Во-Алларе – не пустой звук.
– Хочешь сказать, ты пытался выровнять крен, созданный твоим братом?
– Игра построена на принципе очередности. Вот только она предполагает принятие Игроком лишь одной стороны, – вздохнул Аллар. – Хотя не запрещает и отказ от участия, и даже смерть участников.
– Что? – озадачилась я. – Но Невирон сказал…
– Он ошибался, – спокойно отозвался Айд. – Игроку никто не дает неприкосновенности. Просто немного больше простора для действий, небольшие подсказки, помощь, защита той стороны, к которой он склонится… однако все решения он должен принимать самостоятельно. В этом – одно из главных правил. Наш интерес в том, чтобы правильно предугадать это решение и предоставить Игроку те возможности для разрешения ситуации, которыми он способен воспользоваться наилучшим образом.
– Вот только со жрецом у вас почему-то не вышло…
– Он предпочел играть сразу на обе стороны, – неохотно согласился владыка ночи. – Правила этого не одобряют, но… и не запрещают, к сожалению. Однако после этого Игра потеряла смысл, потому что защита, которую Невирон получил от каждого из нас, сделала бессмысленными любые попытки его устранить.
Я невольно припомнила два амулета, через которые не смогли переступить даже мои братья, и задумчиво кивнула.
– И тогда вы решили клин выбивать клином: когда стало ясно, что Невирон набрал слишком большую силу, и Равновесие снова пошатнулось, против одного Игрока вы выставили другого. Абсолютно независимого и совершенно чуждого этому миру. Соответственно, непредвзятого и беспристрастного, потому что ему… то есть мне… были глубоко фиолетовы все ваши проблемы и разногласия.
Боги переглянулись.
– В общих чертах… да. Но это решение дало хорошие результаты. Хотя в первоначальном варианте мы планировали, что ты, так же, как и жрец, примешь от нас ДВА знака благоволения и именно за счет этого сумеешь переломить ход Игры в свою пользу.
Я мрачно на них покосилась, чувствуя, что и Лин тоже заметно напрягся.
– То есть вы хотели, чтобы я его убила?
Под моим тяжёлым взглядом Айд неожиданно заерзал.
– И планировали, что после этого моя участь, как Ишты, тоже будет предрешена? Вы ведь прекрасно знали, что Ишты лишены права убивать разумных. Сохранить жизнь – да. Помочь ее вернуть – два раза да. Но вот отнять, да еще собственноручно… – мои глаза зло сузились. – Что бы после этого от меня осталось?
– Это был подлый ход, – сухо сказал Лин, сверля богов таким же злым взглядом. – Избавиться одним махом и от жреца, потому что свою роль он выполнил и стал опасен… и от тебя, потому что ты, как и он, набрала слишком большую силу… надо полагать, что после этого Равновесие продержалось бы еще какое-то время… скажем, лет триста? А потом они бы начали очередную Игру, но уже с новыми участниками. Так?
Под стремительно свирепеющим взглядом моего хранителя Айд откровенно занервничал. Гм. С чего бы это? Даже если Лин прав, с чего ему стало так неуютно?
– Не совсем так. Просто это ослабило бы позиции Ишты и сделало ситуацию более предсказуемой. Мы не раз убеждались, что несколько Знаков в руках смертного – это слишком большое испытание для его воли. Даже долгоживущие, лишенные человеческих слабостей эары не всегда с ним справлялись, а уж люди…
– Я – наполовину эар, – мрачно обронила я. – И это, между прочим, случилось по твоей вине, потому что Ли-Кхкеол, на которого я упала, впопыхах использовал не то заклятие, которое хотел, и к тому же не довел его до конца. А это, в свою очередь, произошло потому, что вместо того, чтобы подчинить Теней, я их освободила. И потому, что именно они удержали мою личность от распада в тот момент, когда он все-таки завершил ритуал.
Айд тихо вздохнул.
– Это было твое и только твое решение. И это было добровольное решение Теней, согласившихся отдать тебе свою верность. В результате ты, к сожалению для себя и к счастью для нас, все-таки устояла против чужой крови. Не потеряла душу. Не поддалась влиянию ритуала полностью. А потом благополучно приняла четыре Знака из шести…
– Пять, – так же тихо созналась я, поднимая левую ладошку, где еще виднелись мои заветные лепестки: белый, зеленый, синий, серебристый и красно-коричневый. – Теперь их уже пять. Последний подарочек прилетел от Невирона, когда он уже уходил. И я не думаю, что это – результат ВАШЕГО вмешательства.
– Вот поэтому-то мы и здесь, – огорченно опустил крылья Аллар. – Мир, конечно, был создан нами, но у него, как оказалось, есть свои предпочтения. И на данный момент они таковы, что он желает видеть тебя Иштой и дальше. Независимо от того, где и в каком виде ты находишься. Более того, он не пожелал отпускать тебя даже сейчас. Все еще поддерживает вашу связь, тратя на это неоправданно много сил. Пять знаков для смертного – это слишком много. И опасно. Но мир считает иначе, и мы не можем лишить его права даже на такой странный выбор.
Я задумчиво посмотрела на свою ладошку.
– Но они почти погасли… я думала, что это – все: скоро на Во-Алларе появятся новые Ишты. У вас будут новые Хозяева, новые помощники, новые заботы… если честно, меня бы это устроило. Потому что ты прав: такая ноша – совсем не для одних плеч. И уж тем более не для моих. Честно говоря, я устала от этой роли. И я… ценю, что ты попытался избавить меня от нее.
Аллар с досадой отвернулся, когда я подняла на него печальный взгляд и понимающе улыбнулась.
– Если бы ты уничтожила жреца обычным способом, то наверняка лишилась бы Знаков. Скорее всего, всех, потому что правила на этот счет довольно строги. Ты стала бы простой смертной, с простыми желаниями и еще более простыми проблемами. У тебя бы появилась возможность начать все заново. С теми, кто тебе дорог, кто тебя ценит не как Ишту, а просто как Гайдэ… и это должно было стать платой за победу.
– Понимаю, – грустно прошептала я. – Получается, я сама все испортила, да? А вы хотели как лучше?
– Что? – недоуменно замер Лин. – Вы не планировали ее убивать?!
– Мы боги, а не палачи, – с укором посмотрел на него Айд. – Игрок был нужен, чтобы исполнить свое предназначение. А после… у него действительно есть право выбирать: остаться здесь или уйти туда, где он нужен больше; вернуться в свой мир или продолжить жить здесь… перед ним лежат все пути… надо только выбрать… но именно это… права твоя сестра… самое сложное.
Я тяжело вздохнула.
– Ничего не поделаешь, Лин. Это действительно был только мой выбор. Я
