому больше не бывать.
Глава 24
Париж / Восьмой уровень Ада
3 июля 2005 года
Ещё после прочтения последнего дневника Ларе понадобилось время, чтобы привыкнуть к тому, что Альтаказр – демон всякой крутой херни – приходился ей… кем? Прапрадедом? О господи. Такое несколько выбивало из колеи.
Сейчас Альтаказр, ни на кого не обращая внимания, закинул ногу на подлокотник кресла и сидел, как нахальный подросток, качая в воздухе сапогом.
– Итак, – начал он. – Давай я расскажу тебе историю. Жил-был один очень крутой нобль.
– Нобль? – Лара не могла не посмеяться над его выбором слова.
– Благородный джентльмен, ну, – пояснил он снисходительно и сделал такие глаза, как будто Лара брякнула глупость.
Она хмыкнула.
– Так и знала.
– Ладно, – буркнул он, раздражённый тем, что его прервали. – Этот нобль, который так-то действительно был невероятно могущественным, встретил одну смертную актрису – Юнону Вагнер. Такое красивое имя. Ну, и влюбился в неё по уши – а с главными демонами такое не часто случается.
– Отец, – едко произнесла Сесиль. Она стояла в центре арены, уперев руки в боки. – Нам действительно нужно во это всё углубляться?
– Она наша семья, Сесиль. Я пообещал, что, если она приедет в Париж, она получит все ответы на свои мелкие глупые человеческие вопросы.
Сесиль закатила глаза.
– Итак, возвращаясь к моей истории, – сказал Альтаказр, немного сменив тон, чтобы угодить Сесиль. – На чём я остановился?
– На том, что я часть семьи, – сказала Лара, тщетно пытаясь не показывать отвращения.
– Ах да. – Он поднял палец вверх. – Спустя девять месяцев… Я думаю, ты знаешь, к чему всё идёт. Моя милая Юнона родила… – он остановился, словно обдумывая что-то, – прелестное существо.
– Существо? – Лара не знала, должна ли задавать вопросы. Она читала эту историю в статье об Альтаказре на портале The New Demonpedia.com. Юнона Вагнер и её ребёнок умерли во время родов.
Альтаказр проигнорировал её.
– Возможно, я не смог полностью объяснить Юноне правила, настолько я был очарован ею. Видишь ли, моя любимая была человеком, а я – демоном, и против таких связей существуют законы. Честно говоря, это запрещено. Я имею в виду, не я создавал эти законы, я в любом случае никогда не был завзятым сторонником правил. Таким образом, Юнона умерла родами. Все женщины, которые вынашивают моих детей, умирают. Человеку не по силам выносить ребёнка демона, вне зависимости от того, что там Миа Фэрроу делает на экране. На самом деле обычно потомство тоже не выживает. Но в этом случае – нет. Перед смертью моя дорогая Юнона родила бесконечно прекрасное существо – редкого камбиона. В нём замечательно соединились доброе начало… от Юноны… и злое… ну, от меня.
Как правило, камбионы не выживают вполне оправданно. Возможно, в силу того, что я не просто рядовой, а главный демон, в этом отдельном камбионе смертное и демоническое начала смешались не поровну, как хотелось бы. Всё в них было в некотором беспорядке. Сложно объяснить смертному, но Эсме и Сесиль были слиты. – Как фокусник, Альтаказр достал из воздуха снимок, затем спрыгнул с трона и вручил его Ларе – зернистое старинное фото.
Лара изучила старую фотографию, отпечатанную на толстой бумаге, – настолько выраженного цвета сепии были, как правило, снимки викторианских времён. На этой изображено было потустороннее дитя, наполовину демон, с двумя головками, в слитном чёрном кружевном платьице. Девочек, на вид лет четырёх, заботливо усадили в кресло, как кукол. В соответствии с викторианским стилем, на каждой головке громоздился пышный атласный бант, аккуратно располагаясь над ухоженными локонами – у одной светлыми, у другой тёмными.
Кто бы ни заказал это фото – скорее всего мадам Плутар, этот человек любил девочек и хотел, чтобы их запечатлели так, как он их видит. Глядя на одухотворённые лица девочек, Лара тоже видела их такими.
– Они такие красивые, – сказала она.
Обе чуть опустили маленькие пухлые губки, словно что-то за камерой сбивало их с толку. Лара не видела ничего более душераздирающего, чем это фото, – нет, более верным словом было бы «чувствовала», поскольку она чувствовала, как притягивает её этот снимок из другого времени. Судя по их лицам, эти несчастные дети сильно страдали. Лара посчитала крошечные атласные туфельки, свисавшие со стула, – три. Закрыв глаза, она представила, как они пытаются ходить. Теперь она понимала. На неё нахлынуло желание защитить их, позаботиться о них. Этот ребёнок принадлежал и ей тоже, он продолжился в ней, будучи первопричиной её семьи. Она взглянула на Сесиль – та скрестила напряжённые руки перед собой, её лицо не выражало никаких эмоций, словно она крепилась перед тем, как прозвучит история.
– Я не знал, что делать с моим маленьким созданием… Я задумался, кто же сможет позаботиться о нём. Тогда я посмотрел на души грешников и подумал: «Вау, Альтаказр, да это же мировая идея!» Так что я цапнул группу всякого рода исполнителей и собрал их с мыслью, что вверяю своих детей их попечению – вместе с мадам Плутар, которая доказала свою преданность Юноне. – Он повернулся на каблуках. – И это работало – до тех пор, пока они не начали взрослеть. – Он взглянул на свои ногти. – Я терпеть не могу несмешные вещи, Лара, правда. Поэтому я разрезал их пополам, освобождая друг от друга. Да, заметим, с этим были некоторые проблемы. Всё вышло не слишком гладко, но внутри цирка я создал пространство иллюзии.
Сесиль опустила глаза, как будто слушать эту часть рассказа ей было больно. Лара представить себе не могла, что всё это ей пришлось пережить.
Альтаказр тут же спохватился:
– Сесиль, радость моя, возможно, тебе не стоит это слушать.
– Нет, – сказала она твёрдо. – Продолжай. Я годами ждала этих ответов, а ты отказывал мне.
С видом раскаяния он махнул Ларе идти с ним. Сесиль двинулась за ними.
– Тисдейл, Тисдейл! Опасность миновала! – позвал Альтаказр на выходе с главной арены. – Все чудовища заперты в клетках.
По пути Лара не могла не пялиться на Сесиль во все глаза. Она была такой красивой и невесомой.
– Я читала твои дневники. – Хорошо это было или плохо, но говорила Лара как фанатка или групи.
– Я знаю, – с улыбкой сказала Сесиль. – Это я попросила его прислать их тебе. Всё это время я писала их для тебя, просто тогда не знала об этом.
