Никогда раньше Тара не видела этого человека. Он выскочил из-за деревьев, и его нападение было таким неожиданным, что она не успела по-настоящему испугаться.
Но Маккензи, словно готовый к этому, схватил руку нападавшего и вывернул. Раздался легкий треск. Это сломалась кость. Мужчина взвыл и потом разразился грязной бранью, поддерживая пострадавшую руку.
Маккензи взял его за шиворот.
– Кто ты? За кем охотишься?
– За твоим кошельком, приятель, – простонал тот.
Маккензи посмотрел на Тару.
– Узнаете его?
Девушка покачала головой, чувствуя жалость к грабителю.
– Выходит, ты просто вор?
– А кто же еще? Я бы и так признался. Можно было не ломать руку.
– Убирайся отсюда!
– Уберусь, не бей меня… Я никогда не видел твоей женщины, клянусь!
– Уходи!
Маккензи зашагал еще быстрее. Тара послушно следовала за ним.
– Вот мы и пришли.
Он остановился возле опрятного дома. Здесь сдавались меблированные комнаты.
По каменной лестнице они поднялись на второй этаж. Войдя в неосвещенную комнату, Тара без сил опустилась на широкую постель, но тут же вскочила. Маккензи вышел на балкон и вгляделся в начинавшую светлеть ночь.
– Кто-то идет сюда, – сказал он. – Раздевайтесь и ложитесь.
Маккензи снял сюртук и начал снимать сорочку. Девушка в недоумении уставилась на него.
– Чего вы ждете? – бросил он. – Раздевайтесь!
Господи! Да что он говорит!.. На фоне окна она видела силуэт его обнаженного торса… понимала, что не надо смотреть, но не могла отвести глаз.
– Но вы же сказали… – Голос ее дрогнул. – Вы же обещали не принуждать меня…
– Я и не прикоснусь к вам! Это не для меня, а для тех, кто вас преследует…
Маккензи уже снимал сапоги, а потом Тара услышала, как он стягивает с себя штаны…
Ее бросало то в жар, то в холод. Девушка, украдкой посматривая на Маккензи, поняла, что этот великолепно сложенный человек естествен в своей наготе, как дикий зверь… Как пума в лесной чаще.
– Я же сказал вам, что можете мне доверять, – раздраженно пробормотал он. – Быстрее ложитесь!
Испуганная его раздражением, Тара решила, что у нес нет выхода.
– Простите, но я… мне трудно довериться… обнаженному мужчине.
Он усмехнулся:
– Те, что за окном, одеты. Может, доверитесь им? Что ж, я не против… Подойдите ближе и повернитесь! Я помогу вам.
Маккензи заметил, что девушка дрожащими руками пытается расстегнуть сзади крючки платья. У нее ничего не получалось.
Моментально справившись с ними, он начал расшнуровывать корсет.
Тару обжигал жар его тела.
– Под одеяло! – скомандовал он.
Девушка подчинилась, но чуть не вскрикнула, когда Маккензи прыгнул в постель вслед за нею.
– Тише!
Он прикрыл ей рот ладонью.
– Как вы… – возмущенно начала Тара, но Маккензи оборвал ее.
– Они уже здесь, – шепнул он. – Не слышите? Пускай входят, я не запер…
– Боже!
Дверь медленно отворилась.
Глава 3
Двое мужчин стояли на пороге, и лунный свет, льющийся из окна, освещал их.
Маккензи изобразил ярость, правдоподобно сыграв роль потревоженного среди ночи респектабельного человека, вскочил с постели и накинул халат.
– Что вам надо? Как вы смеете вторгаться в чужой дом?
Перепуганная Тара, выглянув из-под одеяла, поняла, что знает этих двоих – они тоже служили у Иствуда.
Рори, здоровенный фермер из Миннесоты, и Джефри, одноглазый, худой, как жердь, ловко владеющий ножом, выполняли разную чёрную работу. Их также использовали как вышибал, если в таверне что-то случалось. Не расправься Маккензи сегодня вечером так быстро с улыбчивым Джеком, они, несомненно, вмешались бы.
«Им велели привести меня», – подумала Тара в смятении.
– Так зачем вы ко мне ворвались? – повторил Маккензи.
Рори откашлялся.
– Извини, Маккензи. Мы стучали, да ты не слышал. Видно, занят был делом, – добавил он со смешком. – Нас послал Иствуд. Девушку там ждут. Обещают большие деньги.
– Она стоила мне триста долларов, – возразил Маккензи. – Золотом. О чем еще говорить?
– Верно, да ведь она все равно должна вернуться. Не поселишь же ты ее у себя?
– Сегодня ночью девушка не вернется, – отрезал Маккензи. – А кто захочет забрать ее силой, будет иметь дело со мной! Она вернется утром. Вернее, к середине дня. И вы, ребята, не останетесь в накладе. Получите свое за хлопоты. Иствуд тоже не будет в обиде… А теперь убирайтесь.
– А как она в деле? – усмехнулся Джефри.
– Одно скажу, – отвечал Маккензи, подталкивая их к двери, – триста монет за нее мало. Она, как поцелуй неба. А сейчас проваливайте и ждите денег. Скоро вы их получите. Договорились? И больше не беспокойте меня.
– Все в порядке, Маккензи, – отозвался Рори. – Извини за вторжение.
Маккензи запер за ними дверь и прислонился к ней.
– Не смущайтесь. С ними иначе нельзя. Зато на несколько часов вас оставят в покое.
– Так говорить с этими негодяями обо мне! – возмутилась Тара.
– Вам хотелось бы, чтобы я уложил их здесь, на месте? – спросил он. – Я мог бы это сделать, но тогда все сильно усложнилось бы. Представление окончено. Одевайтесь!
Маккензи начал натягивать штаны.
– Раздевайтесь, одевайтесь! – рассердилась она.
– Может, вы решили остаться? Скажите прямо, не стесняйтесь.
– Да будет вам! – прошептала Тара. – Как же мне одеться, если вы смотрите на меня?
– Я… – начал он, но в этот момент в дверь постучали.
– Маккензи, ты здесь?
Маккензи направился к двери.
– Не открывайте! – попросила девушка.
Однако он впустил в комнату приятного молодого американца, которого Тара видела сегодня за карточным столом.
– Джаррет, – сказал он, – те люди требуют, чтобы девушка вернулась.
– Ты опоздал предупредить меня, мой друг. Они уже были здесь.
– И ты им позволил?..
Джаррет указал на постель. Тара сгорала от стыда.
– О, прости. Я не знал, что помешаю…
– Ты ничему не мешаешь, – возразил Маккензи. – Я разыграл эту сцену для них. С помощью девушки, конечно.
– Кого же она боится? Почему не возвращается? – поинтересовался Роберт. – И чего они хотят от нее?
– Не знаю. Спроси сам.
Роберт обратился с вопросом к Таре, но та не ответила ему.
– Значит, узнаешь в другой раз, – сказал Маккензи. – А сейчас мы спешим. Нам пора уезжать.
– Вот это правильно! – обрадовался Роберт. – Здесь девушке не место, я это сразу понял.
– Леди нужно одеться, – заметил Джаррет.
– Конечно. Я выйду.
Закрыв за ним дверь, Маккензи обратился к Таре:
– Одевайтесь же поскорее.
– Если вы полагаете, что можете глазеть на меня, то позовите и вашего друга, – с вызовом бросила девушка.
