Воины Эверама! Вас обманули, но я предлагаю вам искупить вину. Сию секунду алагай штурмуют Водоем Эверама и теснят войска Дамаджах. У многих из вас там товарищи. Родные. Поезжайте со мной, и вам простят преступления. Останетесь – и вас затравят победоносные отряды Избавителя, когда закончится Шарак Ка.
– Если они победоносные, – глумливо ухмыльнулся Хасик. – Избавитель мертв. Его сына…
– Ты и убил! – крикнул Хеват.
Ашия кивнула:
– Хасик, позор семьи, за убийство моего деверя принца Джайана и дезертирство из армии Избавителя я приговариваю тебя к смерти.
Хасик тем временем собирался с силами. Он крутанулся, но недостаточно быстро. Ашия всадила копье ему в шею и рассекла позвоночник. Тело евнуха обмякло, он рухнул. Не успели вокруг опомниться, как Ашия взмахнула копьем и отрубила голову.
– Захватите это, – приказала она. – И голову демона – тоже. Пусть наверху полюбуются, кому служили.
Глава 40
Аламен фэ
334◦П.◦В.
Хамелеон отрастил ноги, сколько позволил тесный туннель, и опрометью помчался из-под рушившегося потолка. Камни не могли задержать погоню надолго, но мозговик был уверен, что успеет затеряться в подземных лабиринтах.
Однако Наследник не медлил. Прорвавшись сквозь основной завал, он ударил копьем по последнему камню и послал его в спину хамелеона. Броня выдержала, но самого трутня сбило с ног.
Консорт оглянулся. Наследник был один и застрял на дальней стороне завала, копье и плащ остались при нем, но ненавистной короны не было. Консорту выпал редкий случай избавиться от скверны Мозгоубийцы.
Наследник оказался не готов к тому, что хамелеон оттолкнется от стены и собственной инерцией усилит обратный прыжок. Как и предполагал консорт, Наследник не мог одновременно отступать и отражать слаженную атаку. Он попятился, чтобы было удобнее выполнять движения, лежавшие в основе человеческого боевого искусства.
Консорт изучил шарусак в сознании человека-трутня, узнал его преимущества и недостатки и теперь пристально наблюдал за стилем Наследника.
Тот делал все, что было в человеческих силах, отражая атаки хамелеона. Его аура пылала агрессией, но он не отвлекался и знал, что разделен в своей мощи – ослаблен. Под натиском хамелеона он отступил и сбросил одежду, обнажив вырезанные на теле метки.
Оборотень плюнул ему в лицо густой и липкой кислотой болотного трутня. Защитные метки создали надежный барьер, однако Наследник, как и ожидалось, вздрогнул, на миг отвлекся, а трутень отрастил множество конечностей с острыми хитиновыми шипами на концах. Консорт Втянул от шипов, лишая их магии и делая невосприимчивыми к защитным меткам.
Наследник увернулся от кислотного плевка и получил шипом в бок. Он откатился, ранение было не глубоким и не смертельным. Каким-то чудом он отбил три следующих выпада, пока четвертый шип не проколол ему бедро насквозь.
Но он не перестал драться, отрубил пятый и начертил в воздухе метку против хамелеона, которая отшвырнула того к стене и расчистила поле боя. Наследник бросился перекрывать пути к отступлению и запер консорта в пространстве между собой и обвалившимся туннелем.
Он атаковал хамелеона копьем, на котором ожили режущие метки, и теперь уже консорту пришлось отчаянно защищаться. Все придатки, которые оказывались вблизи от вращающегося оружия, отлетали прочь, и трутень слабел, а консорт лишался заключенной в этой плоти магии.
Но если от копья спасения не было, то без короны Наследник совершенно ослеп. Консорт приказал броне трутня слиться со стеной и растечься по ней, а потом захватить потолок и занять выгодную позицию.
Это было чересчур для ослабленного зрения Наследника, но он внял чутью, разгадал замысел и начертил на потолке огромные метки против хамелеона. Трутня размазало по камню, после чего он рухнул на дно туннеля.
Консорт преобразил ротовые железы перевертыша в гланды водного, которые выделили густые и вязкие чернила. Он Втягивал от жидкости, пока не высосал магию, потом харкнул.
На сей раз Наследник не дрогнул и принял слепящие чернила в лицо. Его аура всколыхнулась, но он не растерялся и вогнал копье в хамелеона в считаных дюймах от места, где затаился консорт.
Наследник уже не заботился о том, чтобы его сберечь. Он настроился на убийство.
Консорт осознал глубину своей глупости и высокомерия. Да, Наследник ослаб и остался один, но не перестал быть Мозгоубийцей, а мощь консорта едва ли сейчас на пике.
Он разослал волны, Читая камни. Определил, что неподалеку внизу есть обширная полость с бесчисленными рукавами. Там можно пересидеть, пока не сойдут метки, после чего консорт растворится и вернется в средоточие своей власти.
Наследник открыл глаза, и они оказались целы. В них горела магия, которая выжигала шипящие чернила. Раны уже затягивались. Он пропустил через копье разряд, сотрясший хамелеона с мозговиком, и выдернул его, чтобы вонзить опять.
Консорт блокировал удар и перешел в контратаку, разя и тесня Наследника разряженными шипами.
Место расчистилось, и консорт, отрастив хамелеону извивистую конечность, слил в нее магию, чтобы нарисовать метки. Другими он продолжал атаковать. Энергию пришлось экономить, и каждая метка легла четко на свое место, чтобы сетью трещин расколоть каменный пол.
Но не успел он закончить, как сквозь завал просочился Разведчик. Опасная выходка с его стороны. Глубинная магия набегала волнами и могла смыть неосторожного смельчака в Недра, откуда возврата нет.
К тому же в промежуточном состоянии Разведчик, будь при силах консорт, оказался бы беззащитен перед психическим нападением. Хамелеоны умели воспроизводить способности низших трутней, но не могли воссоздать сложный княжеский мозг.
Разведчик не стал рисковать и сгустился сразу, как только завал остался позади. В руке он держал проклятую корону.
Надень он реликвию, консорту пришел бы конец, но демона спасла людская слабость.
– Ахман! – Разведчик бросил корону Наследнику, уже рисуя метки другой рукой, чтобы сковать демонов.
Наследник поймал ее, но надеть не успел – консорт нарисовал последнюю метку, и пол провалился.
Готовый к этому, консорт мгновенно перерастил руки хамелеона в крылья воздушного демона, удлинил и сделал обтекаемым тело. Враги упали, а он, подхваченный восходящим потоком, заскользил в полость.
Арлен закувыркался в каменном крошеве под градом обломков. В лицо бил ветер. Он успел заметить, Джардир тоже падает, а демон удирает.
Арлен вторично рискнул растаять. На поверхности внешняя магия струилась по земле, сгущалась в тонкие завитки и напоминала низкий туман. Зов Недр доносился издалека, похожий на звук большого рога в Тиббетс-Бруке. Здесь же стоял громовой рев; потоки магии грозили захлестнуть его штормовыми волнами и увлечь в глубины.
Он тоже выбрал восходящий поток и прилепился к нему волей. Затем поплыл, немного уплотнившись,
