– Не согласна. – Пэйшенс устало закрыла глаза и прижала пальцы к вискам. – Просто когда они принадлежали нам по праву, ни ты, ни я не оценивали их по достоинству.
Глава 3
– Где вы нашли эту хорошенькую мисс Винлоу вместе с ее труппой? – спросил Рэмскар у хозяина дома спустя несколько часов после мимолетного столкновения с девушкой. Она как раз снова показалась с мисс МакНил и двумя сопровождающими.
Маркиз не сводил с них пристального вопросительного взгляда. Он распорядился украсить бальную залу в стиле средневековья. На почетном месте стояли два роскошных кресла, и отсюда артисты были хорошо видны. Рэм небрежно облокотился на спинку кресла, в котором восседал лорд. Они наблюдали, как двое мужчин-актеров жонглируют зажженными факелами.
– Разве это не впечатляет? – воскликнул лорд Паунинг с нотками восхищения в голосе, чем напомнил Рэму мальчишку, которому впервые дали в руки меч. – Я наткнулся на эту труппу четыре месяца назад, когда мы ездили навестить матушку леди Паунинг. Они тогда выступали на какой-то затрапезной ярмарке на окраине Бата. Крайне печальное зрелище, признаюсь вам, но мисс Винлоу и мисс МакНил выделялись на общем фоне, как нежные бутоны из оранжереи.
– Я заметил, – сухо ответил Рэм, хотя практически не обратил на мисс МакНил внимания. – Могу предположить, что сразу после представления вы подошли к актерам.
– Естественно. – Судя по выражению лица лорда Паунинга, другого варианта и быть не могло. – А позже я узнал, что труппа не прикреплена ни к одному из театров и охотно демонстрирует свое мастерство в частном порядке.
Рэм изумленно приподнял бровь.
– И леди Паунинг согласилась?
Возможно, мисс Винлоу была любовницей лорда? Сама мысль об этом была ему неприятна.
Маркиз оторвался от захватывающего зрелища и с удивлением взглянул на Рэмскара. Оглушительно расхохотавшись, лорд Паунинг хлопнул ладонью по резному подлокотнику.
– Ах ты проказник! Я не то имел в виду. Ты что, серьезно? Да меня супруга за одну только мысль об этом…
После такого откровения напряжение Рэма заметно спало. Но лорд Паунинг ничего не заметил.
– Эта труппа странствует, как когда-то это делали средневековые бродячие певцы и комедианты. Для них не имеет значения, сколько зрителей они соберут – трех или три сотни. – Маркиз улыбнулся, заметив, что мисс Винлоу пробирается сквозь толпу восхищенных зрителей на импровизированную сцену, где ее товарищи, умудряясь не воспламениться, играли с огнем. – Устаревший, но, тем не менее, чудесный обычай. Однако я уверен, что мисс Винлоу ждет куда более достойный удел.
– Милорд и миледи! – Пэйшенс почтительно приветствовала чету Паунингов глубоким реверансом. – Актерам, которые стоят позади меня, нужен смельчак для следующего трюка. Вы должны сами назвать этого глупца… – Она деликатно кашлянула. – Вернее, джентльмена.
Эта преднамеренная оговорка вызвала дружный смех публики. Пэйшенс ласково улыбнулась зрителям, которые уже выкрикивали имена, предлагая маркизу кандидатуры. Рэм почувствовал, что в этот момент мисс Винлоу была чрезвычайно довольна собой.
– А что скажете вы, милорд? – воскликнула она, перекрывая шум в зале.
Лорд Паунинг поднялся с кресла.
– Смельчак, вы говорили?
– Да, милорд, – подтвердила Пэйшенс. – Самый отважный. Человек, который не дрогнет во время испытания.
Лорд Паунинг наклонился к жене и что-то прошептал ей на ухо. Маркиза согласно кивнула и улыбнулась. Выпрямившись, он сказал:
– Что ж, мы с миледи считаем, что на эту роль лучше всего подходит граф Рэмскар!
Ободряющие возгласы оглушили Рэма, а мисс Винлоу очень мило зарделась и протянула ему руку.
– Вам нравится играть с огнем, лорд Рэмскар?
Она выразительно махнула рукой в сторону жонглеров. При виде пылающих факелов Рэм нахмурился.
– По ситуации, – шепнул он ей на ухо. Вообще-то огня как такового он не боялся, но с того дня, как вынес Мередит из горящей детской, Рэм предпочитал держаться подальше от открытого пламени. – Мне больше нравится огонь, который я разжигаю сам.
Мисс Винлоу отреагировала на это двусмысленное замечание так, как он и ожидал. В брошенном на него украдкой взгляде читалось легкое изумление.
– Надо же, как интересно! Но я по опыту знаю, что огонь редко удается надолго удержать в руках.
Крики матери и сестер до сих пор звучали у графа Рэмскара в ушах, стоило ему вспомнить события той страшной ночи.
– Согласен, мисс Винлоу, – подтвердил он мрачно.
По мере приближения к мужчинам, жонглирующим факелами, дрожь его все усиливалась. Почему из всех возможных предметов они выбрали именно огонь? Чем плохи остро отточенные ножи? Или боевые топоры? Рэм чувствовал, что его бросило в жар, что кожа буквально горит под одеждой, а по спине тонкой струйкой стекает пот. Но разве он может позволить себе спасовать? Если слух об этом дойдет до его друзей, ему будут вспоминать это до конца дней.
– Что вы хотите, чтобы я сделал, мисс Винлоу? – спросил он. Не отдавая себе отчета, он нервно ослабил узел галстука, а когда осознал, что только что сделал, разозлился. – Жонглер из меня никудышний, смею вас уверить.
– Не беспокойтесь, милорд. Я не собираюсь требовать от нас большего, чем вы готовы выполнить.
Она встала перед ним и протянула руки ладонями вверх.
Он сделал шаг вперед, гадая, имела ли эта девушка в виду нечто большее, стремилась ли унизить его. Желание еще больше ослабить галстук стало просто невыносимым. Огонь потрескивал и шипел за спиной у Пэйшенс. Сплетая свои пальцы с ее, Рэм поразился силе девушки.
– Не помню, говорил ли вам, что предпочитаю держать свой огонь в очаге, – произнес он, провожая взглядом факелы.
Похоже, мисс Винлоу начала что-то понимать, и улыбка ее несколько померкла. Он чувствовал себя полным болваном из-за того, что настолько открылся перед незнакомым человеком. В ее чудесных голубых глазах Рэм хотел бы читать любые другие чувства, только не жалость. Он попытался было высвободить пальцы, но она не позволила. Более того, она потянула его к себе. Рэм, не ожидавший ничего подобного, недоуменно приподнял бровь.
Вызывающе вздернув подбородок, Пэйшенс сказала:
– Что же вы, лорд Рэмскар! – Она покачала головой, как бы журя его и приглашая сделать еще шаг. – Вы производите впечатление джентльмена, которому нравится ослеплять дам. Что может произвести на женщину большее впечатление, чем готовность пройти ради нее сквозь огонь?
Через силу сглотнув, он сосредоточился на лице мисс Винлоу и сделал шаг к ней. Поначалу ему казалось, что она просто хороша собой. Но он ошибся. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что мисс Винлоу пленительна. Она словно излучала внутренний свет, который усиливал природную красоту. На щеках ее играл здоровый румянец, а в глазах плясали чертики, когда она влекла Рэмскара за собой. Он уже находился достаточно близко и мог пересчитать золотистые вкрапления в бездонном голубом море ее глаз. В правом глазе таких пятнышек было три, а в левом – одно, но в форме звездочки.
