— Фух. Чем могу помочь?
Амара нахмурилась.
— Ты что-нибудь слышал об Исане?
Эрен мрачно покачал головой.
— Мне очень жаль. Ни слова.
Лицо Графа Кальдерон омрачилось, и он отвернулся.
— Ваше Превосходительство, — сказал Эрен. — На мой взгляд, есть все основания полагать, что она еще жива.
Граф Кальдерон нахмурился, не оборачиваясь.
— Почему? — Он говорил сквозь стиснутые зубы.
Эрен сочувственно вздохнул. Распухшая челюсть Графа во время речи, очевидно, причиняла боль.
— Ну… для начала потому, что она была похищена, сэр. Если бы ворд желал ее смерти, не было никаких причин брать на себя труд организовать тайное проникновение в охраняемое здание. Они убили бы ее на месте.
Граф Кальдерон хмыкнул, нахмурился и посмотрел на Амару.
Она кивнула ему и задала вопрос, который явно читался на его лице.
— Для чего она им нужна живой, Сэр Эрен?
Эрен поморщился и покачал головой.
— Нет способа это выяснить. Но ворд преодолел много препятствий, чтобы заполучить ее.
Мы можем надеяться, что она является весьма ценной для врага, раз они не уничтожили ее.
По крайней мере, пока. Надежда есть, сэр.
— Я видел, что ворд сотворил с теми, кого они взяли живьем, — прорычал Кальдерон, его слова были яростными и едва внятными. — Говоришь мне, что моя сестра жива, и в руках этих тварей…
Амара вздохнула.
— Бернард, пожалуйста.
Граф посмотрел на нее.
Он кивнул и натянул узду своей лошади, заставляя животное отойти на несколько шагов.
Он встал к ним спиной.
Амара на секунду прикусила губу. Затем ее самообладание вернулось, и она повернулась к Эрену.
— Благодарю вас, Сэр Эрен, — сказала она, — за труды. Нам нужно поговорить с Принцепсом Аттисом.
Эрен пожевал нижнюю губу.
— Не уверен, что… он принимает посетителей.
— Он встретится с нами, — сказал Бернард сурово. — Сейчас.
Эрен выгнул бровь.
— А?
— Прежде чем мы прибудем, нужно обсудить, как лучше использовать укрепления Долины, — сказал Амара. — Никтоне знает их лучше нас.
Эрен смахнул воду с глаз и пригладил назад волосы.
— Для меня это кажется достаточно разумным. Я спрошу у него. Не могу ничего обещать.
— Пожалуйста, — сказал Амара.
Эрен кивнул ей, затем спрыгнул с повозки и побежал вперед, по направлению к головной группе.
Это было не трудно.
Вся группа не могла продвигаться быстрее, чем самый медленный из ее членов, и, как следствие, они перемещались и в половину не так быстро, как Легион на марше.
Полдюжины сингуляров узнали его с первого взгляда, и один из них махнул рукой, пропуская через невидимый барьер, который они представляли.
Эрен постучал в заднюю дверь фургона, по-прежнему на бегу, чтобы не отстать.
Леди Плацида открыла дверь и мгновение спустя протянула Эрену свою руку. Он схватился за нее и забрался в фургон.
— Благодарю вас, Ваша Светлость.
— Это не составило труда, Сэр Эрен.
Эрен посмотрел мимо нее, туда, где на грубом матрасе подшерстяным одеялом почти недвижимо лежала фигура.
— Как он?
Леди Плацида скривилась.
— Не очень хорошо. Мне удалось восстановить некоторые кровотоки, но… у таких прижиганий есть пределы. Он давно их перешел.
Желудок Эрена скрутило.
— Он умирает.
— А еще он лежит прямо здесь и слушает вас, — раздался голос Аттиса, слабый и язвительный. — Я бы попросил, чтобы вы прекратили разговоры над моей головой, но, в моем нынешнем состоянии, выбор у вас небольшой.
Эрен попытался улыбнуться.
— Ох. Мои извинения, Ваше Высочество.
— Что Ария имела в виду, рассказывая вам, — сказал Аттис, — это, что коварная сука покромсала меня.
Нижняя половина моего тела вскрыта от паха до ребер.
Мои кишки представляют собой проклятое месиво, и, несомненно, в короткие сроки протухнут.
Мое сердце работает с большим трудом, потому что, когда тебя располовинили, по-видимому, с твоим кровяным давлением происходят ужасные вещи.
Травмы были слишком серьезными и обширными для исцеления.
— Я не могу ничего есть. Без пищевода еда в любом случае будет просто гнить. Я могу выпить немного, что означает, что я умру от голода несколько недель спустя, вместо того, чтобы погибнуть от жажды в ближайшие дни. Если, конечно, меня сперва не прикончит инфекция, что вероятнее всего.
Эрен несколько раз моргнул.
— В-ваше Высочество. Извините, я даже не мог подумать.
— Вряд ли вам стоит извиняться, Курсор. Жизнь имеет свойство заканчиваться. И вы не можете винить себя за это.
Эрен несколько мгновений смотрел на него, затем опустил глаза и кивнул.
— Да, Ваше Высочество. Вам… вам больно?
Аттис покачал головой.
— Пока я с этим справляюсь.
— Может, вам стоит отдохнуть.
— Вскоре у меня будет огромный избыток отдыха. А пока я должен выполнять свои обязанности.
— Ваше Высочество, — запротестовал Эрен, — вы не в состоянии…
Аттис махнул рукой.
— Я не в состоянии драться.
Но в конфликте такого масштаба, я буду наиболее полезным для нашего дела, координируя усилия других людей и определяя надежные варианты действий.
Для этого мне не обязательно находиться на своем коне, с тем же успехом я могу это делать из этого фургона.
Эрен нахмурился и посмотрел на Леди Пладиду.
Она пожала одним плечом.
— При условии, что он в здравом уме, считаю, что он прав. Когда дело доходит до тактическихи стратегических решений, он из нас лучший, его команда уже на месте, а структура и методы отработаны. Мыдолжны его использовать.
«А вы уверены, что не имеете в виду «воспользоваться им», Ваша Светлость?» думал Эрен. «Между вами почти не осталось любви».
Не то чтобы Эрен был вправе бросить первый камень. Он глубоко вздохнул и придержал свой язык.
— Мне… понятно. Ваше Высочество, Граф и Графиня Кальдерон пришли ко мне. Они просят вас безотлагательно встретиться с ними, чтобы обсудить, как лучше использовать укрепления Долины Кальдерона.
— Злодеи не дремлют, — прошептал Аттис. — Да, считаю, они правы. Пожалуйста, пришлите их ко мне, Сэр Эрен.
Эрен склонил голову.
— Как пожелаете.
Один из легионеров арьергарда рухнул, когда длинная колонна беженцев и солдат была на расстоянии видимости входа в Долину Кальдерона.
И тут же воины ворда ворвались в брешь в защите алеранцев, не тратя времени на атаки.
Они просто давили все прибывающим количеством в слабое место в разорванных порядках алеранцев.
Эрен осознал происходящее, когда услышал, как закричали беженцы.
