Две башни типа донжон, на шесть метров в высоту относительно стены из блоков и кирпича, с последующей деревянной надстройкой, стена с возможностью перекрестного огня с двух частей поселения, узкий коридор в воротах, так же простреливаемый и далее решетка. Тут враг не пройдет. Но такие ворота нужны и в других местах, не только со стороны озера и строящихся причалов.
Игорь инспектировал ключевые точки города, но понимал, что сегодня община превратилась в единый организм. Настолько люди прониклись к проблеме, осознали ее, что работают с остервенением и полным погружением. Не слышно в городе смеха, что в последнее время было частым явлением, нет и праздношатающихся людей, у которых затянулись «перекуры» или «обеденные перерывы». Все готовятся к появлению силы, победить которую в бою невозможно, проигнорировать не получится, непрогнозируемую силу. Олег может посчитать внезапно возникший город угрозой своей власти или ненужным явлением на торговом пути, или отомстить за своих «разведчиков», не принимая во внимание их разбой, который вполне вписывается в менталитет предводителя этого времени. Надеялся же Игорь на другое, что подарки растопят вероятный гнев Олега, теплая встреча с невиданными яствами, как и обязательная выдача дани выше установленной таксы, заставят задуматься о выгоде такого данника. Ну а обещание еще большей прибыли может поставить не точку, а запятую в начавшемся сотрудничестве.
***
Солдат, в сопровождении своего пса и волчицы, а так же Михаила, Врана, Карпа и Степана стояли на обрыве у Днепра и ожидали прибытия первых кораблей. Чуть поодаль, метрах в тридцати, рядом с лодкой в протоке, были Бойко, Козак и Большой, которые отыгрывали роль носильщиков и слуг, что должны были по повелению Игоря подносить дары Олегу. Так должно это выглядеть для прибывавших, но, на самом деле, у Большого была последняя в городе свето-шумовая граната, пистолет, а Козак должен был прикрывать автоматом с последними двадцатью двумя патронами собравшихся, еще в лодке были заряженные крупной дробью два ружья. Такое решение было принято в самый последний момент, продиктованное больше опаской, а, может, и страхом от надвигающейся армады кораблей. С вышки у главных ворот смогли члены Совета смогли оценить это эпохальное зрелище, сбившись в итоге со счета драккаров и иных типов судов.
Теперь же оставалось только надеяться, но и быть готовым на все.
Грозная морда дракона, с подкрашенной красной краской пастью, а может это была кровь, уже был рядом и без оптики, которую оставили в городе, четко можно было увидеть мужчину с богато одетым ребенком лет двух-трех на руках. Сам же Олег, а не понять, что это он с малолетним Игорем было не сложно, был по пояс голый. Поджарое тело, явно тренированное бугрилось рабочими мышцами, воля, мощь и сила, исходящая от этого великого человека, стремилась покорить все и всех вокруг. Между тем, ростом Олег был не гигантом, даже, напротив, может чуть выше среднестатистического аборигена. Он не был бородатым, как многие художники рисовали князя в двадцатом и ранее веках, только с длинными усами, а лысая, бритая голова, была в татуировках, как и все тело, по крайней мере, те его участки, что не были скрыты широкими штанами, типа шаровары, заправленными в красные узорчатые сапоги. На правом бедре был меч, что говорило о том, что Олег был, скорее всего, левшой, ножны крепились на поясе с наклеенным костяными резными узорами и пряжкой из металла, стилизованной в двуглавого дракона.
Когда корабль уже приблизился на метров пятьдесят к месту, впадения протоки в реку, где и ожидала команда встречающих, Солдат и все остальные преклонили одно колено в знак признания власти над собой, но не рабства. Этот жест долго заранее обсуждался с аборигенами и был признан уместным.
Исподлобья Солдат увидел, что Олег поднял правую руку, не занятую ребенком в знаке, «стой», потом отдал наследника Рюрика кому-то из приближенных. Солдат выдохнул, подозревая, что князь отменил какие-то действия своим людям, может и лучникам.
— Вот и правильно, — зло, но очень тихо, чтобы никто не слышал, прошипел Игорь. — А то лишилась бы Русское государство своего создателя.
В этот момент Глава города чувствовал некое унижение. Он никогда в своей жизни не становился на колени, ни перед родителями, ни перед врагом, ни перед женщиной, а тут… Но это все — волнение, и Игорь, сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, успокоился.
Встречающая делегация оставалась коленопреклонённая, ожидая обращения к ним Олега. Прошли долгие шестнадцать минут, пока флагман древнерусской флотилии сбросил якоря в виде больших валунов на веревке и возле перенесенного на обрывистый берег трапа из сбитых грубо обтёсанных досок встал во всем своем величии Олег, уже облаченный в ярко-красную накидку-плащ, скрепленную краями у шеи большой золотой фибулой. В лучах уже перевалившего за полдень солнца сверкнула массивная золотая гривна на шее.
— Госты есми, роду Рюрикова едем в грекы, а вы кто есть? — задал вопрос создатель древнерусского государства.
— Люди селища сего изверги от родов своих, — ответил Солдат медленно приподнимаясь, внимательно наблюдая за обстановкой в ожидании реакции Олега и его людей.
В это время на лбу Артура, следящего в оптику с восточной еще недостроенной башни за происходящим у Днепра, выступила испарина. А у Козака, стоящего также на колене, но рядом с лодкой, дернулась рука к автомату, но Павел взял себя в руки. Большой же спокойно и расчетливо вдел палец в кольцо гранаты.
Однако, Олег не стал обращать внимание на то, что некий молодой парень привстал.
— Гой еси, Ольг, здрав буде Игорь, сын Рюрикове, — произнес Солдат и поклонился.
***
Олег не спешил приближаться к странному городу, как будто перенесенному в это место самими богами. Князь еще рано утром был рядом, но решил послать разведчиков. Не в правилах Олега было кидаться в омут с головой. Он больше года готовил этот поход, рассылая своих людей под видом гостей торговых и в Смоленск и в Любечь, да и в Киеве уже были люди, не отрекшиеся от своего рюрикова рода. Но тут… нужно было знать, что происходит и что за люди живут.
Вот только разведчики в один голос сообщали интересные вести, что их всех вычислили, как будто кружащий в небе сокол людям в городе все рассказывает. Но никакого противодействия не было, группы наблюдателей из горожан, которые показывались с максимально большого расстояния, сразу же удалялись, демонстрируя разрешение смотреть и примечать. Сотник Волькомир даже приблизился к воротам в город, что располагались за дубравой и возделанными полями, но и его никто не тронул, даже предупредительная стрела не взмыла в небо.
