И именно поэтому, поводя носом по воздуху, хромая, облокотившись на стену и оставляя на ней следы своей зеленой крови, направился по длинному ответвлению коридора. Уходя куда-то в сторону от верениц дверей и куллеров, этот рукав вел прямо в больничное крыло.
Любой, на месте Косты, просто забрался бы под стол и молился, чтобы монстр не передумал и не вернулся обратно. Ведь чем ближе он к больничным дверям, тем дальше от главного офиса морга.
Коста же…
Перед его глазами проносились больничные сцены.
Будучи работником ночной смены, он иногда посещал примыкающее больничное крыло. Как нетрудно догадаться, там располагалась приемная реанимации.
Немного символично что родственникам приходилось ждать врачей, способных пролить свет на состояние их родных и близких, прямо рядом с дверьми в морг.
А еще там же находился кофе-аппарат с двойным Латте на натуральном молоке.
В эпоху соевого… всего, даже котлет - реальная редкость.
Коста часто там бывал.
И знал, что в данный момент, там находились люди. Они буквально ночевали на неудобных скамейках и металлических сидениях. В реанимацию их не пускали, так что это было самое ближайшее расстояние, на котором они могли находиться к своим…
Несчастные даже не предполагали, что, постепенно, к ним приближается.
- Я ведь об этом пожалею, да? - по щеке Косты, от страха, скатилась слеза.
Руки дрожали так, что дырокол мог, в любой момент, развалиться от вибрации.
- “Папа, но мне страшно!”
- “Не страшно.”
- “Но…”
- “Это просто мозг обманывает твое тело. Так что не бойся - прыгай в воду. Худшее, что может произойти, ты поймешь, что не умеешь плавать. А самое страшное - станешь трусом.”
- “Вообще-то я могу утонуть!”
- “Вообще-то я рядом, так что не утонешь. А теперь перебори свой страх и вперед - на встречу приключениям!”
Коста посмотрел на потолок.
Он был один. Вода уже подступала к самому горлу. И никто не придет и не поможет.
Но это ведь просто обман его разума, да? Худшее, что могло произойти - его, скорее всего, сожрут.
А самое страшное - он станет тем, кто смотрит на то, как проклятый монстр жрет людей, каждый вечер молящихся за здравие своих близких.
И как потом его встретит отец на том свете? Если тот свет, разумеется, действительно существовал.
- Да к дьяволу, - выругался Коста и двинул себя по лбу. - Не дрейфь! Ты знаешь это место лучше всякой твари.
Проклятые Эсперы!
Коста поднялся на ноги и, с пинка открыв дверь, выбежал в коридор. Не сбавляя скорости, он чуть согнул ноги в коленях и заскользил по начищенному полу.
Проклятые Монстры!
- Эй! Псина! - Коста замахнулся дыроколом и, набирая скорость, перед самым поворотом к реанимации, прыгнул и одновременно с этим швырнул дырокол. - Сыграем в салочки?!
Канцелярский предмет угодил прямо в затылок твари. Та резко обернулась, и Коста смог различить лишь два желтых, нечеловеческих глаза с тремя черными, как смоль, зрачками.
Упав на спину, парень прокатился до самого лифта.
Оборотень, рыча, помчался следом, но поскользнулся на собственной крови и, вылетев в коридор морга, врезался плечом в стену.
Коста же, с силой, вдавил пяткой кнопку на панели.
Двери успели закрыться как раз вовремя, потому как в следующее мгновение парень услышал глухой, металлический стук, недовольное рычание и протяжное:
- Ау-у-у-у!
Тяжело дыша, едва ли не теряя сознание - так бешено билось его сердце в груди, Коста лежал в стальной коробке, неспешно опускающейся вниз.
В сознании при этом осталась одна единственная мысль:
- Ну и что дальше?
Глава 8
Глава 8
Двери лифта открылись и Коста оказался в начале длинного, разветвленного коридора. Выкрутив из стены кусок стальной скобы и вооружившись ей на манер меча, ну или… бейсбольной биты, он не рисковал высовываться наружу.
Прекрасно зная, что рядом с лифтом для транспортировки материалов находилась и лестница, он живо нарисовал в воображении, как там уже стоит раненный оборотень и принюхивается, пытаясь напасть на добычу из укрытия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Хищники, какими бы монстрячими портальными тварями они не являлись, оставались хищниками. И канал National Geographic достаточно подковал парнишку в этом вопросе.
Скорее всего они в данный момент стояли друг рядом с другой, разделенные двадцатью сантиметрами бетона и стали.
Задышав чуть чаще, Коста перехватил свое импровизированное оружие и, оглашая стены коридора столь же импровизированным боевым кличем, роняя слезы одновременно от страха и клокочущего в крови адреналина, сиганул вперед.
Еще в воздухе переворачиваясь спиной к полу, он наотмашь ударил своей железной дубиной, предвкушая, как та врежется в чувствительный нос или морду волка-оборотня.
Вот только вместо плоти, железяка со свистом рассекла воздух и едва не вывихнула плечо Косте, не готовому к такому повороту событий.
- Да е-мое…
Волк действительно, как и предупреждал канал о дикой природе, притаился в засаде. Вот только, учитывая его физические возможности, он находился не впритык к жертве, а стоял на лестничном пролете в нескольких метрах от упавшего на пол Косты.
- Вот бл…
- Ау-у-у-у! - победный волчий вой заглушил выкрик Макдалова.
Оборотень, царапая когтями пол, прыгнул прямо на добычу. Коста, будто шестом, оттолкнулся от плитки металлической скобой. Спасибо каждодневным тренировкам, а в особенности, ответственным уборщикам - он оброненным мылом проскользил по полу.
Сцепив зубы от боли, когда длинные когти раненного и ослабевшего монстра располосовали его левую ногу, превращая штаны в лохмотья, Коста размахнулся и ударил со всей силы скобой в глаз распластавшегося оборотня.
- Да что ты такое!
Коста, демонстрируя невероятные способности для себя самого, невзирая на кровоточащую рану и обнаженную кость, поднялся на ноги и побежал куда глаза глядят. Смотрели они в сторону лаборатории, в стеклянной стене которой отражался монстр.
Железная скоба, которая должна была пробить ему глазницу и войти внутрь черепа, учитывая, что удар нанес девяносто килограммовый парень в самом расцвете сил, лишь заставила тварь взвыть от неприятного ощущения и прикрыть правое веко.
Раненная, истекая кровью и какой-то жижой, она не сразу смогла подняться на лапы. Когти царапнули кафель.
Коста же, юркнув за дверь, запер её на задвижку и, хватая со стола пилу для ребер и жгут, юркнул в дальний конец лаборатории, спрятавшись за компьютерным столом. Тварь, вновь завыв, поднялась на лапы.
Она не спешила немедленно врываться на неизвестную ей территорию. Да, добыча, которая уже второй раз от неё ускользала, была слаба, но зверь умен и опытен. Израненный, голодный, в неизвестных ему угодьях, он был не в том состоянии, чтобы действовать безрассудно. В другой ситуации, будь он полон сил, то разорвал бы эту букашку на части, но сейчас…
- Ар-р-р! - все эти мысли вылились в нечеловеческий рев, полный животный ярости и голода.
Коста, вздрогнув, продолжил обматывать ногу жгутом. Посмотрев на потрескавшиеся часы, он засек в уме пятнадцать минут времени и завязал жгут. Кровь не то, чтобы полностью остановилось, но больше не била толчками.
Выглянув из-за стола, он увидел, как когти царапают поверхность стекла, пока волк медленно движется в сторону двери.
Проклятая тварь была умнее некоторых его одноклассников!
Вернувшись в укрытие, стараясь игнорировать пугающий и раздражающий звук, Коста нашарил рукой скальпель.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Ну давай, - мысленно приговаривал он, глядя на то, как израненная тварь, оставляя позади себя шлейф из крови и слизи, плечом выбивает дверь и, потягивая длинным носом воздух, аккуратно заходит внутрь. Будто действительно - оборотень, сохранивший частичку человеческих знаний и разума, а не какая-то иномирная мразь. - Поближе…
