пора перекусить, направился в ресторан.
Заняв столик, я принялся изучать меню, которое мне принес официант.
– Разрешите присесть? – услышал я английскую речь. Подняв голову, узнал мужчину, что наблюдал за мной в холле.
«Как вы торопитесь, или так скучно и тоскливо уже здесь – подумал я, а вслух сказал: – Пожалуйста.
Он сел за стол напротив, официант принес ему вина, а я выжидающе смотрел на него.
– В этом отеле приличные вина. Здесь их не везде можно их купить… Обычаи, понимаете ли, – пояснил он, – да, извините, не представился. Меня зовут Марк.
– Жан, – ответил я.
– Я заметил вас сегодня в холле. Откуда?
– Из Франции.
– Дела или так посмотреть?
– Не определился. Наверное, и то и другое, – решиля поддержатьбеседу, так как никогда не знаешь, что может быть полезно от незнакомца. Информация, полученная от случайной беседы, бывает полезной.
– Чем занимаетесь?
– У меня арт-салон. Хочу посмотреть возможность открытия магазина. Может быть, еще что подвернется, например дизайн. А вы что здесь делаете?
– Я журналист. Работаю на «Санди». Здесь уже полгода. Магазин открыть можно, если есть связи, а другие области не факт. Здесь все очень строго. Велико влияние крупных фирм. И здесь одна промышленность – нефть, а ейдизайн не нужен. Все решила природа, и не рассчитывайте, что все получится быстро.
– Почему?
– Арабы расслабленный народ и склонный к созерцанию. Видимо жаркий климат сказывается и не дает повода для резких движений. Вы раньше были в арабских странах?
– Нет, – обманул я его.
– Тогда подготовьтесь к тому, что вы попали в мир, о котором не знаете ничего.
В это время официант принес мой заказ, а Марк продолжил: – Нам европейцам трудно понять их психологию, но если вам удастся здесь зацепиться, то не пожалеете.
– Откуда такая уверенность?
– Сюда стекается капитал. За время, что я здесь, начал чуть-чуть понимать. Я журналист и моя работа добывать информацию.
Как и моя, – пронеслось мысль в голове, но вслух спросил:
– Что посоветуете?
Он выпил вина, задумался, откинулся на спинку стула и тихо, буднично сказал:
– Лучше знать их обычаи, – в это время я приступил к еде, а он продолжил: – вы, прежде чем приехать, хоть что-то прочитали об этой стране?
– Так, что удалось найти в газетах.
– Тогда вы ничего не знаете. Здесь абсолютная монархия. Монарх пользуется непререкаемым авторитетом, поэтому любые высказывания в его адрес или его семьи, воспринимаются враждебно. Ислам здесь норма жизни, более того большинство населения придерживаются ваххабитских законов. Дома, если пригласят, обувь снимайте при входе. Столов стульев нет.
– Нигде? – деланно удивился я.
– Почти. Чай или кофе надо выпить не менее одной чашки, но не более трех. Чашки здесь маленькие. Не приято брать еду левой рукой. Что еще? Не стоит говорить о личной жизни, о религии, о местных женщинах.
– А если сами затронут эти темы?
Марк внимательно посмотрел на меня.
– Вы кого здесь знаете, раз собрались в гости?
Я не счел нужным скрывать, так как не считал его журналистом, и наверняка он подсел ко мне не ради того, чтобы поговорить отскуки. Все равно потом узнает.
– Я познакомился с Омаром аль Балхи. Думаю его навестить.
– Хорошее знакомство, – с видом знатока резюмировал Марк, – там возможна любая тема. Если он вам захочет помочь, то у вас многое может получиться.
– А кто он? – задал я вопрос, чтобы проверить его осведомленность.
– Вы не знаете, кто он? – и засмеялся. – Надо же, быть знакомым и не знать о нем ничего.
– Я не спрашивал о его профессии.
– А у него нет профессии. Он серый кардинал при принце. Его доверенное лицо.
Все это я уже знал: Омар не возглавлял ни одно из учреждений, он был советником.
– Значит, мне повезло.
– Не буду вам мешать обедать. Вы не возражаете, если мы завтра встретимся здесь вечером.
– Не знаю, как будет спланировано время.
– Меня можно найти здесь после восьми. А сейчас откланяюсь. Мне пора. До встречи.
Он поднялся и вышел из ресторана. Я не был уверен, но почему-то не сомневался, что он имеет отношение к разведке. Если это так, то он в ближайшее время сделает обо мне запрос и вот тогда мое имя всплывет. Это он сделает обязательно. Не у всех иностранцев есть возможность бывать дома у высокопоставленных чиновников.
Покончив собедом, я вышел из отеля. В ближайшем магазине купил простую арабскую одежду, которую носило большинство мужчин, объяснив продавцу, что мне не нужна сувенирная одежда. Придя в номер, прошел в ванную, достал гель и начал гримироваться под араба. Все, что мне было необходимо, я привез под видом косметических средств. Через час я оделся и из зеркала на меня смотрел араб. Я вышел из номера, повесив на дверь табличку «не беспокоить» и не сдавая ключ, спустился по служебной лестнице во двор. Пройдя несколько улиц, вышел на нужную мне улицу. Не торопясь пошел вдоль магазинов. Солнце уже клонилось к закату, жара начала спадать, на улицах появились туристы. Они заходили в магазины в поисках сувениров, а я зашел в магазин бакалейных товаров. Внутри был легкий полумрак, за небольшим прилавком стоял араб лет пятидесяти, и кроме него в магазине никого не было. Я поздоровался по-арабски. Это был мой связной, его я узнал по описанию.
– Что вы хотите? – спросил он.
– Мне нужен зеленый чай с мятой в пропорции три к одному, – назвал я пароль.
– У нас такого нет, но мы можем сделать вам такой сбор, – ответил он.
Он не сильно удивился. Он не знал, кто придет. Мой маскарад принял как должное. Мой маскарад – моя безопасность; привлекать внимание к себе я не хотел. Чем меньше меня знают в лицо, тем спокойнее мне. Получивответ, я попросил:
– Мне нужен небольшой мотоцикл, мотороллер для разъездов. Что-либо попроще, не привлекая внимание.
– У нас не ездят на мотоциклах. Есть машина. Когда нужна?
– Завтра.
– Она будет стоять, – и он назвал мне улицу.
– Старенький «Опель». Документы под ковриком. Ключи возьмите, – он достал их из-под прилавка.
– Не надо ключей. Лучше положите их также под коврик, а машину я смогу открыть без ключа.
Чтобы не выходить из лавки с пустыми руками, я купил чай. Обратный путь проделал тем же маршрутом, а чай выбросил в бак во дворе гостиницы. Было бы странно увидеть его у меня в номере, если я никуда не выходил, да и заваривать его мне было негде, а уезжать я не собирался, чтобы везти с собой домой. Горничные народ любопытный могут просто сказать про чай, а когда не надо это
