Не боюсь гостя, но хамить владелице кафе, а что это она – не сомневаюсь, не хочется.
– Да как вам не стыдно? У вас дочка в зале, а вы меня здесь зажимаете! Кобелина похотливый. Почему вы все мужики такие? Ненавижу!
Замахивается и хочет отвесить пощечину, но я успеваю перехватить ее ручку за тонкое запястье, которое легко переломить, сжав чуть сильнее. Зверь, что склонил голову, вновь встает на лапы. Никто не смеет с ним так обращаться.
– Не смей так больше делать. Никогда. Кто…
– Господин Хасанов, покиньте мое кафе.
Не успеваю договорить, нас прерывают. Замечаю, как из глаз незнакомки уходит дикий ужас и появляется облегчение. Даже дрожь, что я недавно чувствовал, схватив девушку за руку, прошла. Да что с ней не так?
– А если я отвечу нет, что тогда? – перевожу взгляд на хозяйку, продолжая держать красавицу за руку.
Глава 8
Милана
Господи, куда я влипла?
Смотрю на Виолетту, за спиной которой два охранника, которые, если судить по глазам, явно мечутся, кого в случае чего слушаться, и понимаю, сейчас идет маленькая битва. Кто выйдет победителем, непонятно.
– Давайте не будем ссориться. Вчера произошла нелепая ошибка. Думаю, всем будет лучше, если ситуация в клубе останется в клубе, – стали в голосе подруги можно только позавидовать.
Не то что я, пищу на такого брутального мужчину. Да мой голос для него, как писк маленького мышонка. Слышу усмешку незнакомца, имени которого не помню, только фамилию и прозвище из нее, и поворачиваю лицо к нему.
Суровый, властный, но почему-то не пугает. Да, я дрожу в его руках, но это не тот дикий страх, который может быть при встрече в подворотне. Здесь скорее легкое волнение, предвкушение и… покой. Не знаю почему, но рядом с этим большим суровым мужчиной чувствую себя дома. Это неправильно, так не может быть!
Я еще не отошла от предательства мужа. Разве такое возможно? Или все дело в мощной мужской энергетике? Скорее всего, да. От бывшего никогда не исходило такой сильной энергетики. Даже интересно, какого это, быть женщиной такого мужчины, но мне нельзя.
– Я не под кого не прогибаюсь, – и резко переводит взгляд с Летты на меня. – Подумаю над твоими словами, но ничего не могу обещать.
Эти слова говорил уже мне, только мне. Кажется. Но кому он ответил, мне или Виолетте? Странный мужчина, и этим манит. Хочется разгадать его, узнать, какого это, хотя бы ненадолго оказаться за его спиной.
– Пока соглашусь лишь с одним, сейчас не время и не место. Меня действительно ждут, – и резко наклоняется, отчего невольно вжимаюсь в стену еще сильнее. – Мы обязательно договорим, позже, – бархатистым голосом шепчет на ухо, запуская миллиарды мурашек по коже, и, заметив реакцию, с усмешкой отстраняется. – Всего доброго. Мужу привет от меня передавайте.
Учтиво поклонившись, Хасан пошел прочь. Слежу за каждым движением мужчины. Большой, во всех смыслах большой, и такой грациозный. Поразительно. Хищник. Когда его фигура срывается за поворотом, вздрагиваю. Да что же со мной происходит?
– Миланка, горе ты мое, из огня да… Ой, что я тебе говорю. Поезжай сейчас по своим делам, как пройдешь медкомиссию, сразу выходи. И вот, – протягивает подписанное заявление и трудовой договор, где нет даты принятия на работу и моей подписи. – Пригодится.
Видя мою растерянность, вкладывает документы мне в руки и отправляет на выход. Правда, через служебный выход, чтобы не дразнить зверя. В смешанных чувствах сажусь в машину и еду к нотариусу, искренне надеясь, что владелец железного монстра справа не смотрит в окно. Я надолго запомнила этот гробик, который перевернул мою жизнь за один вечер.
Хорошо, что нужная контора расположена не так далеко. Быстро взяв себя в руки, доезжаю до нужного места без происшествий. Берского мне порекомендовал Миша. Он даже уволит меня сам у мужа, чтобы я не встречалась с этим человеком. Не стала даже вникать в законность этого, но раз профессионал говорит, что можно, значит я ему верю.
Олег Евгеньевич выслушал меня очень внимательно, сделал свои пометки и даже обрадовался трудовому договору в новой компании. К концу разговора мужчина заверил, что все сделает в лучшем виде, и через пару дней у меня на руках будет трудовая книжка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А на счет развода сказал обращаться, если возникнут проблемы, сделает все возможное и невозможное.
– Вопрос не очень сложный, Милана Анатольевна. Не переживайте так. На всякий случай посоветовал бы вам найти платежки по тратам на квартиру и крупным покупкам, которые совершались с ваших счетов. Искренне надеюсь, что они не понадобятся, но опыт не позволяет не подстраховаться, – кивнула его словам и, поблагодарив, ушла.
В конце концов, он один из лучших юристов города, так что за черной полосой наступает белая. Или, на худой конец, серая, ведь рану в душе не замазать на раз два.
И сегодня чувствую откат от событий этих дней меня настигнет, ведь впервые я возвращаюсь в пустую квартиру, остаюсь один на один со своими демонами, которые, едва я переступила порог чужой квартиры, начали противно шевелиться внутри.
И самый первый заговорил голосом Хасана: «У меня есть жена и ребенок, тебе могу предложить роли любовницы». Как же это мерзко. Как он мог позвать меня, как? У него семья! Но даже зная это, не могу перестать думать о нем. Только, чем он лучше Кира? Да ничем, такой же кобель, только что в плечах шире.
Почему мне так не везет на мужчин? Почему я должна все время страдать? Сначала от того, что доверилась не тому и связала жизнь, теперь от того, кто решил меня присвоить себе.
Еще и обещание Хасана, что мы закончим разговор. Даже сейчас мураши по коже от его пронзительного шепота, который фантомно щекочет ушко даже сейчас. Даже обнимаю себя за плечи от внезапного озноба, подходя к окну.
Как же хочется малодушно заснуть, а проснувшись, уже знать ответ, что делать. Но такого не будет. На пути к счастью придется набить массу шишек, собрать себя по кусочкам и научиться радоваться жизни заново. А главное, мне придется учиться доверять чужим.
Б-жжж. Б-жжж.
Телефон жужжит в прихожей, и я спешу к нему. Вдруг что-то важное. Подруга.
Летка: «Мы попали. Саша сказал, что Хасан тобой заинтересовался всерьез и пока мягко спрашивает, как давно ты с нами…»
- - - - - - - -
– Как же я рада, что ты у нас появилась, – шуточно толкая меня в бок, говорит Маргаритка. – Я и близко не кондитер, а Виолетта Сергеевна очень тщательно подбирает персонал, но из всех нас у меня это вышло лучше всего.
Девчонки начинают тихо смеяться. Сегодня мой второй день на кухне, и, на удивление, напряженной обстановки нет. Оказывается, вакансия была свободна, и я никого не подсидела своим блатом. А то, что человек Летты, их не напрягает, ведь они все любят ее до безумия.
И вот за счет всех этих факторов я влилась в коллектив очень легко. Самое забавное, мне раньше казалось, что работать в уединении отлично, но вот второй день нахожусь в галдеже девочек и мне комфортно. Смешные истории отвлекают от проблем. Два дня сходила с ума в одиночестве квартиры. Виолетта не могла быть все время рядом, чтобы я не думала о предательстве близких и потере малыша.
Меня спасало лишь то, что моталась с медицинской комиссией, оценила устройство кухни на предмет необходимой кондитерской аппаратуры, которой было очень мало, и закупкой всего необходимого. В общем, я загрузила себя по полной, лишь бы не оставалось ни одной свободной минуты днем.
Но оставалась ночь. А в ней кошмары. Один другого хуже. То ребенка теряю, а никто не протягивает руку помощи, я не могу справиться с болью, другим все равно на это. Кирилл не дает уйти от него, и я смотрю, как он с Кариной счастлив и растит ребенка. Родители обращаются со мной, как с рабыней.
Каждая картинка отдает острой болью в сердце, от этого выть хочется. Каждую ночь просыпаюсь в холодном поту. Это страшно. Но как избавиться от снов? Отпустить? Но я не могу. Это надо принять, пережить. И от одной мысли становится больно.
