вас беспокоит!
– О господи, что случилось? – заволновался Аверин. Не дай Бог с Виктором беда…
– Тут… убили. Колдуна из Управления убили. И дива его сожрали подчистую.
– Чего?! – ошарашенно проговорил Аверин. – Кого убили? Кого сожрали?!
– Колдуна… я только что оттуда… это ужас, просто ужас.
– Так, погодите, успокойтесь. Говорите толком. Кто погиб? Не Мончинский, случайно?
– Я не знаю, как его звали…
– Это новый колдун Владимира, вы должны его помнить, дива, в смысле.
– А, нет. Не он. Этот в соседнем кабинете сидит. Помогите, Христом Богом молю. Я заплачу`. У меня деньги есть, я дочке копил, приданое. Все отдам. Только помогите.
– Да что же вы так причитаете-то? Если Мончинский с Владимиром уже прибыли, то это дело Управления. Не ваше. Даже если и на вашем участке.
– Да не на нашем! Возле Николаевского вокзала его нашли.
– Так вы вообще тут ни при чем…
– При чем. Объявлена общая тревога. Все колдуны со всех участков выходят на улицы на патрулирование. Это ужас. Ужас!
Действительно, если кто-то сожрал дива первого класса из Управления – это однозначно общегородская тревога.
– Этот велел мне ехать прямо туда… где убили. И я поехал. Сейчас вот вернулся. А он меня опять отправляет! Берите, говорит, собак своих, и на улицу!
– Кто? Владимир? – сочувственно спросил Аверин.
– Нет! Этот, хозяин его. Как вы сказали? А, да. Мончинский! А див этот поганый за его спиной ухмыляется!
– Теперь понятно. – Аверин потер лоб. – Кстати, а чего же колдуна не съели? Как его убили вообще? Просто разорвали?
– Нет. Его… его проткнули… насквозь! – В голосе Фетисова появились истерические нотки.
– Понятно. Вы замеряли уровень напавшего? Должен остаться явный след, раз он там высвобождался, чтобы сожрать дива.
– Да! – застонал Фетисов.
– И?
– Во… восьмой… или д-девятый…
– Ничего себе, – только и смог выдавить Аверин и опустил руку с трубкой. – Кузя, ты это слышал?
Он снова поднял ее к уху:
– С этого и надо было начинать. Что я могу сделать?
– Вы же лучший! Вы же его найдете! Оно… оно колдунов убивает!
– Ясно. Я свяжусь с вами, как только что-то узнаю. А мне позовите Виктора, пожалуйста.
Он снова опустил трубку вниз.
– Мы с тобой, оказывается, всемогущие. Дивы девятого уровня нам – как кедровые орешки.
– Мя-а-а! – возмутился Кузя. То ли непомерностью возложенных на них надежд, то ли, наоборот, сомнениями, высказанными Авериным.
– Что там у вас, Гермес Аркадьевич? – донеслось с кухни.
– А, ничего. По работе. Кузе вон жалуюсь.
– Мя-а-а! – подтвердил кот.
Виктора пришлось ждать минут пять. Наконец в трубке прозвучал его голос:
– Гермес, извините. Тут творится черт знает что. Вон Фетисов даже трубку взял. Да я и сам вам звонить хотел.
– Фетисов мне и позвонил.
– А, ну прекрасно. Значит, вы уже в курсе. Так вы поможете? – спросил Виктор. – Нет, я вовсе не прошу вас собой рисковать. Просто нам сейчас очень нужны ваши мозги.
– Что же вы так Управлению не доверяете?
– Да вот что-то дива, который в вас стрелял, они пока не поймали.
– Вы знаете… – задумчиво сказал Аверин, – возможно, это один и тот же див.
– А ведь точно! – воскликнул Виктор. – Вас пытались убить, убили колдуна из Управления! Это может быть связано.
– Да. И, если не трудно, не могли бы вы выкроить несколько минут и озадачить своих ребят «пробить» хозяина автомобиля?
– Да, конечно. Это тоже по нашему делу?
– Пока не знаю. Но не исключаю этого. Давайте, если никого из нас до вечера не сожрут, встретимся в «Еноте»?
– А вот это просто отличная идея, – возликовал Виктор и, видимо, прикрыв трубку, громким шепотом добавил: – У Владимира новый хозяин. И знаете, предыдущий был лучше. Этот… очень деятельный.
– Да-да. Я с ним уже познакомился, – рассеянно проговорил Аверин. – А, кстати. Я бы хотел взглянуть на труп. Куда его отвезли?
– Так к Семенычу. Можете съездить хоть прямо сейчас. Думаю, вам он точно не откажет.
Именно так Аверин и решил поступить. Наскоро проглотив завтрак, он позвал Кузю и направился в отделение городской судебно-медицинской экспертизы. Показал на входе звезду и проследовал в прозекторскую.
Альберта Семеновича Каминского Аверин знал уже почти двадцать лет, еще со времен своей службы полицейским колдуном. И все эти годы эксперт выглядел как бодрый старичок лет шестидесяти. И совершенно не менялся. Аверин даже подозревал, что Семеныч – див.
– А я вас ждал, Гермес Аркадьевич, вот именно вас ждал, никого не пускал, – обрадовался Семеныч. Аверин лишь прижал кулак ко рту, чтобы подавить смешок. А было от чего. Кузя бы умер от зависти, увидев старого судмедэксперта. На нем красовалась сатиновая косоворотка ярко-желтого цвета, подпоясанная алым кушаком, фиолетовые шаровары и, в довершение образа, какая-то обувь, довольно неплохо имитирующая лапти. Впрочем, Кузя еще налюбуется. Но на осмотр тела дивом нужно сперва получить специальное разрешение.
Старания сдержать смех не укрылись от цепкого взгляда эксперта.
– Между прочим, – выпятив грудь колесом, проговорил Семеныч, – я считаю предрассудками деление моды на молодежную, взрослую и людей средних лет. Что получается, если тебе больше пятидесяти, ты должен рядиться в мешок от картошки?
– Что вы, Альберт Семенович, у меня просто племянник так одевается. Я представил, как он бьется на полу в припадке зависти при виде ваших роскошных шаровар и лаптей.
– А что? Пусть молодежь завидует. Я взрослый человек, имею право одеваться так, как хочу, не клянча ничего у родителей или дяди, – подмигнул Семеныч. – Пойдемте, я вам кое-что покажу, вам точно понравится. Я вот с утра в восторге.
Аверин прошел внутрь прозекторской. Тело несчастного колдуна лежало на столе, полностью раздетое, и выглядело совершенно целым. На первый взгляд не было понятно, что именно убило этого человека.
– Ну, что скажете? – с довольной улыбкой спросил Семеныч.
– Скажу, что знаю, почему этого колдуна не сожрали, – ответил Аверин.
– О! Это просто чудесно! – воскликнул эксперт. – И почему же?
Аверин указал на татуировку в форме Триглава в районе солнечного сплетения убитого.
– Это сделано серебряным порошком. И наложено заклятие, как на амулет. Див не смог его сожрать именно поэтому.
– Ого. И у вас такая есть?
Аверин мотнул головой:
– Нет. Я предпочитаю надевать амулет. От своего дива ни амулет, ни татуировка все равно не защитят: они от вида крови хозяина полностью разум теряют. Будет ли мне легче, если сожравшему меня диву станет плохо?
– Ну что вы, животинку надо пожалеть! – Семеныч показал отличные белые зубы. Ну точно див. – Вы на тело посмотрите. Рану видите?
Аверин обошел кругом. И заметил, что в районе затылка волосы слиплись от крови.
– Вот она.
– Молодец
