– Ад и все дьяволы, – выругался Джеймс вслух. – Тебе не удастся вовлечь меня во все это, Билли. Мне плевать.
И направился вниз по тротуару. Ледяной чикагский ветер трепал волосы, пришлось поднять воротник пальто.
Рафферти прошел не более трех кварталов. И три квартала вспоминал глаза Билли, как у побитой собаки. Три квартала вспоминал Мэри Моретти с ее набухшим животом и тяжелой беременностью, потерянную, напуганную и переживающую за мужа. Три квартала вспоминал мисс Эмерсон, ее огромные глазищи и неприбранную квартиру, манящий соблазнительный рот и шикарные ноги. Да к тому же ее невинность никак не удавалось выкинуть из головы. Не говоря уже о родственничках… сплошь копах. Вот пусть отец с братьями и защищают ее!
С неба посыпал легкий снежок, когда Джеймс, проклиная себя под нос, повернулся и пошел обратно. Он не представлял, как сумеет убедить Хелен Эмерсон смириться с его компанией. Прокурорша и так относилась к нему недоверчиво, а уж если рассказать, что она является мишенью психопата…
«С каких это пор меня тревожат подобные вопросы?». Рафферти обладал большим опытом по части уговаривания женщин, а уж с растрепанной мисс Эмерсон, в этих ее очечках, как-нибудь справится, пусть даже испытывает к ней совершенно неуместное дурацкое влечение. И то, что его тянет к ней, – само по себе половина проблемы.
Джеймс заметил спускающуюся по широкой парадной лестнице Хелен. Одета в смешное пухлое пальто, к груди прижимает кучу папок. Ветер задул длинные волосы ей на глаза, и она отбросила пряди в сторону, ступая на тротуар.
Рафферти стоял и смотрел, гадая, как объяснить прокурорше свое внезапное возвращение, когда рев автомобиля ворвался в уши. Этот звук он слышал слишком много раз и слишком много лет назад – скрежещущий рык машины, на полной скорости мчащейся через переполненный город с целью устроить какое-либо бедствие. Джеймс повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть вылетевший из-за угла черный седан без номеров.
И несся он прямиком на Хелен Эмерсон..
Глава 3
На мгновение Рафферти оцепенел, буквально прирос к месту, наблюдая за неотвратимым приближением беды. Слишком часто он становился свидетелем – таким же молчаливым и неподвижным – зверских расправ в преступном мире Чикаго, за которыми следовал погребальный звон. В конце концов, его собственная судьба завершилась под автоматным огнем. Невозможно стоять в стороне и позволить злодеянию свершиться снова.
Джеймс стремительно рванул вперед, всей массой врезался в мисс Эмерсон и упал с ней на мостовую, запутавшись в конечностях и папках. Вдалеке услышал визг шин, когда автомобиль свернул и унесся прочь, потом Джеймс закрыл глаза и коротко про себя вознес благодарственную молитву.
– Не желаете слезть с меня? – спросила прокурорша голосом одновременно резким и придушенным.
Рафферти посмотрел на Хелен – очки съехали в сторону, лицо побледнело от шока, прерывистое дыхание, сердце колотится, как сумасшедшее. «Пожалуй, действительно пора отпустить ее, причем чертовски быстро, пока она не поняла, насколько я возбужден».
Конечно, мисс Эмерсон выглядела невинной, но не настолько, чтобы не распознать его состояния. Рафферти откатился, встал и протянул руку, чтобы помочь ей подняться. Хелен на мгновение застыла с ошеломленным и враждебным видом, потом все-таки протянула изящную ладошку и позволила поднять себя на ноги.
– Что это на вас нашло? – потрясенно проскрипела она.
– Мне показалось, что машина мчится прямо на вас.
– Хотите сказать, кто-то пытался меня убить? – пискнула мисс Эмерсон, побледнела еще сильнее и слегка пошатнулась.
Рафферти стиснул тонкие пальчики и, сопротивляясь порыву прижать Хелен к себе, согреть своим теплом и защитить своей силой, немного отступил, готовый поддержать, если ее снова качнет.
– Конечно, нет, – легко и убедительно соврал Джеймс. – Просто увидел чертовски быстро вылетевшую из-за угла машину и решил, что надо поторапливаться. К счастью, вас даже не задело, но ведь я не мог быть в этом уверен. Вероятно, водитель пьян.
На самом деле бандиты проехали так дьявольски близко, что фалды пальто Рафферти хлестнули по капоту автомобиля, но Хелен и без того слишком потрясена, чтобы огорошить ее правдой.
– Номер наверняка не запомнили? – отпрянула мисс Эмерсон, пригладив дрожащими пальцами длинные темные волосы.
– Слишком много цифр, – покачал головой Джеймс.
В его годы все было намного проще, не требовалось диплома доктора философии, чтобы запомнить номерной знак, хотя толку от этого ноль, потому что Рики Драго наверняка использовал украденный автомобиль для своей небольшой убийственной поездочки.
– Вы очень проворны, – заметила Хелен. – Возможно, вы спасли мне жизнь. Я… благодарю вас.
«Ха, явно не желает быть мне обязанной». И хотя какая-то часть Джеймса хотела солгать и уверить, что она в полной безопасности, другая настойчиво вынуждала прицепиться к ней, как клещ. Что-то щелкнуло в его мозгу, заставив принять решение. Единственный раз за все эти годы придется на два дня перевоплотиться в праведника – присматривать за Хелен Эмерсон и держать Рики Драго на расстоянии. А с пятнадцатого февраля дамочке придется искать другого опекуна.
– Нет проблем, – сочувствие в мужском голосе наполнило слова особенным смыслом. – Меня звали Быстрым Джейми, когда я играл в футбол в университете.
– В каком?
Рафферти был одним из немногих заправил чикагского преступного мира, кто закончил учебное заведение Лиги Плюща. Гарвард никогда особенно не гордился этим конкретным студентом, но Чокнутый Моран находил забавным держать в банде дипломированного умника.
– В Гарварде, – ответил он.
– Не очень-то вы похожи на выпускника Лиги Плюща, – проворчала Хелен, отступая подальше.
– Знаю. Так же как и на адвоката. А на кого, по-вашему, я похож, мисс Эмерсон? – холодно и насмешливо спросил Рафферти.
– На Хамфри Богарта.
– Простите?
Воспрянувшая прокурорша сумела одарить его кривой усмешкой. На бледные щеки вернулись краски, темные глаза засверкали.
– Если добавить немного Джона Гарфилда в расцвете сил. И еще чуть-чуть Кэри Гранта, когда он зол.
– Хотите сказать, что выгляжу, как кинозвезда? – скривился Джеймс.
– Нет, мистер Рафферти, – покачала головой Хелен, – хочу сказать, что вы выглядите, как гангстер.
Все происходящее казалось Хелен абсолютно бессмысленным, а ведь она всегда гордилась своей рассудительностью, по крайней мере, в отношениях с противоположным полом. В мире не существовало ни единой причины для того, чтобы сидеть в переполненном кафе напротив мужчины, смахивающего на явившегося из прошлого гангстера – очень опасного, невероятно соблазнительного, – и наблюдать, как он поглощает больше холестерина, чем она за месяц, курит сигареты и ухаживает за ней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
