Ничего не слыша, он осторожно коснулся двери. Словно по его просьбе оказалась она не запертой и приоткрылась. Видя, как разодетая молодая девица сидит на коленях Мамонова и покрывает его лицо поцелуями, Алексей усмехнулся. Мамонов не стал долго наслаждаться игривостью своей спутницы и вскоре повалил её на кровать. Видеть всё дальше Алексею было противно. Он оставил любовников одних, медленно отойдя от двери...
Прибыв к кухне, чтобы уединиться там хоть на недолгое время, Алексей остановился.
-Лучше не следить за Софьей, - прошептал вышедший из кухни Николай.
-Лучше не следите за мной, - прошептал в ответ тот, став настолько строгим на вид, что друг приподнял от удивления брови.
Он приблизился к его уху и добавил еле слышно:
-Не выдай себя вдруг, иначе всё зря.
-Уверяю, - усмехнулся Алексей в ответ. - Первую наживку я уже нашёл... И сия красотка будет валяться в моей постели в считанные часы.
-Что ж, - стал более довольным Николай. - Благо красавчиком считаешься у дам. Всё получится, верю.
В тот момент из кухни вышла Софья, и Алексей понял, что имел в виду Николай. Он с удивлением взирал на то, что она еле стояла на ногах, держа в руках недопитый бокал какого-то напитка, а Софья, уставившись в ответ, казалось, вот-вот расплачется.
-Нет, - молвила она с горестью из души и подошла ближе к Алексею.
Она смотрела в его широко раскрытые глаза... Разглядывала так, будто пыталась прочитать всё, что творилось в нём, но Алексей молчал.
-Нет, - повторила Софья. - Не могут быть люди так похожи... Не может быть.
Она пошатнулась, от чего Алексей сразу подхватил её за локоть, не дав упасть. Снова глядя в глаза друг друга, но не понимая, что хотят сказать, они долго молчали...
-Нет же, - усмехнулась Софья, всё больше и больше ощущая, что хмель овладевает сознанием сильнее. - Это наказание мне?
-За что? - вопросил вдруг Алексей, на что она снова усмехнулась, допив вино из своего бокала:
-Наказана... За предательство Алёшеньки наказана...
Всунув ему пустой бокал вина и придерживаясь одной рукой о стены, Софья медленно ушла. Он смотрел ей вслед, невольно прослезившись, а в душе топил опять начавшую бушевать обиду...
-Почему всё вышло так? - прошептал он, но и сам не знал, кому адресовал вопрос.
Наблюдавший за всем рядом Николай с сожалением смотрел то на него, то на уходящую Софью. Положив ему руку на плечо, он сказал:
-Может мы ошибаемся в чём, но она всё ещё любит тебя и ужасно несчастна... Опять подлила что-то в вино, я не успел узнать, что... Флакончик пуст. Я забрал его.
-Она предала в первую очередь себя, если, - Алексей замолчал, взглянув в глаза друга и выдержав паузу. - Если добровольно вручила Мамонову себя. Нет, - видел он, что друг хотел нечто добавить. - Иначе бы не говорила сама, что предала.
-Почему сразу предала? - усмехнулся Николай.
-Да потому что клялись мы друг другу в верности, что бы ни случилось, а уж тем более она... клялась не отдавать себя Мамонову ни при каких обстоятельствах, а теперь... она с ним. И не только с ним, даже с его дружками.
-Признайся, - прошептал Николай, приблизившись к уху. - Ты ведь сомневаешься в её предательстве так же, как и я?
-Я всё узнаю, - кивнул Алексей и шепнул в ответ. - Но сначала уничтожу Мамонова и, поверь мне,... убью любого, кто её тронул и кто, не дай Бог, посмеет тронуть.
-Вы всегда можете рассчитывать на мою помощь,... Пётр Петрович, - с улыбкой отступил Николай, и они оба откланялись...
Глава - 13
-Как я рада, что ты не отвернулась от меня, Евдокия, - молвила Софья, пока её пожилая служанка, всегда ей прислуживающая во дворце, помогала одеваться:
-Да как же я могу? Я же знаю, какая Вы да как несчастны...
В то раннее утро, очнувшись с головной болью после вчерашних переживаний и выпитого вина, Софья спешила покинуть спальню. Опасаясь, что супруг может вернуться в любой момент, она торопила Евдокию помогать одеваться побыстрее:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
-Скорее, милая,... небось придёт, тогда не вынести мне,... не выжить.
-Не говорите так, - жалела та, зашнуровывая на ней платье. - Дочку ж жалко.
-Ты мне достала капли, которые я просила? Я вчера всё допила.
-Супруг Ваш вчера остановил меня. Сказал, сам принесёт. Мол, послал уже за ними, - призналась Евдокия. - А сам-то со своей княгиней там же и уединился.
-Пусть лучше с нею да остальными время проводит. Без капель я его подле себя вынести не могу и жить сил нет, а он это знает, - прослезилась Софья. - Найди мне их, умоляю, - повернулась она лицом к сочувствующей Евдокии:
-Да опасными они могут оказаться. Не любит Агата их раздавать, тем более Вам и в таком количестве.
-Мне они теперь ещё сильнее нужны. Не могу без них, - молила Софья. - Поторопи ж ты свою знакомую. Ведь не для неё опасно, для меня, так пусть даст и побольше.
-Да зачем же Вы губите себя? - не понимала Евдокия, на что Софья, отступая к выходу, ответила:
-Чтобы вынести не только присутствие супруга, но и... призрака Алёшеньки... Ведь я так виновата.
-Уж мне-то известно, да Вы ж упрямо твердите обратное, - жалела и словом, и взглядом Евдокия, но Софья, готовая к новому дню, ушла.
Она спешила скорее прибыть в детскую, где, знала, снова проведёт время с малышом, недавно подкинутым во дворец. Заслышав же голоса, доносившиеся в коридоре, Софья остановилась за углом. Она узнавала голос Алексея, а, подглядывая за происходящим, становилось как-то не по себе...
То ли Алексей, то ли его брат, но она видела его, разодетого в роскошный наряд и белокурый парик, столь рьяно флиртующего с любовницей Мамонова. Зная, что при дворе её супруг состоит в связи с нею, Софья поразилась видеть, как эта особа занимает и следующего поклонника...
-Как же я слеп был, упустив Вас из вида, - целовал Алексей её руки, страстно осыпая комплиментами. - Не видел ранее столь манящей, столь неземной красоты. Как жить теперь спокойно? Как заслужить расположение?
-А Вы просто целуйте, Пётр Петрович, - вымолвила наконец-то та княгиня, не менее вожделенно вздыхая в ответ.
-Я молю Вас, уединимся где-нибудь? - прижал её Алексей в свои объятия, и она выдохнула с ответным желанием:
-О, да,... только, увы,... чуть позже... Обещаю, только дождитесь сего часа... Я Вам пришлю записку, - неохотно вырвалась она из его объятий и, оглядываясь с игривым взглядом, торопливо ушла.
Дождавшись, когда Алексей скроется в одном из кабинетов, Софья продолжила путь. Она медленно прошла мимо двери, за которой он скрылся... Сердце бешено билось, а разум твердил лишь одно: это не её Алексей,... он бы так себя не вёл,... но почему-то хочется верить, что жив, ведь тела не нашли... Однако мысли путались и уверенность в том, что происходящее — всего лишь кара, росла.
Ещё не успела Софья войти в детскую комнату, как увидела стоящего возле люльки супруга. Тот был не менее разодет, чем брат Алексея, представ в роскошном камзоле и в напудренном парике:
-Что Вы здесь делаете? - прошептала она, поражаясь видеть его столь рано и именно в этом месте, на что тот протянул флакончик с каплями:
-Вы ждали их, не так ли, дорогая? Вечером примите, и я подарю Вам вновь волшебную ночь. А уж после Рождественского бала ещё веселее проведём время. Наши общие друзья вновь навестят нас в имении. Настаиваю, чтоб Вы дома ночи проводили.
Резко забрав флакончик из его рук, Софья взирала с презрением в глаза, на что тот усмехнулся:
-Не забывайся, милочка... Или напомнить?
-Не стоит, - вымолвила сдавшаяся Софья и отступила в сторону.
Покинув детскую, Мамонов тут же направился к кухне. Он будто знал заранее, что застанет там брата-близнеца Алексея. И не просто его одного, а в компании Николая. Со своими пока тайными догадками Мамонов остановился на пороге и с ухмылкой смотрел, как Алексей завтракал в скромном уголке кухни, пока повар с помощниками трудились у печей в приготовлении дальнейших блюд...
