И я вовсе не плачу, нет, уверяю вас, это не слезы! Это предрассветная роса, берилловая пыль, но только не слезы!
Как вы могли такое обо мне подумать, обо мне, самой «С.И. Гиппиус»! Мне не о чем жалеть и не о ком тосковать. Ну, почти не о чем и почти не о ком. Жизнь есть и после большого Трандычка!
Нет, не тебя так пылко я люблю! – громыхая, звеня и угукая, билась у меня в голове фраза из давно забытого романса; гром, звон и гул уносились в черную дыру, зияющую в центре Галактики, отражались в лучах серебряных звезд, и, празднуя триумф воли над жизнью и смертью, кольцами завивался, навсегда исчезая в страшном космическом бутоне, порфироносный, могучий, всеохватный, сначала робкий и далекий, потом нарастающий неведомой силой, восстающий от вечного сна, освежающий, бликами на воде мерцающий – «мальчик резвый, кудрявый, влюбленный, Адонис, женской лаской плененный…», – солнцем согретый голос, «папа-папа-Папагено – папа-папа-Папагено…» – все громче, – нет, не его так пылко я любила, а все-таки, в сущности, только его одного, и это у нас было взаимно. Бууууууууууумссссссссссс!
Я сильная! Я выдержу! Я счастлива до опупения! Я читаю на ночь иронические детективы и тихонько подвываю в подушку. Я – «великая и ужасная», я, я, я…
Клянусь культяпкой разлюбезного и очаровательного мошенника и убийцы Джона Сильвера (о, как он характером похож на Браню!), я совершенно довольна судьбой! И знаете почему?
Правильно!
Потому что я – единственная и неповторимая, неподражаемая и обожаемая, ненавидимая и проклинаемая… Ну, та самая… Вы все меня очень хорошо знаете… Я появляюсь на телеэкране каждый понедельник по ЖТВ в культовой программе «Ярмарка тщеславия»… Точно!
Серафима Ильинична Гиппиус!!!
Надежда Сергиевна Бунич
7 октября
Гремислав не хотел помпезного дня рождения. Ему исполнилось пятьдесят три. И все же с самого утра посыпались поздравительные телеграммы, позвонил первый президент Герцословакии Благояр Никлотович…
В президентском дворце Гремислава ждал весь кабинет министров, Дума направила поздравление, все – даже ярые оппозиционеры – не оставили в стороне его день рождения.
Группа дальневосточных бизнесменов преподнесла Гремиславу точную копию короны герцословацких королей, туркменский президент подарил табун племенных ахалтекинцев, Герд Шрайнер с Дагмар прислали восемнадцатую, переведенную на немецкий, биографию Гремислава, премьер Клэр презентовал шотландский килт, президент Джордж Гуш – ковбойскую шляпу, а его супруга – «Алхимика» Паоло Коэльо на английском….
Дарам, хвалебным речам и здравицам не было конца. Надежда Сергиевна по телевизору следила за тем, как сдержанно, с тонкой улыбкой, Гремислав реагирует на поздравления.
Она знала, что последние дни выдались напряженными. Это каким-то образом связано с гибелью Сувора. Гремислав обмолвился в несвойственной для него резкой манере, что Сувор – негодяй и предатель. Так она узнала, кто убил ее сестру.
Во всем был виноват Сувор! Она всегда знала, что Девам нельзя доверять (Дева – самый коварный и двуличный знак Зодиака!), особенно тем, что родились в год Змеи!
Надежда Сергиевна дала себе зарок больше не вмешиваться в дела мужа. Убийца Тани мертв, и ничего изменить нельзя. Ее инициатива может нанести вред Гремиславу. А кто тогда, если не он, будет руководить страной и вести Герцословакию к светлому будущему?
Сергий находился в закрытой цюрихской клинике, врачи обещали, что через год его нельзя будет узнать. Сережа начнет учебу за границей, вдали от экарестских соблазнов и шумной жизни. Оля станет следить за братом и за тем, чтобы он не наделал глупостей.
…Гремислав вернулся около семи вечера – необычайно рано. Он знал, что в Ново-Когареве собрались немногочисленные гости – Хольгер и Микаэла, новый директор КГБ (Стрелец, год Овцы – то, что надо!), министр обороны и председатель Совета Федерации. Все сто раз проверенные и надежные люди.
Надежда Сергиевна, облаченная в длинное черное платье, встретила мужа. Она убрала на дно шкатулки кулон, который он подарил ей в день свадьбы. Если бы она только знала… Его она больше ни за что не наденет!
Гремислав принял поздравление, она робко поцеловала его – муж не любит проявлять чувства даже в компании проверенных друзей. Началось скромное застолье.
Надежда Сергиевна исподтишка наблюдала за Гремиславом. Так любит он ее или не любит? А она любит его или нет? И что объединяет их все эти долгие годы?
– А теперь разрешите мне поднять тост в честь того человека, которого я люблю больше всех и который дорог мне как никто другой, – услышала Надежда Сергиевна голос мужа.
Гремислав смотрел на нее, его пронзительные сапфировые глаза лучились.
– За мою жену Надежду!
Гости зааплодировали, Надежда Сергиевна почувствовала предательское пощипывание в уголках глаз. Любит ли ее Гремислав? Любит ли она Гремислава?
Да? Нет? Нет! Да! Нет… Да…
Ей выпала тяжелая и почетная участь, и она пронесет свой крест до конца.
Да! Да! Да!
Ведь недаром она – жена президента!
Примечания
1
Каракалла и Элагабал – представители династии Северов, правивших Римской империей больше 40 лет (193 – 235 гг. н. э.).
2
Английский дантист Гарви Криппен в 1910 году отравил жену, разрезал на кусочки и закопал в подвале собственного дома, а затем сбежал с любовницей в Канаду. Процесс по обвинению доктора в убийстве был одним из самых шумных начала XX века, а его имя стало нарицательным при обозначении коварного женоубийцы.
3
Теперь – пируем! (лат.)
4
Каждому свое (лат.).
5
О времена! О нравы! (лат.)
6
Добрый день, милый друг! (фр.)
7
Так проходит мирская слава (лат.).
8
Повод для начала военных действий (лат.).
9
Яблочный пирог (нем.).
10
Третьего не дано (лат.).
11
Здравствуй, Цезарь, идущие на смерть приветствуют тебя! (лат.) – согласно древнеримскому историку Светонию, традиционное приветствие, которое обращали гладиаторы к императору перед началом состязаний.
