— Ты всегда будешь слышать от меня правду. Можешь быть уверена в этом.
— Спасибо, — с нежной улыбкой поблагодарила она.
Он кивнул и тяжело вздохнул.
— В приобретении земли старика Коллахена не было злого умысла. После того как ушли добывавшие нефть компании, земля осталась в плохом состоянии. Просто в жутком. Они бурили без смысла, срезали почву, загрязняли ее. Это был экологический кошмар. Старший Коллахен не мог заботиться о земле, восстанавливать ее, а вскоре и банк закрылся. Если бы не я, то кто-нибудь другой купил бы эту землю. И я очень сомневаюсь, что купивший проявил бы такую щедрость, как я.
— Рита сказала о том, что ты позволил Бобби купить несколько акров земли.
— Правильно. Я сочувствовал ему в смерти отца, но он напрасно направил свой гнев против меня. Его неразумная вспыльчивость делает его особенно опасным.
— Но это нелепо, — вырвалось у Джейн.
— Ты видела его вчера вечером, — продолжал Шакир. — Разве он не вел себя как сумасшедший?
— Да, он злился и держал против тебя обиду размером с Техас. Но сумасшедший? Не похоже.
— Я не позволю тебе, Джейн, идти в этот огонь.
— Не разрешишь мне? — засмеялась она и убрала свою руку.
Уже лет десять она не слыхала подобных слов. Ведь она росла без отца. В ее жизни не было авторитетной мужской фигуры. И сейчас она тоже не нуждалась в ней.
— Ты должна понимать, — Шакир откинулся на спинку кресла и в упор, сдвинув брови, смотрел на нее, — ты Аль-Найал, ты моя сестра, и я… — он оборвал фразу и замолчал, но потом все же закончил, — я намерен заботиться о тебе.
Она понимающе улыбнулась. Ясно, ей гораздо легче показать свои чувства, чем Шакиру.
— Я тоже люблю тебя, старший брат.
— Я не хочу видеть тебя обиженной. Можешь ты это понять?
— Конечно.
— Тогда ты будешь выполнять мои решения.
— Нет. — Она не собиралась играть роль «маленькой сестры». И не имеет значения, какие выводы сделал Шакир о мотивах или намерениях Бобби.
— Ты такая же упрямая, как моя жена, — проворчал Шакир.
— Спасибо. — Она засмеялась и встала. — Принимаю твои слова как комплимент. Рита замечательная.
— С последним согласен.
— Послушай, уже больше десяти лет, как я сама принимаю решения и делаю выбор. И на этом пути я сделала немало хорошего, поверь мне. — Она обошла стол, наклонилась и поцеловала его в щеку. — Идет?
Он нашел ее взгляд. В его глазах мелькнули замешательство и тревога.
— Но Бобби Коллахену я не верю.
На двери зазвонил колокольчик. Джейн послала Шакиру внушающую веру улыбку, повернулась к принцу спиной и вышла из комнаты.
* * *
В обтягивающих белых джинсах Джейн выглядела еще красивее, чем в платье, которое было на ней, когда они встретились в первый вечер. Может быть, всего лишь на его вкус, подумал Бобби и перестроился, выбрав дорогу на Холлихок-драйв. Конечно, ему нравятся на женщинах платья. Но ничто не может сравниться с джинсами, которые обрисовывают все линии.
Он перевел глаза на дорогу, не надо смотреть на ее стройные бедра.
— Ты завтракала?
— Ты не дал мне времени, — ответила она с улыбкой в голосе.
— Прости, виноват.
— Ты тоже не завтракал?
— Нет, не завтракал. Я хотел видеть тебя. — Он посмотрел на нее с ответной улыбкой.
Бледно-алая краска залила даже шею, она словно соревновалась с утренним солнцем, заливавшим пейзаж, который открывался перед ними. Бобби подумал, что сейчас у нее самый сексуальный вид, какой ему доводилось видеть. Интересно, сможет ли он выполнить свою задумку?
— Итак, — она отвлекла его от тайных мыслей, — куда мы едем?
— В одно классное место с настоящей техасской атмосферой и настоящим шеф-поваром.
— Звучит интригующе.
Они свернули на дорогу с табличкой «Частная собственность». Потом миновали несколько древних железных ворот с буквами «Кей-Си» на перекладинах. Джейн повернулась к нему.
— Какое сегодня меню, шеф?
— Бекон, яйца, может быть, пара тостов, если мне удастся не сжечь их, — засмеялся он.
Бобби окинул взглядом пейзаж вокруг дома. Пастбище, пасущиеся лошади, сколько-то миль до неба над головой. Неважно, какого размера его собственность, подумал он не без оттенка сладкой меланхолии. Это его дом, и он всегда чувствовал себя здесь на месте.
— Завтрак в твоем доме? — Джейн обернулась к нему, уголки полных губ поползли вверх. — Очень интимно. А я думала, мы будем продвигаться медленно.
Бобби только усмехнулся и поставил грузовик в розовую пыль перед своим домом. Меньше всего он хотел действовать с этой женщиной медленно. Но для его плана нельзя спешить, надо предоставить ей немного романтики. Проклятье, он даже не мог наслаждаться этим. Спрыгнув с водительского сиденья, он обошел грузовик и помог ей выйти из кабины.
— По-моему, мне лучше сразу признаться, — сказал он, удерживая ее руку. — Я привез тебя сюда не только ради завтрака.
— Шутишь! — Ее лицо выражало насмешливый испуг.
— Намекаешь, что я в некотором роде грубый ковбой? — весело спросил Бобби, когда они по выложенной каменными плитами дорожке обходили дом.
— Что ты! Даже бы и не рискнула.
— Но большую часть времени это правда, — засмеялся он, сдвинув на затылок свой «стетсон».
— Но не сегодня?
— Сегодня я привез тебя сюда, чтобы ты увидела, кто я. После прошлого вечера, мне кажется, у тебя нет ясной картины.
— Может быть, и нет, — упавшим голосом согласилась Джейн.
Он догадался: она не совсем доверяет ему. И правильно делает. Ясно, как вода в реке, что она смущена, не знает, что ему надо и что он собирается сделать потом.
ПРОКЛЯТЬЕ!
Каждый раз, когда он смотрел в эти темно-зеленые глаза, у него возникали одни и те же проблемы. Он должен оставаться холодным, держать себя и ситуацию под контролем, а главное — положить конец скандалу между Аль-Найалами и отцом.
— Вот. — Они подошли к загону. Он отпустил ее руку и показал на тренировочный круг. — Это то, что я есть. Вот почему я вцепился в эту землю и в ее прошлое. Здесь моя страсть, Джейн.
Бобби с любопытством наблюдал, как она оглядывала его ранчо. Потом проследил за ее взглядом. Трое детей, сидя верхом на лошадях, ждали, пока зеленоглазый здоровяк Абель поможет шестнадцатилетнему Эли Харрисону вылезти из инвалидного кресла-каталки и сесть на спину Милой Грейс, мирной серой кобылы. Эли смеялся и похлопывал кобылу по спине. Пока другие дети хлопали в ладоши и кричали, служащий ранчо прикрепил его ремнем к седлу.
Джейн глубоко вздохнула и перевела взгляд с загона на Бобби. Глаза ее сияли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
