что дверь не открывается. Я же говорила, у меня не очень с людьми отношения складываются, – напомнила я ректору.
Зелёный гадёныш почти сполз под стол от сдерживаемого смеха. Да, с драконами отношения у меня тоже не очень выходят.
– И когда вы обнаружили, что дверь не открывается? – продолжила выспрашивать природница.
– Когда собралась выходить.
– Хм. А вы всё же не рассматриваете вариант природного факультета? – сделала она неожиданное предложение.
– Что вы! Меня же до стихий нельзя допускать! Я же сама настоящее стихийное бедствие! Мне бы в какой-нибудь лаборатории тихо сидеть, в книжках копаться – самое то будет. Чтобы лишний раз никому на глаза не попадаться.
Я была абсолютно искренна в своих словах. Они просто не понимают, каких проблем я предлагаю избежать!
– У вас в метрике указан только официальный опекун, донья Антония Лара. Что вам известно о ваших родителях? – оторвал взгляд от документов ректор.
– Моя мама умерла, когда мне было пять лет. Об отце ничего не известно.
Я могла спокойно рассказывать эту историю. Даже если администрация Академии запросит данные о моей матери, это им не поможет. Когда мама с младенцем на руках устроилась преподавателем в приют, который возглавляла донья Антония, она представилась подложным именем. Это донья Антония выяснила уже после смерти мамы, когда попыталась найти её родственников.
– Очень жаль, – посетовал ректор. – Что ж, уважаемые члены комиссии, думаю, никто не будет возражать против зачисления сьерры Бьянки Лары в Даллийскую Высшую Академию Магии?
Все одобрительно покивали.
– Отлично, – продолжил он. – Сьерр Матео, можете вызывать следующего претендента. Донья Мануэла, благодарю вас за своевременный сигнал. Мы обязательно примем меры.
Закончив эту речь, ректор встал и направился к нам. К моему удивлению, он шёл не к донье Мануэле, а ко мне. Приобняв за плечи, он отвёл меня к стене.
– Хотел у вас уточнить. Такой уровень Силы редко встречается у людей. Человеческий организм плохо для него приспособлен. У вас не было приступов зуда на руках, шее, лице в моменты сильных эмоций? Может, высыпаний? Рвота? Красные пятна на теле? Странные ощущения?
– Нет, дон ректор, я здорова как лошадь! – отчиталась я. Ещё не хватало, чтобы меня как заразную от других отсадили.
– С таким уровнем Силы вы должны быть здоровы, как дракон, – буркнул он. – Но учтите: если у вас появятся подобные симптомы, обязательно обратитесь ко мне, чтобы не допустить осложнений.
– Конечно, дон ректор, – пообещала я.
Как же. Ага.
Глава 4. Чем богат, тем и дракон
Мы вышли из аудитории вместе с доньей Мануэлой, пропустив в дверях худенького паренька. Тот самый второй номер с уровнем, немногим ниже моего. Я ожидала от комендантши нотаций, но, к моему удивлению, большую часть дороги до здания она молчала. И лишь в самом конце спросила, когда я избавлюсь от плюща. Я спросила, как срочно это нужно сделать. Она ответила, что до вечера.
Плюща было жаль. Он так радовался солнышку. Но я подумала, что если ускорю его цветение и созревание плодов, он не останется в обиде. Никому не хочется завершать свою жизнь так скоро. Но хотя бы он проживёт не зря. А семена под окнами ещё могут мне пригодиться. Я пообещала спутнице управиться в срок, запустила нужные процессы в растении и пошла к себе наверх. В этот раз – обычным путём.
Дверь разблокировали, она легко открылась ключом. Марта спала. Потрясающая выдержка у человека! Я подумала и тоже легла спать. Заняться было особо нечем, а уснули мы уже под утро. Дремота захватила меня и отпустила только тогда, когда соседка носилась по комнате.
– Нас опять заперли? – поинтересовалась я, зевая.
– Вроде нет. Я просто… – она подхватила в суму учебник и тетрадку, – опаздываю. Пока, увидимся после обеда!
По ощущениям, я выспалась. Подкормив Силой плющ за окном и убедившись, что он уже отцвёл, я стала не спеша одеваться. Обедать в столовой я не планировала. Сегодня у меня был повод посидеть в каком-нибудь хорошем месте. Даже не один повод, а целых два.
Я привела себя в порядок, надела лучшее платье и направилась к Главному корпусу. Вообще лекари и артефакторы занимались во втором, но я посчитала, что ректор, скорее всего, будет принимать должников (или должницу, если Марта – единственная) у себя в кабинете. Мы не договорились о встрече, но в крайнем случае, если разминёмся, я пойду праздновать одна.
Удача, интуиция и здравый смысл меня не подвели. Возле приёмной я столкнулась с ректором, а за его спиной маячила Марта.
– Сьерра Лара, вы решили сменить специальность? – строго поинтересовался он у меня.
– Нет, спасибо. Хотела узнать, сдала ли экзамен моя соседка. – Я украдкой махнула ей рукой. Судя по сияющему виду и двум изогнутым указательным пальцам, она всё же получила «коготь», чему была безмерно счастлива.
– Не советую брать пример со сьерры Нуньес. – Дон Игнасио обернулся к должнице. – Сьерра не отличается усидчивостью и обстоятельностью в освоении учебных дисциплин. Ей следует уделять больше внимания учёбе.
Понятно, ректор был бы не ректор, если бы не прочитал внеочередную нотацию студентам.
Когда он удалился по своим Очень Неотложным Делам, Марта запрыгала:
– Коготь! – прокричала она шёпотом. – Он сказал, что если бы это была первая сдача, то даже поставил бы «гребень». Представляешь?
– Поздравляю. Предлагаю это отпраздновать. Ты как?
– Я за! – Она подняла руку.
– Давай куда-нибудь сходим?
Празднование не вязалось у меня со столовой. Никак. Хотя она была красивой и готовили там неплохо. Но это столовая. Душа жаждала уютного праздника, подальше от «банды де ла Ньетто», в частности.
– Пошли!
Мы шли по аллее, и Марта делилась впечатлениями – точнее, восторгами, – от сдачи долга. Рассказывала, какие вопросы ей достались и как она на них отвечала. Моё внимание привлёк гогот, который раздавался впереди. Я приложила палец к губам, соседка понятливо кивнула, и дальше мы шли молча.
Они собрались на поляне: знакомая мне разноцветная пятёрка и тот самый паренёк, которого я видела в дверях приёмной комиссии. Парень пытался подняться с земли. Чешуйчатые ублюдки считали это невероятно смешным.
– …твой папочка… –
