class="empty-line"/>
Виктор прыгнул в ближайший куст, зажав рот и нос рукавом. Только ни звука!
– Ну что там? – заорал из гаража второй Экзенбергер. Сквозь ветви Виктор видел стоптанные ботинки, приближавшиеся к нему. Они ходили по кругу.
– Никого не вижу! Пока ещё светло! Гадёныш это не может быть, наверное, один из соседских пацанов.
Стоптанные ботинки снова исчезли.
Виктор выдохнул и перевёл взгляд на Паскаля. Его тёмная макушка как раз мелькнула за мусорным баком. Виктор подал знак, что ему стоит пригнуться посильнее.
В гараже Экзенбергеры продолжали спорить.
– Зачем ждать! Давай сделаем всё сразу! – громыхал один.
– Солнце ещё не село. Если мы откроем гроб сейчас, она рассыплется в прах! Закрой хотя бы ворота, если тебе так невтерпёж!
Чёрт возьми и укуси! Ведь они говорят о тётке Ундине!
– А что, если в темноте… она возьмёт и набросится на нас?
– Да что ты мелешь? Ты же её видел! В ближайшие годы она не встанет на ноги! Передай-ка мне шприцы!
Шприцы? Они хотят взять у неё кровь! Силы великие, мрачноночные! Они что, тоже захотели обрести бессмертие? Или собираются продать кровь на аукционе?
Виктор прокрался обратно к гаражу. Поднявшись на цыпочки, он попытался заглянуть в окно, но его роста оказалось недостаточно.
Сделав шаг назад, он опустился на колени, а потом одним движением запрыгнул на крышу гаража и повис, зацепившись за дождевой сток, вниз головой.
– Ух ты! Вот это да! – раздался голос из-за мусорного бака. Виктор вздрогнул и ещё сильнее вцепился когтями.
– Опять что-то! Иди-ка посмотри ещё раз!
Один из Экзенбергеров, ворча, зашлёпал мимо фургона.
Виктор застыл без движения, отчаянно цепляясь за сток. Если он сейчас обернётся, всё пропало!
Паскаль! Его макушка исчезла за баком.
О нет! Неужели Экзенбергер его заметил?
Великан брёл вдоль въезда, напевая песенку. Оказавшись на дороге, он посмотрел сначала в одну сторону, потом в другую. И вдруг его могучая рука, скользнув за баки, вытащила дрыгающегося Паскаля:
– Так-так! И кто тут у нас?
Бледный, промокший насквозь Паскаль свисал с его вытянутой руки.
– Я так и знал, что рано или поздно явишься, парнишка! Молодец, что пришёл! – Ухмыляясь, Родерих потащил его в гараж. – Ансгард, погляди-ка, кого я нашёл!
Второй Экзенбергер хлопнул в ладоши:
– Вот это да! Заходи-заходи, маленький кровосос, кушетка тебя уже ждёт!
– Отпусти! – закричал Паскаль. – Ой-ой-ой! Они хотят привязать меня! На помощь!!!
Виктор скатился с крыши на мягкую траву. В груди было тесно, как будто гигантская рука одного из Экзенбергеров схватила и душит его.
Паскаль! Как это могло произойти?
Как его освободить?
Что, если они забьют ему кол в сердце? Ему, беззащитному человеку?
От этих близнецов Экзенбергеров всего можно ожидать!
Но как же быть, звать полицию? Нет, ни в коем случае!
Они же осмотрят гараж и найдут гроб и тётку Ундину в нём! Виктор раскрутился вокруг своей оси и стал рвать на себе волосы. Что они собираются сделать с Паскалем? Не думают же они всерьёз, что он – вампир?
Глава 9
Свежая кровь
– Ой, только не шприцы! Ненавижу уколы! – завопил Паскаль.
Виктор сжал кулаки. Надо что-то делать, да поскорее!!
Экзенбергеры уже одержали верх над тёткой Ундиной. Эту борьбу можно выиграть только хитростью. Только вот как? Виктор раскинул руки и, превратившись в летучую мышь, полетел к окну. Да это же не обычный гараж! Там внутри настоящая лаборатория!
Паскаль лежал на металлическом столе со связанными руками и ногами.
Он извивался всем телом. Один из Экзенбергеров положил ему на шею плотно сплетённое ожерелье из чеснока. Уже при одном виде этой связки у Виктора всё переворачивалось внутри.
Рядом стоял гроб с тёткой Ундиной. Гроб был закрыт, но на крышке высились груды чесночных связок. Кроме того, на полу лежал телефон Паскаля. Видимо, он выпал, когда Родерих нёс Паскаля.
– Ну что, парнишка! Твоя кровушка будет посвежее, чем у старой кошёлки! – С этими словами Родерих постучал рукой по крышке гроба.
Ухмыляясь, оба брата склонились к негромко рыдающему Паскалю.
Сейчас или никогда! Виктор собрался с духом и бесшумно перелетел сквозь отрытое окно, устроившись под столом.
Как прутья тюремной решётки, вокруг него возвышались четыре ноги в синих рабочих штанах.
Глаза его слезились, кожа зудела.
И тянет во всём теле, тянет… проклятый чеснок!
Есть ли здесь вообще пути отхода? Можно бежать через открытые ворота гаража, если протиснуться мимо фургона. Ещё одна дверь ведёт в жилую часть дома, и ещё одна – за дом, в сад.
До телефона Паскаля меньше полуметра.
Виктор взмахнул крыльями. Теперь ему нужны руки!
Он свернулся калачиком, хотел было превратиться обратно, но не смог!
Наметать и зашить! Чёрт побери этот чеснок!
– Помогите! Слышит меня кто-нибудь! Меня похитили! – вопил Паскаль.
– Да никто тебя не хватится, гадёныш! – пробасил мужской голос.
Можно подумать, много они понимают! Виктор сжал зубы. Кожа начала стягиваться – гораздо медленнее обычного, крылышки обратились в руки. Он подавил стон – таким болезненным было это превращение. Теперь он протянул руку к телефону.
Паскаль кричал изо всех сил.
– Закрой-ка на всякий случай ворота, – скомандовал Ансгард.
– Всё время я! Иди сам! – Родерих шагнул в сторону и встал, ещё шире прежнего расставив ноги.
Виктор быстро отдёрнул руку и застыл.
– Давай, поторапливайся! Иди!
Родерих, ворча, исчез между стеной и фургоном.
Паскаль продолжал кричать, но вдруг резко замолчал. Неужели Ансгард зажал ему рот?
Клянусь графской кровью! Виктор судорожно оглядывался по сторонам.
Что делать? Шнурки! Дрожащими руками он развязал шнурки и привязал их к ножке стола.
На улице завёлся двигатель, и фургон отъехал, чтобы можно было закрыть ворота. Сжав кулаки, Виктор бросился к отверстию.
Он вскочил, схватился за ручку и с грохотом захлопнул ворота.
– Э? – Ансгард в недоумении перевёл взгляд с Виктора на Паскаля и обратно. Оба одного роста, темноволосые, бледнолицые… В его мозгу закрутилось множество колёсиков, пока его не осенило.
– Чёртово отродье!
Он хотел было броситься к Виктору, но покачнулся и грохнулся поверх связанных шнурков, с трудом удержался, опершись о стол, и вытянул свою мощную лапищу, чтобы схватить Виктора.
Виктор стоял, вжавшись в ворота гаража. Оружие! Ему нужно оружие!
Метла?
Стеклянная бутылка?
Велосипедный насос?
Огнетушитель!!
Виктор ринулся за
