в ванную комнату, поразилась ее размерами и всякими приспособлениями для наведения красоты. До заявленного торжественного фуршета еще было время, можно было бы прогуляться. Жанна вытащила синий брючный костюм с кремовым топом, хотела положить его на диван, но там мешалась странная композиция из скрученного полотенца. Мода, пришедшая с иностранных курортов, докатилась до России. Возможно, это был лебедь или еще какая птица, Жанна так и не поняла, потому что прямо перед мордой странного полотенчатого существа лежало еще кое-что, и от этого у нее в груди ёкнуло сердце, потом оборвалось и покатилось сквозь диафрагму, через желудок вниз-вниз-вниз.
Глава 6
Белый конверт без марок и адреса. Ноздри Жанны непроизвольно раздулись, пальцы стиснулись в кулаки, до боли пронзая кожу ногтями. Сначала она решила выбросить, даже не открывая. Хватит играть по его правилам. Таинственный псих явно наслаждался, втягивая ее в свой бред. А она не будет. Просто не будет, и все. Суть этих посланий была неясна. Чего он добивался? Запугивал? Предупреждал? Вот возьмет, да и не откроет этот конверт. Но потом она вспомнила Илону и предсмертную записку с рисунком самолета. Может ли она как-то быть связана с этим человеком? Может, в конверте вовсе не рисунок, а что другое? Она решительно схватила конверт и лишь потом подумала: «А как он попал сюда?»
Никто не входил в номер. Или входил, пока она была в ванной? Значит, у него есть ключи? Голова тут же откликнулась на эту невозможную кучу вопросов сверлящей болью в висках.
Напрасно она надеялась на чудо: в конверте был именно рисунок. Самолет летел среди облаков, в боку зияла дыра и вырывалось пламя. Несмотря на примитивность техники, суть послания была предельно ясна. Самолет взорван, и лететь ему осталось считаные минуты. Стандартный лист писчей бумаги желтоватого цвета. Тут тоже все как и раньше. Но нет. В послании было нечто, чего Жанна сперва не заметила. На обратной стороне листа оказалось еще что-то. Сначала она даже не поверила своим глазам. Но да, там был приклеен кусочек бумаги с характерным рисунком кьюар-кода.
Она навела экран смартфона на пиксельный квадратик, пошла загрузка. Ссылка вела на чат в соцсети Телеграм. Ей предлагалось вступить. «Вот будет смешно, если это какой-то канал знакомств или свинг-вечеринок», – подумала она и нажала кнопку «подписаться».
А дальше… дальше ничего не произошло. Чат оставался пустым. Жанна потерла ноющий висок и отложила телефон. Она знала, что нужно делать. Нужно вычислить этого мерзавца, вытащить на свет божий, посмотреть в глаза и кое о чем спросить. Строго спросить.
Со стороны входной двери раздался стук, послышались голоса. Жанна вышла в гостиную и увидела Антона, как всегда, с улыбкой на лице. Почему-то эта веселость сейчас показалась ей отвратительной.
– Ну что? Пойдемте осматривать территорию? Как насчет поплавать в бассейне?
Наталья делала Жанне какие-то знаки глазами, но она так и не поняла какие.
– Какое поплавать? – буркнула она. – У нас фуршет в час.
– Правильно, еще целых два часа, – Антон показал часы на руке.
Жанна машинально посмотрела на свои, поправила браслет, он вечно расстегивался, давно надо было отдать его в ремонт. Она провела пальцем по стеклу циферблата. Часы достались от Тани. Единственная вещь, которую она попросила у родственников в день похорон. На память.
– Ну уж нет, – Наталья поправила волосы, – мочить голову не собираюсь. Может, позже.
– Тогда просто погуляем, – покорно согласился Антон и чуть ли не силой вытащил Наталью из номера.
Идти за ними Жанна не стала, пусть сами разбираются в своих сложных отношениях, жаль только, что не успела спросить у Натальи про конверт. Может, она видела, кто его принес? Да нет, она бы сразу замучила расспросами – что, как и от кого. Но спросить все же стоило.
Чат в «телеге» оставался пустым. Пока Жанна одевалась и приводила себя в порядок, то и дело смотрела на экран смартфона. Неизвестность нервировала. Уж лучше бы написал что-то, пусть гадость какую-то, лишь бы не вот это затянувшееся молчание. Потом она подумала, что, может, его целью как раз и было вывести ее из себя, заставить дергаться. Или он еще не знает, что она подписалась на его чат. Так, этот мессенджер регистрируется на телефонный номер. Вряд ли псих указал там свое настоящее имя, но все равно надо посмотреть. Она ввела номер телефона в специальное приложение «Кто звонил». Программа выдала список названий каких-то организаций. Конечно же, вряд ли псих покупал номер на свой паспорт. Не исключено, что он у него с тех старых времен, когда сим-карты продавали вообще без всяких документов.
Она вспомнила все случаи, когда ей подбрасывали конверт. Первый раз она нашла его в почтовом ящике своего дома перед рейсом в Самару с хоккеистами. Второй конверт появился в Самаре – также лежал на кровати в номере. Третий вручила Наталья в самолете на обратном пути, сказав, что его передал администратор отеля. Первый рисунок был на желтоватой писчей бумаге, второй и третий на бумаге с логотипом отеля (там, в холле, имелась стойка с бумагой и конвертами). Тот, кто рисовал самолетики, воспользовался тем, что было под рукой. Нынешнее четвертое послание было на такой же, как и первый рисунок, бумаге. Тонкой, предназначенной для письма или рисования.
На сайтах фирм, торгующих канцеляркой, нашлись аналогичные образцы. Значит, не такая уж это и редкость. Псих, а именно так она стала называть его для себя, знал о ее перемещениях, домашний адрес и даже вот про корпоратив. Вывод был очевиден, но крайне неприятен. Это кто-то из компании, кто-то из тех, кто знает ее близко. Кто-то, кто знает про аварию три года назад, про смерть Тани и про все остальное. И это мог быть кто угодно. Вот хоть Малинин, например. Жанна представила безопасника, карябающего рисунок самолета, и невольно улыбнулась. Ему зачем? Золотое правило любого расследования – ищи, кому выгодно. А какая выгода Малинину свести ее с ума? Или какая еще цель была у этих посланий?
Жанна оделась, мазнула по губам помадой и посчитала, что для фуршета вполне сойдет. На улице ее поразила тишина: не рычали моторы, не играла музыка, лишь откуда-то доносилось щебетание то ли сороки, то ли еще какой птахи. На самом деле хорошее место для решения всяких загадок. Она медленно шла от сосны к сосне, трогая чуть шершавые стволы ладонью. И все же кто из сослуживцев мог оказаться этим психом? Мысленно Жанна начала перебирать всех, прикидывая, чем могла насолить каждому, и не смогла прийти ни к какому выводу. Или она просто думала о них лучше, чем они заслуживали. Пожалуй, надо составить список всех, кто попадал под подозрение. Наталью, наверное, можно исключить. Или нет? Как же ей не хватает кого-то рядом, кого-то, с кем можно поделиться мыслями, а главное, разделить страхи. Нет, она не то чтобы боялась, но знать, что где-то поблизости кругами бродит неизвестный псих, вряд ли присылающий ей эти письма с добрыми намерениями, было неприятно. Крайне неприятно. Впервые она почувствовала, как ей нужен Камаев. Ордынец. Он бы в два счета развеял ее страхи. Так же, как тогда, когда она решилась показать ему письма. Он не стал пренебрежительно отмахиваться, как она опасалась, а воспринял все очень серьезно.
– Если он это делает, значит, зачем-то ему это нужно. Когда мы поймем зачем, мы его вычислим.
Ей тогда так понравилось это «мы», что от радости она забыла обо всем. Она даже на краткий миг испытала благодарность к этому неизвестному: ведь благодаря ему Камаев ясно дал понять, что готов ее защищать. А зачем защищать то, что тебе не дорого? Во-о-от. Значит, она ему не безразлична. Но так как писем больше не было, она, глупая, расслабилась, решила, что все закончилось. Не-ет. Все только начиналось.
Ей определенно хотелось куда-то присесть и обдумать все мысли, которые у нее появились. Прямо на пути был стеклянный павильон, за его стеклянными стенами виднелись шезлонги – то, что нужно. Жанна поднялась по ступенькам, толкнула дверь и оказалась в просторном
