Черт. Можно кого угодно обмануть, надеть маску, но не хочу. Устало откидываюсь на спинку, скрестив руки на груди. Подруга замечает, что я скисла, но пока не реагирует. Помнит со школы, если я зависаю на какой-то эмоции, мне нужно ее пережить, чтобы не сорваться. А сейчас я к этому близка.
Только во мне что-то зашевелилось, ведь горящий мужской взгляд – лучшее лекарство для опущенной самооценки. Ты чувствуешь, как плечи расправляются, голова вверх, хочется порхать, словно бабочка. А тут меня поманили этими эмоциями и отобрали.
Да кто он вообще такой, чтобы вешать на меня ярлыки? Я ему понравилась! Я это видела! Но теперь все позитивные эмоции окрашены в черный. Черт! Не могу сама себя понять. Все мысли спутались.
– Милан, ты серьезно печешь? – меня в бок толкает симпатичный парень лет тридцати пяти.
Он очень симпатичный. Высокий, широкоплечий, волевой подбородок, но в глазах озорные огоньки, ласковая улыбка. Но сейчас он для меня тригер. Мой муж тоже был ласковым, с красивой улыбкой. Вся разница между ними в цвете волос и глаз.
– Это проблема? – вздернув бровь, смотрю на него с намеком, что рука, которую он нагло закинул мне за спину и сейчас поглаживает плечо, явно потерялась не в том месте.
Вот от прикосновения Хасана внутри бабочки заворочались, а от касаний, кажется, Игоря, они мирно спят, и даже лениво позевать не выползают. Слишком много тригеров в одном человеке.
– Нет, просто с такой фигурой слабо верится.
– Думаешь, должна быть толстой? – как же меня бесят такие ребята, что судят по профессии.
Недовольно отворачиваю от него голову и сталкиваюсь с горящим взглядом незнакомца. Все внутри моментально вспыхивает. И чего он стоит напряженный, и молнии мечет в нашу сторону? Да что с ним не так? Пошел он. То желает, потом вешает ярлыки, а теперь словно ревнует.
А вот как сейчас возьму и начну строить всем глазки. Буду соответствовать его представлению. Снова смотрю на парня справа от меня и сдуваюсь. Я не такая. С ним, словно химия, с другим пустота. Не хочу притворяться.
– Прости, – извиняюсь перед парнем, когда отворачиваюсь от того, кто будоражит кровь. – У меня просто паршивое настроение.
– Так мы это исправим!
Он цепляется за шанс, которого нет. Вновь смотрю туда, где Хасан, но его нет. Понятно. Не так уж интересна была. Наверно.
Дальше вечер течет более непринужденно. Мы общаемся, знакомимся. Но мне скучно. Я думала, будет веселее. Неужели постарела? Или кое-кто испортил настроение? Через час мне уже откровенно скучно. Смотрю на толпу танцующих и понимаю, что хочу туда. Туда, где будет движение, громкая музыка по ушам, свет в глаза и танцы.
Не слушаю всех, просто встаю и иду куда манит. Виолетта хватает меня за руку, но потом отпускает.
Я спускаюсь вниз и иду в центр площадки. Громкая музыка подхватывает в свой ритм, и я улетаю. Двигаюсь под биты и понимаю, что напряжение и весь осадок, оставленные внутри незнакомцем, уходят. Все внутри отключается, остается только расслабление.
Вокруг танцуют другие, но мне все равно. Я просто кайфую. Чувствую на себе взгляды других. Лопатки жжёт от чужого внимания. И мне приятно. Просто приятно внимание.
Я делаю что хочу. Впервые за многие годы.
Зарываюсь в волосы пальцами, распушая локоны. Двигаю бёдрами в такт. Кружусь вокруг собственной оси. Забываю, что на каблуках. Мне просто хорошо.
Очередной бит, мах руками и меня прижимает к мужской груди спиной. Большие руки гладят живот, от чего я напрягаюсь. Так же делала я после подтверждения беременности.
Но почувствовав смену настроения, переходит на бедра. Крепко прижимает к своим и заставляет двигаться с ним в такт.
Мне бы испугаться, но в нос снова ударяют древесные нотки с каплей цитруса.
Бабочки воспряли мгновенно. Поэтому не могу сопротивляться. Отдаться во власть его умелых рук. Хасан улавливает это. И мне становится стыдно. Я ведь злилась на него. Решила отпустить. А в итоге моментально поплыла.
Плевать.
Я свободна. Я могу быть такой, какой хочу. Быть с тем, с кем хочу. Жить моментом. Поэтому отдаюсь ему, в его власть.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Его руки гуляют по моему телу. Он разворачивает меня к себе лицом. В них похоть, желание обладать женщиной. Все трепещет от такого горящего взгляда.
Клянусь, если бы он не держал меня, упала бы. Впервые на меня ТАК смотрят. Впервые меня пожирает ТАКОЙ мужчина. И впервые я хочу пасть. Но ведь я не такая. Нельзя. Мне нельзя поддаваться на его харизму и мужскую энергетику.
– Поехали.
Не спрашивает. Утверждает. Он уверен в победе. И часть меня, что во власти бабочек, тянется к мужчине. Но вредность тоже встрепенулась.
– Я…
Запинаюсь о собственные слова. А что я ему могу ответить? По совести, и по желанию? Мне хочется забыться. Я пьяна, хоть и не выпила и грамма. Во мне слишком много эмоций, что туманят разум. Слишком много всего случилось за день. Выписка, сестра в моей с мужем квартире, свадебное платье, ее беременность, родители.
Как же устала. Так сильно, что хочется расплакаться. Хочется всего раз любить и быть любимой. И если с любить проблема, то с желать ее нет. А ведь желание – одно из составляющих любви.
Так почему хотя бы на одну ночь не отступить от принципов, перестать жить правильно? Всего раз. И плевать, какие будут последствия, что подумает этот мужчина, подруга. Вообще все. Просто получить удовольствие от этой жизни, которая всего за один день превратилась из рая в ад.
Разве я не заслуживаю кусочек счастья? Я живая! Я хочу жить. Хочу быть безумной, желанной. Той, от кого способен потерять голову опасный мужчина.
Мы смотрим друг другу в глаза. Я сомневаюсь, он не понимает, почему, но все же выбор оставляет за мной.
Рискнуть, начать жизнь с чистого листа, или остаться стоять на месте, так и утопая в жалости к себе?
Что выбрать?
Жизнь или страх?
Что?
– Поехали, – выдыхаю ответ за секунду, как с его губ срывается хоть что-то.
Он поджимает свои губы, переплетает наши пальцы, начиная тянуть меня на выход. Вот так, без слов, без сомнений. Просто вперед. С напором, решительно. И рядом с ним хочется быть такой же безумной, но ведь я так не привыкла. Это не про меня.
Хватит. Старая я не такая, а новая я хочет жить.
– Подожди, – хватаю его за руку, стараясь затормозить.
– Что не так? – на ходу спрашивает.
– Мои вещи. Мне нужно их забрать.
Он на мгновение тормозит, давая мне снова взглянуть в его решительные глаза, в которых даже в этом клубном мраке видно дикое желание, от которого все сладко сжимается внутри. Все женское во мне замерло в сладостном предвкушении. Мамочки. Что я творю?
Нет, я хочу это сотворить. Точка. Хватит думать, надо делать. Хоть что-то, но делать.
Он ничего не говорит. Смотрит куда-то за спину, кивает, и все.
– Пошли, – возмутиться не успеваю, меня снова тянут на выход. – Все заберут за тебя.
Ничего не понимаю. Кто заберет, как? Но не могу проронить ни слова. Я загипнотизирована его силой. Буквально минута, и мы уже сидим в большой машине. Внедорожник. Хищный, подстать своему хозяину. Но мы почему-то стоим. Он молчит, я тоже. В нашей ситуации любой вопрос будет нелепым.
Поэтому расправляю складки на юбке платья, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце, и скрыть дрожь в руках. Ладошки вообще вспотели от волнения.
Чего он ждет? Я же передумать могу, пока он медлит.
Украдкой поглядываю в его сторону и сердечко замирает. Кому-то однажды повезет. Брутальный самец, немного усталый, хоть и с напускной суровостью. Оперся локтем о панель на двери, откуда выходит стекло, не разбираюсь в машинах, и поглаживает бороду. Он сосредоточен на чем-то, словно что-то просчитывает.
Хмурая складка залегла между бровей. Я с трудом сдержала себя, чтобы не разгладить ее. Не поймет он, да и я не понимаю саму себя. С мужем такого не было. Я просто шла готовить ужин, но с незнакомцем хочется поговорить.
Но нельзя. Мы должны остаться друг для друга прохожими. Только так.
